шлюхи Екатеринбурга

Валентина. Часть 2

     Влад, первоначально решивший, что меня внезапно постигло литературное озарение, пристроился рядом для сопереживания творческого экстаза. Но, когда я дошел до слова “Дания”, его лицо вытянулось, челюсть отвисла, и на какое-то время консультант по “вложению денег” потерял дар речи.

     

     – Это ТЫ в Данию едешь? – произнес он, наконец.

     – Да, как участник акции “Next Stop”.

     

     Разумеется, это было связано с моей деятельностью в КМО.

     

     – Хочешь в Данию поехать? – спросил меня однажды Сергей Геннадиевич, всем своим лицом излучая радостное благорасположение.

     – А на каком языке там говорят? – никакого иностранного языка, кроме английского, я не знал.

     – На датском, – огорчил меня председатель КМО, – Но ты не волнуйся, все датчане прекрасно знают английский язык.

     – Это точно?

     – Точно.

     – Тогда можно и поехать.

     

     Довольно быстро я собрал и сдал в КМО все необходимые документы, включая “характеристику”, так поразившую Влада, но что-то нарушилось в планах Сергея Геннадиевича, и он к этой идее больше не возвращался.

     

     Зато исчез Влад. По объяснениям матери, он уехал отдыхать в Крым, но куда именно, она не знала. По странному стечению обстоятельств, руководитель литстудии, Юрий Афанасьевич Мамкин, тоже уехал из Киева, предварительно объявив о перерыве в работе студии до конца лета. Таким образом, на неопределенный срок я освободился от своих обязанностей, связанных с выпуском газеты “Литературная мастерская”.

     

     Самое время было заняться экскурсионным делом. В кратких чертах я объяснил председателю КМО экономическую модель будущего предприятия:

     

     – Никаких проблем, связанных с экскурсионной деятельностью, у КМО не будет, – начал я.

     – Надо будет вложить какие-то деньги? – Сергей Геннадиевич еще помнил о неудавшейся попытке торговать адресами.

     – Деньги на первоначальную аренду автобуса я дам свои, а дальнейшие расходы будут покрываться от прибыли.

     – А в чем выразится участие КМО?

     – От КМО потребуются только официальные бланки и печать. Никаких предварительных денежных затрат. Зарплату экскурсоводам будем выплачивать только после получения прибыли.

     

     Фактически, я предлагал организации постоянный доход только за использование печати. Кто бы отказался?

     

     Мы засели за работу, и буквально за час составили и заверили печатью КМО все документы, необходимые для основания нового экскурсионного коллектива, повторив один к одному процедуру, которую не так давно от имени общества русской словесности мы провели с Морозовым. Мало того, я позвонил Александру Ивановичу и сообщил ему, что есть организация, согласная выкупить у него за наличные деньги оставшиеся бланки билетов, на что он с радостью согласился.

     

     Так у меня в руках оказались те самые билеты, которые я научился продавать по два раза. Вопрос, откуда взять деньги для оплаты услуг экскурсионной мафии был решен.

     

     Оставался пустяк – соблазнить Валентину блеском моей экономической мысли. Исполненный надежд на скорую взаимность я отправился к ней.

     

     – Только не через постель! – заявила моя избранница. – Я буду только экскурсоводом!

     – Разумеется! – подтвердил я, хотя все мои надежды как раз с “постелью” и были связаны.

     – А я смогу заработать пятьдесят рублей за месяц?

     – Конечно, – пообещал я, предпочитая пока не говорить о том, что пятьдесят рублей можно заработать за один рабочий день.

     

     Как я полагаю, свой первый экскурсионный день на вокзале Валентина запомнила, как одно из самых ярких событий в своей жизни.

     

     Мы пришли на привокзальную площадь вдвоем.

     

     – Где наш? – спросила Валентина, оглядывая длинный ряд экскурсионных автобусов.

     – Еще не приехал, – ответил я, и мы стали ожидать заказанный транспорт.

