шлюхи Екатеринбурга

Старушка-3. Часть 3

     И опять моя жизнь сделала крутой поворот — дни летели, как минуты. Я настолько увлёкся новым делом, что даже для Старушки оставалось мало времени: в бассейн и на английский она ездила сама, да и на домашние совместные купания было времени в обрез: мы устраивали помойку сразу после школы, но — без излишеств, вся помойка с гонкой занимала максимум сорок пять минут — один урок, считай. Тем не менее, мы не сговариваясь решили, что кончать будем дважды и второй раз — друг другу в рот. Так и пошло. После помойки я звонил водителю со своего мобильника и он вёз меня на очередной объект. Хозяйство у Арсена Арутюновича было огромное, некоторые объекты, например, мотель с рестораном — бывший санаторий, был километров в сорока от города, поближе к горам, в лесу у озера. Там я тоже провозился до вечера, по команде водителя меня там же вкусно покормили по окончании работы.

     Обычно я возвращался домой почти одновременно с мамкой, Старушка ждала нас к ужину — у неё всё было готово, она даже старалась накрыть стол покрасивее: салфетки делала веером, её мать научила, вилки, ложки выкладывала, как на картинке. Старалась. Фужеры для сока она заранее намывала с мылом и они сверкали, как чешский хрусталь. Действительно, она мне как сестра, а мамке — как дочка. Она уходила к себе домой только переночевать, даже уроки она часто делала у нас сразу после школы. Иногда оставалась ночевать, позвонив в кафе и предупредив свою мать. Та никогда не возражала. Как я понял, новый хозяйчик, Мамед серьёзно на неё запал — уж чем она так его увлекла — их дела, но из невнятных намёков, что Старушка выудила из своей матери, неожиданно пригодились уроки всё того же Карабаха-барабаха, Мамед иногда подступал спереди, но чаще всего — сзади.

     Размеры там были, повидимому, нормальные, человеческие. Да и отношения складывались вполне человеческие. По крайней мере, трусы ей можно носить теперь всегда, если хочет. И вообще он любит повозиться в постели как следует, не то, что Карабах-барабах: отодрал раком, вынул и ушел. Нас это касалось только в том смысле, что у её матери по жизни всё нормально, помощь не нужна, ни Старушкина, ни моя. Мамка моя сделала ей новый паспорт, организовала временную регистрацию — теперь все их документы хранились у них в комнате, у Элеоноры Михайловны.

     Постепенно Бусловы обзаводились собственным хозяйством — у них была, наконец, своя посуда, не кафешная, своё постельное бельё и всё такое. Старушка сказала, вытаращив глаза, что её мать даже косметикой обзавелась всякой — во дела! Помада, карандаш и тушь, прикинь. Что ж, это хороший знак — наконец-то она почувствовала себя женщиной, а не бессловесным существом. Я это дело запомнил и спросил у подруги — а когда день рождения у её матери? Оказалось, скоро, в декабре. Возьмём эту мысль на карандаш.

     Больше двух недель у меня ушло на все компьютеры компании Арсена Арутюновича. Почистил и поставил нормальную защиту и на его домашний ноутбук — уже в самом конце, когда закончил с фирмой. В результате я заработал с премиями и всё такое почти две с половиной тыщи — колоссальные деньги! Я чувствовал себя неприлично богатым человеком. Но сколько я голову не ломал — ничего интересного — на что можно потратить деньги — я не придумал. Ну, к весне я наметил купить себе новый велик — крутой, давно хочу горный, настоящий. А всё остальное — полный комплект. Мобильник у меня подаренный — отличный. Компьютер — проапгрэйдил недавно, всё меня устраивает. Я размышлял про ноутбук, но решил, что пока он мне не очень нужет.

     Может, потом. Поэтому я стал вплотную размышлять о подарках на Новый год для своих женщин. Мамке я решил купить что-нибудь из золота, а что! Потяну легко некрупную вещь. Главное — чтобы красивая была. Кольцо с камнем? Но нужно знать мамкин размер — а как узнать? Я решил — кулон с цепочкой, то, что надо. Старушке я решил подарить куртку потеплее и поярче — то что она сейчас таскает — невзрачная и не очень тёплая, простудим девушку. И я решил — яркие колготки потеплее и яркую тёплую куртку. Будет в костюм с моей красавицей — аляской. Побывав в ближайшем ювелирном и посмотрев на товар, я слегка скис — ничего выдающегося и к тому же золото у них какое-то слишком самоварное. Несолидно. Как-то после школы в очередной раз я был в гостях у Ашотика, помогал ему освоиться с какой-то программкой, типа Эксель. Ашот сидел за монитором, усваивал мой урок, а я сидел в кресле, размышлял о своих делах, когда вошел Арсен Арутюнович. Поздоровался.

     О чём так задумались, молодой человек?

     Я очнулся, встал — а кстати, Арсен Арутюнович, вы наверное сможете мне подсказать: я хочу на Новый год своей мамке подарок сделать, вот решил подарить ей золотой кулончик на цепочке, но ничего не смог выбрать. Какое-то золото некрасивое в магазинах. Может, вы подскажете правильный магазин?

     

     Дима, вы обратились точно по адресу — и подскажу и покажу и помогу выбрать. Заканчивайте ваши дела, молодые люди и когда будете готовы — дайте знать и мы сразу отправимся за подарком. Это же святое дело — подарок маме!

