Щучья голова

     
Жили-были мужик да баба и была у них дочь, девка молодая. Пошла она бороновать огород; боронова-ла, бороновала, только и позвали ее в избу блины есть. Она пошла, а лошадь со всем, с бороною оставила в огороде:

     – Пущай постоит, пока ворочусь.

     Только у ихнего соседа был сын – парень глупой. Давно хотелось ему поддеть эту девку, а как, не придумает. Увидал он лошадь с бороною, перелез через изгороду, выпряг коня и завел его в свой огород. Борону хоть и оставил на старом месте, да оглобли-то просунул сквозь изгороду к себе и запряг опять лошадь-то. Девка пришла и далась диву:

     – Что бы это такое – борона на одной стороне забора, а лошадь на другой?

     И давай бить кнутом свою клячу да приговаривать!

     – Какой черт тебя занес! Умела втесаться, умей и вылезать: ну, ну, выноси!

     А парень стоит, смотрит да посмеивается.

     – Хочешь, – говорит, – помогу, только ты дай мне…

     Девка-то была воровата:

     – Пожалуй, – говорит, а у нее на примете была старая щучья голова, на огороде валялась, разинувши пасть. Она подняла ту голову, засунула в рукав и говорит:

     – Я к тебе не полезу, да и ты сюда-то не лазь, чтоб не увидал кто, а давай-ка лучше сквозь этот тынок. Скорей просовывай кляп, а я уж тебе наставлю.

     Парень вздрочил кляп и просунул его сквозь тын, а девка взяла щучью голову, раззявила ее и посадила на плешь. Он как дернет – и ссадил х…й до крови. Ухватился за кляп руками и побежал домой, сел в угол и помалкивает.

     – Ах, мать ее так, – думает про себя, – да как больно пи…да-то у нее кусается! Только бы х…й зажил, а то я сроду ни у какой девки просить не стану!

     Вот пришла пора: вздумали женить этого парня, сосватали его на соседской девке и женили. Живут они день и другой и третий, живут и неделю, другую и третью. Парень боится и дотронуться до жены. Вот надо ехать к теще, поехали. Дорогой молодая-то и говорит мужу:

     – Послушай-ка, милый Данилушка! Что же ты женился, а дела со мной не имеешь? Коли не сможешь, на что было чужой век заедать даром?

     А Данило ей:

     – Нет, теперь ты меня не обманешь! У тебя пи:да кусается. Мой кляп с тех пор долго болел, насилу зажил.