Проститутки Екатеринбурга

Расчленение добродетели или Секретный дневник мадемуазель N-2. Часть 8

     – Ну, так слушайте дальше, – прошептал аристократ самым интригующим тоном, – В своих рассказах я постоянно уделяю особое внимание задницам, поскольку, по моему мнению, это самая совершенная часть женского тела. Я часами могу распространяться о ней, и называть ее самыми восторженными словами.

     Поверьте, ни одна вагинальная щель не может тягаться по красоте с попкой и нежнейшим анальным отверстием. Именно поэтому, вскарабкиваясь на молоденькую мадемуазель я поклялся ей, что ее перепонка не пострадает от моего натиска, а дальше, я вбил свой готовый к действию орган прямо в её анус!!!

     К сожалению, от похоти я потерял чувство меры, и, видимо, порвал ей зад! Она заголосила так, как будто бы в нее проник нагретый до каления металлический штырь. Поскольку в соседней комнате играла музыка, и целая стая идиотов отплясывала очередной нелепый танец, – маркиз покрутил руками над головой, – Я неторопясь дал девке пяток пощечин, прибил воротник ее платья ножом к столу и еще шире раздвинул ей ноги.

     Несмотря на сильную боль и вопли, сучка текла как целый вагон шлюх. Скатерть под ней была залита кровью и выделениями, что еще больше распаляло мою похоть.

     Рассказав о крови, маркиз с удовлетворением посмотрел на графиню, и та еще больше побледнела. Жозеф, как ни в чем небывало потягивал вино, по всей видимости, предполагая, что жестокое совокупление было порождено дикой фантазией безудержного аристократа. Я же не знала, что и думать, поскольку маркиз рассказывал свою историю ярко и убедительно.

     – Ух, мадам, что бы вы стали делать, если бы перед вашим взором предстала задница голой, тупой, истерично вопящей шлюхи. Будь вы на моем месте, вы бы сделали то же самое, что и я. В течение следующих пяти минут я долбил эту девку в задний проход, стараясь сделать ей как можно больнее. Я наслаждался ее мучениями и ее страданиями, насильно вбивая член так, чтобы он входил как можно глубже в ее внутренности.

     Переполнявшая меня похоть доводила пенис до исступления. Я слышал, как в моем мозгу будто бы кричало – “Долби ее жестче. Долби ее так, чтобы она потеряла сознание от боли!”. Воистину, мадам, это придало мне таких сил, что я забыл обо всем на свете и решил придушить эту суку на месте. Взяв еще одну салфетку, я перетянул скотине горло и начал смотреть, как она задыхается на моем члене.

     Через две минуту сучка стала хрипеть и высунула наружу язык, стараясь вдохнуть немного больше воздуха. Слюни потекли таким потоком, что я вынужден был подставить под ее рот хрустальный бокал. Пизденка девицы стала сжиматься и разжиматься в невиданном ранее ритме.

     Сок брызнул из вагины струею, которую я почувствовал даже в анальном отверстии. Вы не поверите, графиня, но, подыхая, мерзкая шлюха не переставала кончать. Удушение было столь сладостным, что я решил идти до конца, дожидаясь, когда организм твари расслабиться и исторгнет из себя все, что накопилось в нем до этой поры.

     Тяжело вздохнув, аристократ поднял руки в трагическом жесте.

     – К несчастью, я просчитался. В последний момент задница девушки столь сильно сжала мою обнаженную головку, что я изверг в анус молоденькой суки целый фонтан спермы. Три раза я выбрасывал в ее попу потоки горячего семени, заполняя бездонные глубины горячей дыры своими мужскими выделениями. После того, как сперма оказалась на исходе, я извлек из девицы член и руками выдавил из его головки несколько капель семени.

     Как я углядел после траха, девичий зад был действительно порван мои поршнем, но совершенное мною злодейство пошло девушке на пользу. К счастью для дамы, на балу был хирург, который умело и быстро зашил девке зад, и та получила в свое распоряжение настоящий провал, готовый принимать в себя члены любых форм и размеров. Так, что мадемуазель, моя добродетель оказалась поистине бесконечной, ибо после моего соития, эта сучка высоко поднялась по социальной лестнице!!!

     – Боже, маркиз, вы настоящий извращенец! – графиня была до того шокирована описанием случившегося, что говорил в пол голоса, – Ради своей животной похоти вы изнасиловали самым грязным образом милое маленькое дитя! Вы требовали от нее таких вещей, которые не может вытерпеть ни одна уважающая себя дама. Вы…

     – Протестую, – прервал графиню Киннерштайн, – Во-первых, девице было 17 лет! Во-вторых, она не была уважающей себя дамой. В-третьих, когда в мужчине бурлит похоть, он порвет задницу любой женщине. Если вы хорошенько подрочите своему мужу, и решите поговорить с ним о похоти, то он поразит вас описанием таких извращений, что у вас волосы дыбом встанут.

