Проститутки Екатеринбурга

Рабыни острова Кремпо

Когда Солнце еще не взошло, но его лучи уже рассеяли ночную темень, а с берега дул легкий береговой бриз, на пустынном пляже острова Кремпо появились группы женщин, быстрым шагом идущие к воде. Некоторые из них несли в руках серые деревянные ящики, другие — небольшие бочонки. Несмотря на утреннюю свежесть, все женщины были совершенно голые, их продубленные морскими солеными ветрами тела были покрыты толстым слоем морского загара и множеством шрамов.

Все они — рабыни, когда бывшие самыми опасными головорезами по всему восточному побережью Ахерона и прилегающих архипелагов. За свои злодеяния их приговорили к длительным срокам заключения, а некоторых, и вообще, к виселице. Но Хозяин Острова выкупил их и привез сюда, на остров Креспо, дабы они добывали для него ценные раковины, жемчуг, кораллы и морские гребешки, из которых потом изготовляли дорогие красители для ткани, ювелирные изделия, оправы для очков или использовали в медицинских целях.

При поступлении на Кремпо, всех рабынь брили на голо, носить волосы могли только свободные женщины, кроме того, на левой ягодице всем выжигали клеймо Хозяина Острова — трезубец в круге, а на правой — номер «пять». Затем рабынь распределяли по бригадам. В каждой бригаде было пять человек, каждая рабыня имела свой порядковый номер от 1 до 5. Номер 1 носили рабыни-бригадирши, номер 2 — их заместители, а номера 3, 4, 5 — простые рабыни-ныряльщицы. Вся жизнь на острове была подчинена одной цели — добыть как можно больше ценных раковин со дна морского и сделать Хозяина Острова еще богаче. Эта цель становилась и единственным смыслом жизни рабынь, наряду с простым физическим выживанием.

Между тем, около самого уреза воды, рабынь уже ждали Надсмотрщики, одетые в белые одежды. В руках Надсмотрщики держали кожаные папки, а на поясе у каждого висела плеть. За каждым Надсмотрщиком была закреплено по одной бригаде рабынь и лодке-катамаране, которые лениво покачивались на волнах на небольшом удалении от берега. Подойдя каждая к своему Надсмотрщику, рабыни выстроились в шеренгу для осмотра строго по номерам. Надсмотрщики беглым взглядом осматривали рабынь и рукой проверяли их влагалища, на предмет наступления Дней Крови. Кровь в морской воде привлекала акул и других хищников, а это могла привести к травмам или вообще смерти рабынь, а значит и снижению добычи ими раковин, что недопустимо. Поэтому такие рабыни до ловли не допускались, а направлялись на Фабрику, под присмотр Главного Надсмотрщика, где обрабатывали, сушили и сортировали выловленные раковины до тех пора пока Дни Крови у них не заканчивались.

После осмотра Надсмотрщик, раскрыл свою папку, что-то записал, а затем дал указание рабыням грузится на судно, для чего они канатами подтянули ее к берегу. На лодке уже находился матрос, одетый в одну набедренную повязку, который спустил с борта деревянную сходню и помог зайти по ней Надсмотрщику. Затем вместе с рабынями загрузил сундуки с оборудованием, едой и бочонки с водой. После этого, ловко как обезьяна переместился на корму к рулевому веслу, а рабыни при помощи шестов и весел столкнули лодку с мели, развернули ее и направили к выходу из залива. Матрос распустил парус и катамаран, рассекая волны понесся на встречу всходящему солнцу. В это время Надсмотрщик вместе с рабыней-бригадиром, в специально отведенном для него шалаше на корме лодки обсуждал место сегодняшнего промысла. Для этого он достал из папки карту, изощрённую всякими записями и пометками, по которой водил холенным пальцем с перстнем. Очень важно было найти «богатое» место, и занять его первым.

Поняв куда плыть, Надсмотрщик проложил курс и отдал карту матросу. Тем временем рабыня-бригадир открыла один из сундуков и достала оттуда ножны с кривым ножом и небольшую кирку, ножны она закрепила себе на левое бедро, а крику — на правое. Затем из сундука рабыня достала водолазную маску, которую одела себе на лоб и моток веревки, которым ловко обвязала себе пояс и плечи. Затянув на себе хитроумные узлы, рабыня привязала к себе также камень весом около 30 килограммов, а другой конец веревки — к специальному кольцу в борте судна. Как только лодка приплыла в заданное Надсмотрщиком место, рабыня-бригадир начала быстро дышать, проветривая легкие. После минутной разминки, сделав глубокий вдох, она натянула маску и спрыгнула «солдатиком» с борта. Вода была еще прохладна, а набегающий поток приятно щекотал влагалище. Дабы усилить ощущения, рабыня левой рукой нежно помассировала себе клитор. Волна томного возбуждения пронеслась по ее телу и на душе стало немного радостней.

