Свидание по сицилиански. Часть 1

     — Нравится?

     Я не сразу понял, что фраза обращена ко мне. Ее произнесла пышногрудая девица, лежащая неподалеку от меня на пляже. Уже около получаса я искоса пялился на ее едва загорелое тело, пребывая в святой уверенности, что темные очки надежно скрывают мои шальные мысли. Впрочем, что касается мыслей, то мне особо и не было что скрывать. Бывает, что беседуя со своей начальницей — старой девой, я охотно представляю свой член у нее во рту, равно как и наоборот, глядя, как на экране телевизора ненасытная девица пытается подыскать место для четвертого члена в своем теле, думаешь о том, что уходя с работы забыл просмотреть почту.

     Так было и сегодня. Разглядывая большие сиськи, вываливающиеся из крошечного купальника моей соседки по пляжу, я размышлял о том, что напрасно отказался от американского клиента на годовую аренду здания. Хотя я и не люблю американцев, но это же не повод отказываться от денег только потому, что они прибыли из-за океана.

     — Ну что молчишь, нравится? — Повторила свой вопрос девица.

     — Если ты о своем теле, то оно превосходно, — нехотя произнес я в ответ.

     — Может, ты все-таки подойдешь? Я не кусаюсь.

     — Сказала кошечка мышке, чтобы выманить ту из норы, — саркастически заметил я, но тем не менее подполз поближе и расположился у ног незнакомки. Теперь я отчетливо видел замысловатую прическу на ее лобке, выступающую над приспущенными плавками. Вот оно что. Столько стараний, а никто не оценит, впору и обидеться.

     — Долорес, — представилась девица, протянув мне правую ногу для приветствия.

     «Джон Смит», хотел я ответить, но решил, что хамить на сегодня хватит. Раз большие сиськи, значит непременно Долорес. Пусть будет так, если ей так хочется.

     Я галантно взял ее ножку, поцеловал в подъем ступни и изобразив свободной рукой нечто вроде реверанса, представился, придумав по ходу себе имя:

     — Умберто Паллавичини, большой ценитель бикини-причесок у девушек, чей бюст не помешается в купальнике.

     Долорес сняла очки, и ее симпатичная физиономия расплылась в самодовольной улыбке. В этот момент подошла и присела рядом с Долорес еще одна девушка, видимо подруга. Грудь у нее была поменьше, но крошечные трусики едва прикрывали вполне аппетитную попку.

     — Знакомься, это Умберто. Он умело лишает девственности блондинок с родинками на лобке.

     — Паола, — представилась подружка и смеясь добавила, — только у меня есть три новости: две плохих и только одна хорошая. Начнем с плохих?

     — Валяй, — ответил я.

     — Во-первых, я не блондинка.

     — Вижу, не слепой, — ответил я. Волосы Паолы были каштанового цвета.

     — Во-вторых, я не девственница.

     — Это не самая плохая новость. Теперь давай хорошую.

     Паола ехидно улыбнулась и внезапно закричала:

     — У меня есть родинка!

     И словно доказывая свои слова, она демонстративно оттопырила ткань трусиков, обнажая свою киску. Родинка у нее действительно была, хотя и крошечная. А еще мне открылась причудливая прическа на лобке, вроде той, что была у Долорес. Паола заулыбалась, запрокинула голову и лениво потянулась, разводя ноги в стороны. Теперь ее киска была представлена во всей красе.

     — Паола, я забыла тебе сказать. Он еще коллекционирует прически, — сказала Долорес.

     — Ой, как интересно! Меня ты возьмешь в свою коллекцию целиком или предпочитаешь скальпы?

     — Коллекция лобковых скальпов? Это забавно. Нет уж, лучше с хозяйкой, особенно такой аппетитной.

     — Тогда лови! — произнесла Паола, еще шире разведя ноги. Изображая любопытство, я придвинулся поближе к обнаженной промежности Паолы и чуть было не поплатился за это. В ту же секунду из ее сокровенного места вырвалась мощная струя и я, ошарашенный таким поворотом событий, едва успел отскочить в сторону. Обе девицы громко и похабно заржали.

     — Девочки, — сказал я, придя в себя, — вы все перепутали. Пометка территории — это привычка котов, а не кошек. Зачем ты меня пыталась обоссать?

     — Чтобы до вечера ты ни с кем не знакомился. А теперь, когда ты уклонился, я вынуждена верить тебе на слово.