     Отлично, Арсен Арутюнович, я только домой смотаюсь за деньгами.

     Не суетитесь, молодой человек — вы же вполне кредитоспособны. Вычтем из ваших будущих гонораров и все дела, никуда мотаться не надо.

     Через двадцать минут мы уже куда-то ехали. Приехали. Это был не магазин, а просто богатый частный дом. Нас встретила хозяйка — ярко накрашенная армянка, тётька в возрасте, с выдающимся бюстом и огромной копной волос. Мы прошли в зал, сели за чайный столик, взрослые поговорили. Дама, звали её Мариам Тиграновна, стала расспрашивать меня: какого цвета глаза и волосы у вашей мамы, какие цвета в одежде она предпочитает, сколько лет и всё такое. Я мямлил что-то, оказывается, я даже не знаю толком название цвета глаз родной матери.

     В конце концов я назвал их зелёными. Значит — пусть будет изумруд, сказала Мариам Тиграновна. И обратилась к Арсену Арутюновичу — изумруд со стразами или с мелкими бриллиантами, как вы думаете? Думаю, лучше бриллианты на платиновой подложке, мама такого замечательного молодого человека достойна самой красивой вещи. Мы перешли в другую комнату и хозяйка, усадив всех за большой старинный стол, стала выкладывать и открывать перед нами большие бархатные плоские коробки: в них были действительно красивые вещи. Мы внимательно изучили всё, что нам предлагалось и не по одному разу. В конце концов с подсказки Арсена Арутюновича я выбрал висюльку сердечком с изумрудом в центре и малюсенькими камешками по краям и к ней цепочку из трёхцветного золота. Мне предлагали цепи в два — три раза толще, прям, собачьи, но я люблю изящные вещи, как и моя мамка.

     Мариам Тиграновна вручила мне красиво упакованную коробку и мы с Ашотом пошли к машине. Взрослые остались ненадолго — поговорить. Пришел Арсен Арутюнович, Мариам Тиграновна помахала нам с порога рукой и мы уехали. Ну что, Дима — больше подарков не намечается? Я признался, что ещё хочу сестрёнке двоюродной красивую куртку и тёплые колготки. И опять вы по адресу, молодой человек, это нам по дороге. Мы остановились у крупного магазина и прошли в зал. Увидев Арсена Арутюновича сразу несколько продавцов поспешили к нам. Он подождал старшую из них и определил ей задачу: сестрёнка молодого человека желает куртку и колготки потеплее и поярче. Девушка стала меня расспрашивать — сколько лет сестре, рост её и всё такое.

     Я ткнул пальцем в манекен школьницы-первоклашки — вот, один в один! Пока мы разглядывали разные варианты, пришел хозяин магазина, вежливо поздоровался с Арсеном Арутюновичем и с нами, взрослые отошли поговорить. Я с тремя продавщицами перебрал несколько вариантов и выбрал лучший — куртка — полупальто по длине, с капюшоном и меховой оторочкой по всем краям. Мех — реальный. Хорошо будет смотреться с унтами, что батя подарил. Я заценил вещь — для наших не слишком холодных, но ветреных зим — самое то. Ашот тоже одобрительно поцокал. И колготок шерстяных с пяток подобрали самых разных — и полосатых, и в пятнышках, всех расцветок. Всё это тоже упаковали красиво и коробки отнесли нам в машину.

     Я расхрабрился, раз пошла такая пьянка и попросил продавщиц: ещё мне нужна дамская сумочка для тёти — мамы моей сестрёнки и в сумочку нужен полный набор: по уходу за ногтями, за ушами, хвостами, в общем, вы сами знаете. Всё, кроме духов и кремов. И эта моя просьба была выполнена в лучшем виде — продавщицы, по своему вкусу выбрали всё необходимое и упаковали. Кажется, всё. С ними рассчитался водитель, как я заметил. Меня отвезли домой, вполне довольного жизнью. Итак, молодой человек, вы поработаете на меня три месяца без гонораров и мы будем в расчёте. Ух ты, всего-то?! Не вопрос, поработаем без гонораров. Тем более, самое трудное — позади, теперь мне только периодически проверять выборочно разные компьютеры на разных объектах — не в напряг. Я сам намечал объекты для проверки, водитель приезжал на мерсе, иногда — на бумере, сигналил, потом так же возвращал меня домой. Сказка!

     Старушка была дома и я не смог прошмыгнуть незамеченным. Она вышла в коридор — в переднике и с пылесосом и уставилась на коробки. Слушай, подруга — это подарки тебе, твоей матери и моей мамке, хочу вам сюрприз сделать на Новый год, так что давай, обещай, что не будешь заглядывать в них, окей?

     Сюрпризы я люблю, но как утерпеть до Нового года?

     А вот постарайся. Ладно, подарок для твоей мамы можем посмотреть сейчас, я ещё сам его толком не видел. Я заховал остальные коробки у себя в комнате, в шкафу, оставив пакет с сумочкой для Старушкиной матери на столе. Мы аккуратно открыли празднично повязанную коробку, вынули сумочку, открыли и не торопясь изучили содержимое. Старушка рассматривала всё очень внимательно, пробовала на себе — кисточки для пудры, щипчики, пилки для ногтей и всё такое.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки