Вероника

     
Врач-терапевт Вероника работает украшением одной из больниц нашего города. Это шикарная блондинка двадцати трех лет с огромными титьками. Их хватило бы на трех блондинок, но пользовалась ими она одна. До чего же мясистый бюст у нее! Мячики титек так и выскакивают наружу из глубокого выреза ее медицинского халатика, а когда не выскакивают, они выдавливают обалденный контур и притом все равно просвечивают сквозь тонкую ткань — лифтон Вероника не носит.

     Халатик у Вероники короткий, и стоит ей нагнуться самую малость, как показываются аппетитные нежно-белые ягодицы с тонюсенькой полоской от стрингов. Ножки Вероники растут не от ушей. Они от груди растут, и многие больные задохлики и здоровые бугаи получали инфаркт, созерцая невинное секс-шоу в исполнении этих ножек.

     Не было человека, который бы не мечтал закинуть пухленькие ляжки Вероники себе на плечи, стиснуть теплые груди и вдуть хотя бы на полкарасика в ее влажное лоно. Предложения поступали Веронике с частотой морс0кого прибоя, но она держалась неприступно, как Эверест, атакуемый велосипедистами. Одному мне повезло насладиться ее пиз- дой.

     Этим летом Веронику командировали в спортивный лагерь, где окончившие спортшколу хоккеисты-юниоры проходят отбор во взрослую команду мастеров.

     Терапевту там особо делать нехуя, так что для нее это было чем-то вроде отпуска с сохранением зарплаты. И вот как-то звонит она мне вечером из этого лагеря:

     — Слушай, выручай! Очень я боюсь, что меня здесь два дарования изнасилуют.

     — Какой кошмар! — кричу испуганно. — Но с чего ты взяла?

     — Да вот осматривала их утром, и грудь случайно выпала из халата. Ну, как обычно, ты знаешь. И вижу: возбудились мои юниоры, а у каждого в плавках сантиметров по двадцать на вид. Я точно знаю, что они тут всех перетрахали. А полчаса назад они меня предупредили, чтобы ждала их после ужина и лучше мне добровольно им отсосать, чтобы здоровой остаться. Представляешь, какое хамство?

     — Так и сказали? Вот суки!

     — Если бы только это! Они велели еще хорошенько подмыться и зубы почистить, а сами в это время напоказ передо мной яйца чесали через плавки.

     — Что у вас там, все в плавках ходят круглые сутки? Когда они тренируются-то, эти козлы?

     — Ты по делу говори — приедешь или нет? Чувствую, отымеют меня, как шайбу…

     Я, конечно, все бросил и пулей полетел к своей «шестерке». Лагерь этот я хорошо знал — сам когда-то проходил сборы по самбо. Ехать было с полчаса, и всю дорогу хуй стоял, как столбик.

     Машину я бросил за воротами, перелез через ограждение и прокрался к санчасти, где ночевала моя Вероника. Метрах в десяти от санчасти я замер, чтобы оценить обстановку. Возле единственного из освещенных окон одноэтажного здания толпились пятеро юниоров. Они подглядывали в довольно широкую щель между шторами.