     Поверьте, когда в члене бурлит сперма, любой, даже самый благовоспитанный мужчина превращается в одержимого самца, готового порвать и анус и пизду той самке, которой не повезло оказаться поблизости. При этом ему будет совершенно не важно, кто перед ним – шлюха или девственница, малолетка или старуха. Сила похоти уравнивает всех.

     – С каждым разом я все больше и больше поражаюсь вашим безумным описаниям! – захлопал в ладоши Жозеф, – Подобный талант ни часто встретишь!

     Стоит отметить, что к этому моменту времени я уже насколько возбудилась описанием безудержного сношения, что ни секунды не смущаясь встала перед маркизом на колени. Погладив руками находящийся в его штанах член, я пленительным голосом произнесла.

     – Восхитительное описание, маркиз, вы не позволите полизать вам член, дабы последние моменты соития были окрашены всплеском нового, чудовищного оргазма.

     – Благодарю, мадам, – вежливо отозвался аристократ, – Но ваш брат…

     – Мне будет приятно посмотреть на работу своей сестры, – покровительственным тоном произнес Жозеф, – Мы родственные души, маркиз, и я готов делить с вами не только потери, но и радости жизни!

     Повернувшись к госпоже Эйзенхофен, аристократ вежливо произнес.

     – Графиня, приношу вам свои извинения, но после рассказа мне потребуется кончить. Боюсь, что рта N для этой процедуры не хватит и мне придется воспользоваться вашим.

     – Во имя небес, вы предлагаете мне взять в рот ваш оскверненный развратом орган? – возмутилась до глубины души графиня, – Воистину Киннерштайн, вы дошли до самых глубин бесстыдства. Когда мой муж узнает об этом, он вызовет вас на дуэль и убьет!

     – Какая несусветная глупость, мадам, – произнес в ответ маркиз, расстегивая пуговицы своих штанов, – Да он будет рад тому, что вы взяли в рот хот чей-то отросток. Вам самой-то не стыдно начинать сосать в 50 лет?

     – Грязная тварь, я буду сопротивляться, – с ожесточением произнесла графиня, взирая на то, как я оголяю розовую головку мужского члена.

     – Ну, вот опять! Как же я ненавижу глупость, зашоренность и ханжество женщин из высшего общества, – покачал головой маркиз, после чего сурово произнес – Жозеф дайте мне в руки пистолет или фехтовальный меч. Я устал проявлять доброту.

     Уже через секунду в руках Киннерштайна покоилось тяжелое кремневое оружие. Ни говоря ни слова, Киннерштайн направил граненый ствол пистолета в лоб обезумевшей от ужаса графини. Когда маркиз, взвел курок оружия, я поняла, что он не шутит, ибо член его окреп и начал активно сочиться смазкой.

     – А теперь, старая сука, ты сделаешь все, что я тебе скажу, или твои мозги будут выбиты из твоей заляпанной стереотипами головы. Во имя дела революции, твои комплексы будут разрушены, или тебя постигнет самая страшная судьба. Поверь, я оттрахаю тебя, даже если ты сдохнешь, и только после этого N. будет позволено тебя воскресить!!! Вряд ли ты сможешь вспомнить о том, что когда-то умирала. Ну, так что, сука, ты сосешь или подыхаешь?

     – Помилуйте, маркиз, – попыталась отрезвить своего насильника графиня, – Я не умею этого делать… Я никогда, никогда не брала эту… Это в рот даже у своего любимого человека. Прошу вас, не заставляйте меня… Я не смогу это вынести…

     В ответ маркиз, схватил женщину за волосы и посадил ее рядом со мной на колени. Приставив к виску дрожащей женщины оружие, аристократ произнес.

     – Итак, мадемуазель. Слушайте внимательно. От этого зависит состояние моего члена, а значит и ваша жизнь. Сейчас, мадемуазель N расскажет вам, как следует отсасывать у мужчин. Вы внимательно выслушаете и повторите это на практике. Сосать будете очень осторожно, стараясь не коснуться головки члена своими белоснежным зубами.

     Понимая вашу наивность в подобных вопросах, я дам вам две попытки – два шанса доставить мне удовольствие. Если ласки вашего языка меня не удовлетворят, я без жалости выдолблю вас в зад самым отвратительным и грязным способом, который придет мне в голову. Прошу вас, графиня не сопротивляться, а то ваши мозги вылетят на стену кареты.

     – Как низко я пала, – запричитала сидящая рядом со мной графиня, в глазах которой стояли слезы искренней боли. То унижение, что она испытывала, было практически невозможно перенести, – Меня заставляют делать непристойные вещи и никто не желает заступиться за мою честь. Будьте вы прокляты Киннерштайн. Уверяю вас, что и дня не пройдет, как о вашем преступлении узнает императрица!