Проститутки Екатеринбурга

Приключения Аньки в Аду. Часть 3

     Когда никого не было в камере, Аньку обычно фиксировали в одном из двух положений. Либо подвешивали на столб как и в первый день, либо ставили на колени лицом в угол, сковав руки наручниками за спиной и прикрепив кольца которыми были проколоты ее соски, к металлическим кольцам торчащим из стены, с помощью специальных карабинов, ноги ее должны были быть раздвинуты, а руки лежать на раздвинутых ягодицах. Впрочем в этих положениях она находилась даже тогда когда в камере кто-то был, но она никому не была нужна для удовлетворения их потребностей.

     Пребывая здесь, Анька стала чувствовать постоянное сильнейшее сексуальное тянущее возбуждение, несмотря на то, что ее ебали за сутки несколько десятков раз, каждый мужчина находящийся здесь мог совершить за сутки по 4-5 половых акта. Пороли ее так же очень часто, иногда по несколько раз в сутки. За особые проступки или непослушание, пороли плеткой.

     Для разнообразия и сексуальности иногда ей позволяли одевать стринги, открытые туфли на длинных каблуках, коротенькую тесную маечку, но маечка должна была быть всегда задрана так чтобы не прикрывать груди. Хотя при нежелании кого-либо из мужчин видеть на ней эту одежду, и маечка и стринги тут же летели на пол.

     

     Сегодня, двое мужиков ушли на работу и черти за ними заперли дверь, оставшиеся четверо, рассевшись на диване, смотрели телевизор висящий на стене. Освобожденная Анька в одной задранной маечке, стоя на коленях, отсасывала одному из них хуй, громко причмокивая, как ей и было приказано. Хвостик ее волос метался по спине и плечам в такт движениям.

     – Ну чего сегодня смотреть будем, пацаны? Пытки, конкурс красоты, или порно? – пробегаясь по каналам, задал вопрос один из них, тот у которого в руках был пульт.

     – Давай конкурс красоты, посмотрим чего там черти придумали.

     – Да без проблем.

     Телевизор показал большой зал с большой ярко-освещенной сценой. В зале сидели зрители – разношерстная адская нечисть и немного людей. Они аплодировали. На сцену выходили девушки походкой манекенщиц, под номерами, в откровенных пляжных нарядах. Стараясь преподнести себя с лучшей стороны. Девушек было немного, всего десять, это был финал конкурса.

     – Сегодня финал, будет интересно.

     – Лучшую опять себе демоны заберут, а остальные по чертям разойдутся? – усмехнулся тот, которому Анька сосала.

     – А что? Когда-то было по-другому? – поддержал его сосед.

     Тем временем девушки появлялись на сцене, раз за разом выполняя различные задания – танцевали стриптиз, потом их по одной проводили на четвереньках по сцене, на поводке пристегнутому к ошейнику, и они должны были при этом как можно сексуальней вилять попкой, потом они должны были, раздевшись, ласкать и целовать друг друга.

     Жюри оценивала этапы конкурса, выставляя оценки.

     – Ого, похоже, кому-то сегодня здорово не повезет, у троих бал ниже проходного, жюри сегодня строгое.

     Анька почувствовала как член запульсировал и начал кончать ей в рот. Тот кому она сосала, заерзал, выгнулся дугой. Она ускорилась, старательно глотая теплую сперму. И придерживая член рукой послушно начала вылизывать его со всех сторон.

     – Рот открой, – приказал он ей.

     Она послушно открыла рот, показывая, что все проглотила. Он провел ей большим пальцем по округлым губам. Наклонился и плюнул в рот.

     – Глотай, соска.

     Она послушно проглотила и опять открыла рот, высунув язык. Ее потянули за волосы в бок.

     – Пускай теперь мне сосет.

     Аньку приподняли, уложив себе на колени вдоль дивана, так, что она стала лежать на коленях у всех четверых смотревших телевизор. И она, начав сосать крайнему, колом стоящий член, почувствовала, как остальные лапают ее тело, не отвлекаясь от просмотра телевизора. Она прогнулась, принимая такую позу, чтобы ягодицы были раздвинуты, и влажная промежность была вся на виду.

     – Может меня сегодня и не будут сильно пороть, если буду хорошо стараться, – подумала она и слегка завиляла попкой, которую начали лапать сильные руки. Она уже знала, что шрамы, синяки и ссадины на ее теле, исчезают очень быстро, буквально в течение нескольких часов.