     — Оказывается, у нас есть планы на вечер? Замечательно, я и не знал. Только учтите, девочки, насчет того, чтобы пригласить в компанию еще одного парня, я — пас. В этом городе я никого не знаю.

     — Никаких парней нам больше не нужно, — вмешалась Долорес, — Только не говори, что ничего не знаешь о сексе втроем. Это же так здорово!

     — Втроем, так втроем, — невозмутимо ответил я.

     — И еще, — добавила Паола, внезапно став серьезнее, — ты нам нужен до утра, не вздумай смыться на ночь глядя.

     — Интересное правило, с чего бы это?

     — Люблю засыпать в объятиях любимого мужчины.

     — Какая романтика! Я сейчас заплачу.

     — Значит, договорились, — уже с улыбкой заявила Паола.

     А Долорес схватила меня сквозь плавки рукой за яйца и прошептала:

     — В восемь на Плацио Де Да Маре. Если опоздаешь — трахну тебя в задницу. Все, до встречи. У нас еще дела.

     — Пока, Умберто, — добавила Паола.

     — До вечера, девочки. Не знаю, что вы задумали, но я приду.

     Потрахаться втоем — такое бывает не каждый день, но что-то в этом приглашении было особенно странным и неестественным. И дело не только в том, что девченки сами тащат меня в постель. У меня создалось впечатление, что все у них давно было запланированно, не хватало только одного мужика, и я просто попался им на глаза.

     Как бы то ни было, я уже дал согласие и оставалось только дожить до вечера. По крайней мере, меня еще никто не пытался обоссать при знакомстве. В этом есть нечто… пикантное, как кусочек смертельно горького перца в венгерском гуляше.

     В восемь на Де Ла Маре девочек еще не было. Они появились чуть позже и были разочарованы моим ранним приходом.

     — Я была уверена, — произнесла Долорес, — что ты не против размять свою попку и нарочно опоздаешь.

     — Но ты не сказала, чем именно будешь это делать. Я не большой любитель анального секса с вибраторами.

     — Ну и зря. Паола меня частенько имет в задницу разными игрушками. А впрочем, почему именно вибратором? Есть масса способов.

     — Например?

     — Ну, скажем, попросить кого нибудь это сделать.

     — Девочки, мы вроде бы договорились втроем.

     — Ночь провести втроем, — уточнила Паола, — А повеселиться до того можем как угодно. Хочешь, мы прямо сейчас немного потрахаемся. Ты будешь первый.

     — Что первый?

     — Трахаться.

     — Это как?

     — Сейчас узнаешь, — ехидно ответила Долорес и жестом поманила такси.

     Через минуту мы не спеша двигались по городу. Когда я сообразил, в какой район мы едем, то взвыл от досады.

     — Девочки, я в эти игры не играю. Все что угодно, но с проститутками — ни за что на свете.

     — Оказывается наш Умберто жмот. Ему жалко пятьдесят евро.

     — Нет, Паола. Я лучше свожу вас обеих в ресторан. Деньги тут ни при чем. Для меня это просто унизительно.

     — Ты говоришь глупости. Во-первых, спасибо за приглашение, но по вечерам мы не едим. Во-вторых, шлюха которая трахается за ужин ничем не отличается от той, что трахается за деньги. Объясни пожалуйста, что именно для тебя унизительно.

     — Постараюсь объяснить. Во-первых, покупая шлюху, я признаю, что без денег я никому не нужен. Во-вторых, не люблю быть лохом, которого разводят на деньги, я то прекрасно знаю, что шлюхи только изображают страсть, но не более. Ну а в третих, я получаю удовольствие от того, что доставляю наслаждение женщине. Согласитесь, глупо пытаться довести до оргазма проститутку, которая в лучшем случае согласиться его изобразить.

     — Послушай, Умберто, — с улыбкой ответила Паола, — все, что ты говоришь о своем отношении к сексу, у тебя на лбу написано. Поэтому мы тебя и склеили. Но кое в чем я с тобой не согласна. Ну, во первых, очень дорогие проститутки никогда не притворяются. И в принципе ты прав, что секс с проституткой никогда не заменит тебе секса с женщиной, которая тебя желает. Я точно знаю, что этой ночью мы с Долорес будем для тебя не просто желенными женщинами. Ты будешь вместе с нами предаваться самым безумным ласкам, наслаждаться каждым нашим вздохом и ни за что не успокоишься, пока не увидишь наши полубезжизненные, изнеможденные удовольствием тела. Люди вроде тебя именно от этого получают истинное наслаждение.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]