Женю похитили в одиннадцать часов вечера прямо возле лагерного туалета, она даже пописать не успела. Мужские силуэты возникли из ниоткуда, скрутили ей руки за спиной, защелкнули их в наручники и надели ей на голову мешок.Женя почувствовала, как её подхватили и понесли – и втолкнули в кузов машины. “Тихо сиди”, сказал мужской голос.

Её на мгновение удивило, что голос оказался без акцента – по пионерлагерю ходили страшные истории о том, что даже здесь, на Сочинском побережье Чёрного моря чеченцы могут легко поймать и похитить кого угодно. Конечно же, это первое, что пришло ей в голову, когда её тащили в машину. Но если не чеченцы, то кто тогда?

Издалека приблизился шум, словно двигалась беспорядочная толпа людей, какие-то сдавленные ругательства – и в машину втолкнули ещё несколько человек. “Тихо сидеть, а то получишь”, пригрозил голос и захлопнул дверь. Через несколько секунд хлопнула водительская дверь, машина завелась и тронулась с места. Где-то совсем близко кто-то пробормотал матерное слово, но как-то не по-взрослому. Потом другой шёпот – “Веталь, ты здесь?” “Да”. “Миха, и ты?” “И я, чо такое?” “Ты видишь что-нибудь?”. “Нифига, на мне кулёк какой-то”. “Бля, на мне тоже”. “Они в кабине?” “Да, мы тут одни походу”.

– Я тоже тут, – подала голос Женя. – Это Женя, вожатая двенадцатого отряда. А вы кто и из какого отряда?
– Бля, нафига весь этот цирк? – чуть громче возмутился один из пацанов. – Чего тебе от нас надо?
– Да я точно так же с пакетом сижу, – шёпотом ответила Женя. – Понятия не имею. Я думала, чеченцы, но не похоже. Вас трое?

– Да, мы из девятого отряда. Я Павел, а это Миша и Виталик. Миха, ты далеко?

Некоторое время мальчишки переговаривались, пытаясь сесть поближе и соприкоснуться скованными за спиной руками. Машину трясло по склонам местных дорог и это усложняло их действия. Женя услышала щелчок и сдавленный голос Миши…

– Блин, ты мне их только туже сжал, идиот. Больно же!
– Я чо, знаю как наручники раскрывать, что ли? – оправдывался в темноте Паша. – Попробовать же надо было.
– Дурак, – обиженно заныл Миха, – больно теперь капец…

Машина сделала резкий вираж и затормозила. Захлопали двери, повернулся ключ в двери кузова и мелькнул проблеск света. Женю вытащили, провели по каким-то коридорам и впихнули в комнату. Кто-то больно подхватил её под локти, снял наручники и толкнул вперед. Она упала на кровать и услышала, как закрылась дверь в комнату.

Женя торопливо сняла с головы пакет, осмотрелась в полумраке – небольшая комната с одной кроватью и тумбочкой, больше ничего нет. Щелкнула выключателем на стене и осмотрела себя. На запястьях краснели следы от наручников. Женя дернула ручку двери – закрыто.

Буквально через несколько секунд к двери кто-то подошёл, повернул ключ и дверь отворилась… в проёме появился высокий мужчина в чёрном костюме охранника. Женя отпрянула от двери и он вошёл внутрь, держа в руках какую-то стопку одежды.

– Так, слушай сюда и ничего тебе не будет. Наш начальник соскучился по своему пионерскому детству и хочет посмотреть прямо сейчас, как принимают в пионеры. Ты будешь принимать, поняла?
– Эээ, – не успела сообразить Женя. – Что принимать?
– Пацанов своих в пионеры принимать. Клятву пионерскую знаешь?
– Нет, – растерялась Женя.

Охранник разочарованно вздохнул. Достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги.
– Слушай, короче, вот твой диалог. Сейчас ты переоденешься в пионерскую форму, выучишь вот этот текст и прочитаешь его на сцене перед барином. Там будут трое пацанов из твоего лагеря, ты их примешь в пионеры, повяжешь им галстуки. Всё. Если сделаешь всё по сценарию, ничего тебе не будет, отвезём обратно как принцессу. Будешь рыпаться – будет хуже, поняла?

Женя сглотнула…
– Поняла. А когда это всё?
– Через десять минут. Вот твоя форма, переодевайся.

Охранник бросил на кровать одежду, которую держал в руке.
– Ещё раз повторяю – это наш маленький театр, барину так очень хочется. Если посодействуешь, то уедешь целая и невредимая. Нет – нет, я тебя предупредил. Речь на сцене читай громко и радостно, поняла?