     Тем временем, на экране события развивались дальше. На сцену вывели девушек, и главный черт из жюри начал зачитывать конечные оценки, начиная с худших. В итоге девушек занявших последние три места, приговорили к порке плетьми тут же на сцене, с последующим отправлением на переучивание. Еще шестерых разобрали себе черти из того же жюри для личных нужд. И наконец, занявшую первое место, покорно стоящую потупив взор стройную блондинку с прямыми волосами по плечи, под всеобщие овации преподнесли в дар поднимающемуся на сцену высокому – метра два с половиной, мощному демону. Ничего кроме туфель на высоких каблуках на ней не было.

     – Ритуальную еблю показывать будут, или он ее просто заберет со сцены?

     – Да должны, в прошлый раз показывали.

     На сцену вынесли три широких лавки, и начали привязывать к ним трех девушек занявших последнее место в конкурсе. А демон прошел по сцене к блондинке и поставил ее раком, боком к зрителям. На заднем плане приготовления были закончены, и трех девушек начали пороть плетьми, вызвав у зала бурные аплодисменты.

     А демон, сняв с себя набедренную повязку, показал залу свои два гигантских члена упруго висящих один над другим. Два твердых члена, толщиной с полулитровую пластиковую бутылку. И взяв блондинку обеими руками за голову, вошел в нее сразу двумя членами одновременно.

     – Мдааа, – задумчиво высказал мужик, лапающий Анькину попку, – теперь эта блондиночка от него и от его прислуги так каждый день получать будет.

     – Ну дырки-то у нее хорошо разработаны, он же в нее с первого раза вошел, – вступил в диалог его сосед.

     – Поебет, поебет пару лет, потом на другую поменяет, для демонов это вообще не проблема. Это нам, мыкайся с тем кого дадут, – прокомментировал третий и шлепнул Аньку по заднице, так что она завиляла ей еще усердней.

     Демон очень жестко на сцене ебал раком блондинку сразу двумя хуями в анал и в пизденку, держа ее двумя огромными руками за голову. Блондинка, приоткрыв рот и приподняв голову словно задыхаясь, подмахивала ему как могла, широко раздвинув ноги. Позади на сцене, в бешенном ритме, пороли абсолютно не жалея, трех неудачниц конкурса которые орали и визжали на весь зал, чем вызывали бурю восторга.

     Демон взял блондинку за талию, и легко, вертикально, спиной к себе, приподнял от пола, продолжая поднимать и опускать ее на свои два мощных члена, по которым уже начали течь соки от этого совокупления. Блондинка в его мощных руках казалась маленькой и хрупкой резиновой куклой, которую он протыкал на всю длину. Вся ее промежность была крайне напряжена и растянута, от входящих в нее двух толстых, упругих и рифленых членов.

     – Этой еще нормальный демон попался, на прошлом конкурсе победившую, демону-осьминогу отдали, вот где вообще что-то жуткое творилось. Наверное, до сих пор ее бедняжку где-то оприходует.

     Демон кончал, на весь зал разнесся дикий звериный рык, и зрители разом приутихли. Демон терзал свою жертву, буквально раздирая ее. Она беспомощно болтала в воздухе ногами в туфлях. Все медленнее и медленнее приподнимал он блондинку. Она что-то в экстазе кричала.

     Анька почувствовала, как и тот член который она сосала, дошел до оргазма, ударив ей в глотку струей. Она усердно продолжала сосать с оттяжечкой, пока член не закончил извергаться.

     Дверь в камеру открылась, с работы вернулись два мужика, поприветствовав остальных.

     – У нас для вас новости – черти сказали, что если дальше будем жалеть нашу шлюху, то ее от нас заберут. Говорят, одна шлюха на такую маленькую камеру это слишком много и она мало работает.

     Анька услышав эти слова, быстрее заработала ртом и языком, ласково обхаживая хуй со всех сторон, показывая какая она умничка.

     – Короче они ее просто для себя присмотрели и хотят отобрать у нас, – сделал вывод кто-то, – а нам опять дрочи и дожидайся следующей. Выходит, зря ей номер присвоили?

     – Ну не знаю, – ответил мужик, принесший нерадостную для Аньки весть, – они сказали, что теперь ее в пизду ебать запрещено, только анал и в рот давать. И пороть теперь ее нужно чаще: гораздо чаще чтобы по струнке ходила. Сказали, анал должен быть максимально разработан, она должна стать – анальной шлюхой. Иначе, ей хуже потом будет, когда ее демоны ебать будут и кнутом пороть.

     Анькино тело покрылось мурашками, а волосы на голове зашевелились. Она так и застыла с хуем во рту, прислушиваясь.

     – Но может, ее нам надолго оставят? Не заберут?

     – Может и оставят, только делать нужно в любом случае то, что они говорят. Иначе сами станем обычными мучениками. Тогда ни девочек, ни телевизора, только кромешный ад до скончания времен среди человеческого отстоя.