Залив Кремпо, в котором рабыни вели промысел был не глубоким, максимум 50 метров в глубину. В нем в изобилии водилась всякая морская живность, в голубой воде мелькали стайки райских рыбок, а рассекающие дно коралловые рифы все были облеплены разыми ракушками. Плюхнувшись на дно, рабыня осмотрелась и быстро оценила «урожай». Воздух в легких заканчивался, но бригадирше уже было понятно, что улов сегодня будет хороший. Ловко перебирая сильными руками, рабыня стала взбираться по веревке, которой она была привязана к лодке. Вынырнув на поверхность, она указала Надсмотрщику и матросу как поставить лодку, а затем поднявшись на борт проинструктировала остальных членов бригады.

Пока рабыня-лидер занималась разведкой, под руководством рабыни номер 2, остальные члены бригады надели маски, разобрали ножи и кирки, а также привязали к себе камни и закрепили свои веревки к кольцам на борту лодки. Матрос при помощи грузовой стрелы опустил на дно специальный ящик, куда рабыни будут складывать улов. Предстояло за сегодня набрать минимум десять таких ящиков, так что работы было много и терять время было нельзя.

По команде рабыни-бригадира остальные девушки после минутной дыхательной разминки стали нырять. Опустившись на дно, они при помощи мини-кирок отрывали ракушки от кораллового рифа и складывали их в ящик. Периодически каждая из них всплывала на поверхность дабы наполнить легкие воздухом и снова отправлялась на глубину. Меньше, чем через полчаса первый ящик был наполнен, и матрос вытащил его на борт. Надсмотрщик подошёл и придирчивым взглядом осмотрел улов, за этими рабынями нужен глаз да глаз, а то накидают черти чего, а я потом держи ответ перед Хозяином Острова.

Все на острове Креспо зависело от улова, причем от качественного улова, отчего все силы рабынь, надсмотрщиков, матросов были брошены на его добычу. Улов — это золото, которое широкой рекой текло в карманы Хозяину Острова, ну а уж ручейки его попадали Надсмотрщикам. Тех, кто не выполнял план по сбору ждала суровая кара. Рабынь секли, сажали в карцер-яму на неделю, Надсмотрщиков — лишали заработка. Хозяин Острова был скор на расправу, все кто находился на острове до ужаса его боялись. При этом как среди рабынь, так и среди Надсмотрщиков процветали интриги, наушничество, порой строились такие расклады, которых не встретишь и в королевских дворах. Рабыни буквально дрались за номера в бригаде, незыблемый закон гласил, что каждая рабыня должна пройти все ступени, то есть прибыв на остров и став «пятеркой», она не могла стать «тройкой» не побыв «четверкой», а для этого нужно чтобы либо освободилось место в ее бригаде, либо в другой. Но переход из бригады в бригаду возможен был только с согласия бригадиров и надсмотрщиков.

Периодически места в бригадах освобождались, так как у некоторых рабынь срок заканчивался, они становились свободными и покидали остров, некоторые гибли, кого-то «списывали» так как уже были не в состоянии работать, а их места занимали другие, ну а на освободившиеся «пятёрки», Хозяин Острова покупал новых. При смене номера, рабыне срезали клеймо на правой ягодице и ставили новое рядом. Достигнув номера 1 рабыня становилась бригадиром, и помимо обязанностей добывать ракушки, должна была решать и вопросы выбора места лова, и заниматься подбором девушек, кого из них повысить, а кого сменять в другую бригаду, за промахи подчиненных перед Надсмотрщиком отвечала также рабыня-бригадир. Кроме того, Надсмотрщики вели свою игру, и дабы умаслить Хозяина или Главного Надсмотрщика периодически отправляли ему смазливых рабынь для утех.

Да и сами Надсмотрщики были не прочь развлечься со своими рабынями. Опытная рабыня-бригадир была частой гостьей в постели Надсмотрщика, стараясь не допускать при этом туда остальных девушек, особенно номер 2. За это ей и ее подчиненным могли простить и не выполнение плана, и потерю ножа или кирки. Вот и сейчас, вынырнув очередной раз, рабыню-бригадира позвал к себе Надсмотрщик. Солнце едва перевалило за полдень, а уже шесть из десяти ящиков стояли полные. Такими темпами перевыполнить план можно было и четверым рабыням.

В шалаше Надсмотрщика царил полумрак и прохлада. Скудная обстановка включала в себя топчан, стол и пару стульев. На столе были разложены карты и какие-то бумаги, сам Надсмотрщик сидел в кресле и что-то писал. Рабыня-бригадир крадущимся шагом подошла к двери шалаша и несмело постучала. Она еще была вся мокрая и оставляла после себя следы на палубе.