     

     Руководители экскурсионных кооперативов, как правило, старались нанять автобусы подешевле, чтобы обеспечить предельно высокую прибыль, и по этой причине выводили на вокзал любую рухлядь, какую могли найти, лишь бы двигалась.

     

     – Вот наш автобус, – указал я на подъезжающий автобус “ТАМ” югославского производства с гордой надписью “INTOURIST” на борту.

     – Неужели я буду вести экскурсии на таком автобусе?! – воскликнула Валентина.

     – Не всегда. В автопарке “интуриста”, кроме югославских “ТАМов” есть еще и венгерские “Икарусы”.

     – Все равно, здорово! – восхищалась Валентина.

     

     Наш роскошный “интуристовский” автобус заметно выделялся среди автобусов других кооперативов, и это придавало девушке чувство самоуважения и уверенности в себе. Экономические расчеты не занимали ее голову. А о том, что аренда автобуса в автопарке стоит в три раза дороже, чем аренда простого “ЛАЗа”, я предпочел ей не говорить. Юмор заключался в том, что я, со своим роскошным автобусом, был, как получалось, самым бедным из вокзальных кооператоров.

     

     Хорошо, что я ей этого не рассказал.

     

     Вечером я поразил Валентину до глубины души.

     

     – Вот твоя зарплата за сегодня, – я протянул ей пятьдесят рублей.

     – За один день?! – изумилась школьная библиотекарша. – Сколько же будет за месяц?

     – Один рабочий день в неделю, четыре недели в месяц. Это будет двести рублей.

     

     Объявленная сумма вдвое превышала месячную ставку библиотечного работника. Получалось, что, в целом, доходы Валентины с этого дня утраивались. Таким образом, я предстал в глазах молодой и красивой девушки в образе вполне успешного и перспективного бизнесмена, что прибавило мне шансов на развитие наших личных отношений.

     

     – Можно мне зайти к тебе на чай? – набрался смелости я.

     – Только на чай? – глаза Валентины заискрились.

     – На чай, – я прекрасно помнил ее “не через постель”.

     – Хорошо, – согласилась Валентина, – только давай не сегодня. Я так устала, может, в субботу?

     – Значит, в субботу. Договорились.

     

     Утром в субботу я побрился с особой тщательностью. “Может, целоваться будем”, – с надеждой подумал я и отправился на свидание. По дороге я купил букет роз и коробку печенья. “На чай, так на чай, – решил я, – А дальше – посмотрим”.

     

     Валентина жила в двухкомнатной квартире вместе с отцом-вдовцом недалеко от станции метро “Завод Большевик”. Ее замужняя сестра жила у мужа, а отец на все лето уезжал в село. “Очень удобно”, – заключил я.

     

     Была уже середина августа, и наступили последние жаркие дни этого лета. Я шел по городу и размышлял о том, достаточно ли хорошо я выгляжу в белой тенниске, светлых брюках, с букетом роз и коробкой печенья. “Может быть, купить шампанского? Пожалуй, нет. Еще подумает, что на интимные отношения набиваюсь. Кто же ходит на первое свидание с шампанским? Возьму шампанское в следующий раз”.

     

     Когда Валентина открыла мне дверь, она была одета в короткий ситцевый халатик без рукавов и воротника, с большим вырезом на шее. Кроме халатика, на ней были мягкие домашние тапочки. “И еще трусики, – решил я, – Скорее всего, белые”.

     

     – Заходи, заходи, – просияла Валентина, – Я тут пироги делаю.

     – Вот, – я протянул ей цветы и печенье.

     – Боже мой! Розы! Мне так давно не дарили роз! Спасибо!

     

     Она схватила букет и побежала в ванную обрезать стебли.

     

     – Я сейчас, проходи, садись!

     

     Я расположился на кухне. Валентина радостно суетилась, сначала прикидывала, куда бы поставить вазу с розами, а потом принялась за свои пирожки. Процесс был в самом начале, тесто еще не было полностью готово, и Валентина энергично катала его по столу, одновременно разговаривая со мною.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки