Создание КША-5

     Моя Виола конечно помчалась со мной в Александрию. Вот Луиза выполняла моё секретное задание — охмурить Билли Степлтона и выйти за него замуж. Деньги — они счёт любят и контроль! 80 тысяч английских фунтов — это не шутки!

     

     Поскольку мы вывесили флаги Конфедерации, то вскоре примчатся «ангелы возмездия» президента Эйба — усмирять нас. Готовим им «горячий» приём. Я думаю, что им очень «понравится».

     

     Подрывная машинка имелась, запас проводов тоже. Взрывчатка… Хотелось бы большего, но и уже имеющегося было достаточно для устроения «большого бума». Так что организовать классические «фугасы на дороге» было делом довольно простым. Хотя… не совсем классические. Сам по себе порох или иная взрывчатка этого времени обладают невеликой убойной силой. Зато если к бочонку и взрывчатому веществу добавить «начинку» в виде гвоздей и прочего малогабаритного железа, вплоть до мелких монет, то убойная мощь становится куда солиднее. Для федералов ничего нам не жалко!

     

     Места расположения фугасов? Пристань как основная цель и ведущие в город основные дороги как вспомогательные. При таком раскладе с какой стороны ни сунутся, всё равно нехило огребут. Ну а что до конкретных мест, то копать ямы под заряды, проводить провода, а после этого, самое главное — хорошенько маскировать будут исключительно солдаты моей роты. Местным я такое точно не доверю. Плюс всё будет в тайне!

     

     Можно было и отдохнуть. Не в полном смысле, конечно, а так, немного расслабиться, хотя и держа руку на пульсе происходящего. Тем более что дело уже к вечеру, сумерки на дворе. Однако сумерки там или нет, а патрули по границам города и вдоль реки были усилены. И если насчет пытающихся покинуть город был приказ сначала пытаться остановить по-хорошему, то насчет желающих переправиться на ту сторону реки приказ был однозначным — стрельба на поражение. Впрочем, по возможности, взять хоть одного живым и разговоропригодным.

     

     Ночью меня чудесно «приспала» Виола. Она уже тут освоилась и вместе с Джонни Смитом выявили сотрудников ПЖД — этой так называемой «подземной железной дороги». Взяв пяток моих лихих разведчиков, они темным вечером ловко их арестовали. А бумаги, найденные у них, чётко указывали на предательство. И денег у них сколько! Всё в казну моего батальона! Моим парням премия будет!

     

     Мы с Виолой вскоре пригрелись в постели и я ощутил… От неё исходил теплый, нежный аромат чистого, увлаженного ароматными кремами или маслами тела, от которого мне стало уютно и хорошо и вновь захотелось ощутить её своими руками и её целовать. И тут она засмеялась, повернулась ко мне спиной, встала на колени на край подушек дивана, руками уперлась в его спинку, одновременно прогнув спину и выставив свою попку навстречу моему члену. Хитро посматривала на меня из-за плеча и негромко постанывала, стараясь двигать попой в такт моим движениям члена. Ощущения были чудесные, необыкновенно приятные, так как осознание того, что я вставил член в попку юной, красивой женщине, заводило и придавало пикантности. Постепенно член стал скользить по её кишечнику почти беспрепятственно, с негромким чмоканьем от смазки и я ускорил темп толчков членом — в тугой дырочки Виолы мне было так чудесно!

     

     Я ускорил темп толчков и через несколько минут мощным потоком спермы наконец то оросил кишечник Виолы. Почувствовав это, она резко выгнулась, несколько раз глубоко вздохнула и чуть подавшись вперед, соскользнула с моего члена, улегшись на живот, чуть поджала и сдвинула вместе ноги, крепко сжав попку и ляжки. Она лежала и, переводя дыхание, тяжело дышала, продолжая изредка вздрагивать. Присев рядом с ней на край дивана, я нежно погладил её по взмокшей спине, спутанным и влажным же волосам. Она искоса взглянула на меня и улыбнулась, взяла мою ладонь, поднесла мои пальцы к своим губам, прошептав, что любит меня.

     

     Затем обернувшись полотенцами, вышли на кухню, где с аппетитом поели творожный десерт, приготовленный моей любимой хозяюшкой, выпили чаю. И вот мы в темноте улеглись, обнявшись и тихонько поглаживая друг друга, уснули.

     

     Утром Джонни доложил, что они с разведчиками тихо и ловко арестовал Николсона, главного «железнодорожника». В доме склад оружия, боеприпасов, две огромные сумки — в одной серебряные доллары (для негров) , а во второй — золото. Половину в кассу батальона! Отлично! Остальное — для показания в суде. Через час допросный материал был готов, причем в ассортименте: списки известным обоим членов «подземки» , особенно на территории Конфедерации, показания насчет сегодняшних событий, признание в том, что они участвовали в попытке передать ценную военную информацию федеральному правительству. Собственноручно написано, подписано, а также заверено как мной в роли следователя, проводившего допрос, так и второго лейтенанта Джона Смита с сержантом Стэнли О»Рурком в качестве свидетелей происходящего.

     

     И перед самым выдвижением в сторону пристани я напомнил как сержантам, так и рядовым о самом важном:

     

     — Стрелять начинаем исключительно по команде! И уж никак не раньше первого взрыва. Вооруженные «спенсерами» , к вам обращаюсь! Не стремитесь непременно попасть во вражеских офицеров, знаменосцев, даже сержантов. Просто грамотно распределяйте цели. Вас этому учили. Стреляете часто, патроны не жалеть. Вспомните учебу и всё у вас получится. Теперь те, у кого карабины Шарпса с оптикой… — выдержав паузу секунд в пять, я продолжил: — А вот для вас важнее не скорость стрельбы, а меткость. Цели — те самые офицеры, знаменосцы, сержанты, просто наиболее храбрые, пытающиеся воодушевить остальных, повести их в атаку или отступить не толпой, а в строю. Всем всё понятно?

     

     Высадка северян. Сходят на берег, сгружают амуницию и припасы, начинают готовиться к короткому маршу собственно к городу, к его центру. Туда, где реют флаги Конфедерации, те самые, что крепко заставили «федералов» столь резво возбудиться. Да и по всем раскладам им нужно захватить телеграф, железнодорожную станцию, да и здание мэрии просто как знак своей полной власти над городом.

     

     Пора! Взмах рукой. И вот уже боец, сидящий у подрывной машинки, активирует её. Спустя какое-то мгновение до нас доносится звук неслабого такого взрыва, а следом ещё один, но уже через пару секунд. Это второй фугас, он же первый, который не у выхода с пристани, а на ней самой.

     

     Звуковые эффекты, визуальные эффекты. А главное — сильнейшая эффективность подрывов, которую я мог наблюдать через свою подзорную трубу. Часть солдат, которые оказались в эпицентрах, порвало на составные части. О них и говорить нечего, если они кого теперь и будут заботить, то исключительно гробовщиков. Много раненых, которые катаются по земле и истошно кричат. И первый залп, который внес дополнительную толику хаоса в и так творящееся безумие. А за ним второй, третий и так далее. Винтовки Спенсера работали, как им и полагается, то есть позволяли вести стрельбу с высокой скоростью и довольно неплохой точностью. Что же до особой точности, так на то «шарпсы» , оптикой оснащённые. Результат — полка северян уже нет!

     

     Ночь я вновь провел с Виолой — она приносит мне удачу. А ведь точно — утром был разгромлен второй полк, остатки «федералов» согласны были сдать оружие. Но только после того, как их командир встретится со мной. Чтобы, так сказать, правила были соблюдены. Ну, коли так, я, в общем, и не против. Тем более что командир, полковник Элмер Эллсворт, , и в самом деле оказался командиром этого крутого подразделения, а именно 11-го Нью-Йоркского добровольческого полка под названием «Огненные зуавы». Два полка за два дня — тут федералы просто обалдели! И раненых всех вернуть им же. Мол, мы такие благородные, с ранеными не воюем. А на самом деле — пусть они сами их лечат, кормят-поят и так далее. Экономика! Чистой воды! Но в газетах (по моей просьбе) написали, какой благородый командир этого батальона!

     

     А вечером обалдел я — приехала Луиза. Это была сказочная ночь. Вначале она сделала мне отличный минет и вот тут я «поплыл». Вспышка страсти и тут все как в тумане! Просто ничего не помню! Жаркая такая волна и всё! Очнулся, лицо горит, мне так хорошо, лежу между ножек Луизы, а она меня целует и тихо благодарит. Мол, ей так хорошо, она два раза подряд… А я из нирваны всё никак не выйду! Какая она прелесть! Почти, как моя жена Диана в моей «той» молодости. Но утром мы уезжали из Александрии — вновь в Бул-Ран!