«Да, заходи», сказал Надсмотрщик и повернулся в кресле. Рабыня зашла и опустилась на колени. Только так можно разговаривать со свободными.

«Ты знаешь, что делать», сказал Надсмотрщик. Рабыня на четвереньках подползла к нему и раздвинув полы халата нежно взяла руками его обвислый член.

«Он соскучился по твоему ротику, сучка» сказал Надсмотрщик, встав из кресла он резким движением прислонил лысую голову рабыни к своему паху.

«Давай же, соси, тварь» сказал он и отвесил рабыне оплеуху. Рабыня тотчас же начала сначала медленно, а потом все быстрее сосать увеличивающийся член Надсмотрщика.

«А ты знатно сосешь, не зря я тебя взял в свою бригаду, старая блядь» сказал он. «Мы уже почти пятнадцать лет вместе». Через несколько минут Надсмотрщик застонал, а рабыня почувствовала, как струя спермы потекла ей в глотку. Главное тут было не поперхнуться, а то за такие вещи Надсмотрщик пришел бы в неописуемую ярость. Но обошлось, и проглотив его семя, рабыня взглядом преданной собаки посмотрела на Надсмотрщика.

«Что ты лыбишься, раком становись» сказал он. Встав сзади, Надсмотрщик с силой вогнал свой член в ее влагалище.

«Уууууууу какая у тебя мохнатка» сказал он и больно дернул ее за паховые волосы. Рабыня не подала виду, хотя ей было очень больно. А тем временем Надсмотрщик стал трахать ее сзади, руками же он добрался до ее груди и начал крутить ее соски. Через несколько минут он снова кончил.

«Ну на этом все. Иди работай» сказал он. «Хотя нет постой, оближи мне пальцы и ступни ног. Массаж языком в твоем исполнении мне очень по душе». Сказав, он вытянулся в кресле, а рабыня принялась облизывать каждый палец на ноге, нежно обхватывая его губами и затем аккуратно работая языком. После пальцев на принялась за ступни, Надсмотрщик ерзал от удовольствия и подхихикивал…

«Ну ладно, тебе, достаточно» посмеиваясь сказал он. «А теперь к делу. Ты знаешь, скоро наша «двушка» станет свободной. Срок ее выходит. Десять лет как с куста. Кого не ее место ставить будем? Тройка наша хоть и работает как вол, да умом особо не блещет. Глупа как пробка. А ты сама понимаешь, что такое тупая двойка. Тебя нет, и план тю-тю»

«Господин» начала рабыня, но Надсмотрщик прервал ее

«Вставай с пола, чего там разлеживаешься», сказал. Рабыня, встав перед ним на колени, продолжила:

«Господин, вы правы тройка хорошо работает, может держать долго дыхание под водой, но вот быть моим заместителем она не сможет. У Господина Юлли, в бригаде есть хорошая «двушка», девушка она исполнительная и расторопная, но вот с номером 1 не ладит.»

«А-ха-ха-ха, куда ей ладить, там «единичка» быть здоров характерец. Да она в свое время из ямы не вылазила» ответил Надсмотрщик. «Но Юлли отдаст нам? И ты говоришь, что она уже «двойка», а кто тогда пойдет «двойкой» к нему в бригаду?»

«Господин, я думала над этим. Я вам открою секрет, номер 1 у Юлии, она… любит девушек. Ну вы понимаете. И ее «тройка» тоже, и они частенько любят вечером уединиться, но вы же знаете закон, через голову прыгать нельзя. Вот та бригадирша и думает, куда бы ей свою «двойку» спихнуть.»

«Хмммм….то есть ты предлагаешь махнуть нашу трешку на двушку у Юлли? А там его бригадирша повысит свою «трешку»-любовницу, а нашу «трешку» на ее место?»

«Совершенно верно, я с Укхалкиной говорила. Ой простите, это так единичку Юлли зовут» ответила рабыня.

«Ну что ж сегодня я с ним поговорю» сказал Надсмотрщик. «А ты умна…А знаешь что…» С этими словами он резко вскочил и бросил рабыню на топчан. Резким движением он раздвинул ей ноги и принялся лизать соленое, пахнущее морем влагалище рабыни. Его язык быстро нашел ее клитор и начал методично там работать. Мощная приятная волна захлестнула бригадиршу, от удовольствия она начала стонать и из нее потек сок. А Надсмотрщик уже взгромоздился на нее, и снова начал ее трахать во влагалище своим вновь окрепшим членом. От удовольствия рабыня стала подмахивать ему, от ее стонов он все больше заводился и увеличивал темп. Вдруг он издал рык, резко выдернул член из ее и изрыгнул очередную струю спермы прямо на живот рабыне.

«О как…» сказал он, вставая с кровати и вытирая свой половой орган подолом халата. «Ну все иди, иди…»