Женя не успела даже кивнуть – дверь захлопнулась, она только услышала щелчок закрываемого замка. Женя подошла к кровати.

Форма оказалась самой простой… прямая чёрная юбка до колен, белая рубашка с приколотым на груди пионерским значком, алый пионерский галстук, простой белый бюстгальтер. Галстук, к счастью, был уже завязан, оставалась только чуть-чуть распустить узел, чтоб надеть его. Женя стянула свои джинсы и футболку, и надела форму. Юбка была чуть-чуть велика, рубашка тоже, но если её заправить за пояс юбки, то получалось вроде ничего. Бюстгальтер оказался маловат, но без него было нельзя – соски заметно торчали под белой тканью рубашки. Женя занялась распечатанной речью.

***

В соседней комнате мальчишки слушали инструктаж, раскрыв рты.

– Когда она повяжет галстук последнему, она развернётся к сцене и отрапортует, что ваш первый отряд в пионеры принят. В этот момент вы двое хватаете её за руки и подводите к самому краю сцены. Она будет для виду сопротивляться, поэтому не жалейте сил. Потренируйтесь тут при мне. – Охранник указал пальцем на самого мелкого. – Ты давай стань сюда, руки по швам. Вы вдвоем хватайте его за руки и сводите их вместе у него за спиной.

Паша и Миша подскочили к своему другу, заломили ему руки за спину.

– Нет, не нагибайте его. Просто сожмите локти вместе и толкайте вперед, чтоб он шёл.

Они заставили товарища пройти несколько шагов.

– Если она опустит голову, подними её за волосы, понял? Потренируйся.
– Так? – Павел запустил пятерню в волосы Виталику и запрокинул его голову вверх.
– Да, так.
– А это точно можно? Она же…
– Она проститутка, мы ей заплатили за эту сцену, не переживай. – Охранник жестом указал всем троим повернуться лицом к нему. – Она будет специально сопротивляться, это так и задумано, понятно? Ей хорошо за это платят.

Пацаны ошарашенно смотрели на него. Женя, вожатая из соседнего отряда – проститутка?

– Когда вы будете её держать у края сцены, ты подойдешь спереди и расстегнешь её рубашку, понял? Она будет в лифчике, ты стащишь его вниз. Так, чтоб сиськи были хорошо видны.

Глаза Виталика округлились…

– Ага…
– Потом подойду я и перехвачу её у вас. С этого момента вы свободны, вас отведут в эту комнату. Если всё хорошо сделаете, я разрешу ей вас тоже обслужить. Понятно?

Мальчишки торопливо закивали…
– Понятно.
– Переодевайтесь, ваш выход через пять минут.

***

Женя непривычно щурилась на сцене, стараясь привыкнуть к слепящему свету софитов. Четыре прожектора, казалось, просвечивали её насквозь. На маленькой сцене почти ничего не было – узкая трибуна в углу, на которой лежала копия ей речи и три галстука, советский флаг, пионерская клятва в рамке на стене.

Что было в зале, она не видела. Вроде бы чьи-то ноги в первом ряду, силуэты на креслах и в проходах. Женя стала за трибуну и храбро улыбнулась залу.

На сцену вышли мальчишки в советской школьной форме… коричневые брюки и пиджачки, белые рубашки. Следом вышел уже знакомый охранник, держа в руках включённую видеокамеру. Женя снова улыбнулась в зал и сквозь блеск прожекторов заметила красные огоньки ещё двух камер. Охранник кивнул, Женя набрала побольше воздуха в грудь и начала приветствие.

***

-… первый отряд в пионеры принят! – Женя гордо выпрямилась перед залом, трое новоявленных пионеров в шеренгу прямо за ней, руки вскинуты в пионерском салюте. Камеры приблизились, снимая её крупным планом.

Вдруг её руки заломили, резкое движение вытолкнуло её вперед. Перед ней очутился Виталик и принялся буквально отрывать пуговицы её рубашки на глазах у невидимых зрителей. Женя затрепыхалась…

– Эй, что ты делаешь?! Отпустите! Отпустите же!

Рубашка распахнулась, обнаженный живот и декольте беззащитно предстали перед прожекторами. Виталик бесцеремонно положил руки на чашечки её бюстгальтера и рванул их вниз. В тот же момент чья-то ладонь вцепилась ей в волосы и потянула голову назад. Женя осознала, что стоит на краю сцены с обнаженной грудью и запрокинутой головой, и что кто-то в данный момент перехватывает её руки.

Девушку утащили на середину сцены, повалили спиной на непонятно откуда взявшийся стол и начали прикручивать к нему. Пока приковывали руки, Женя почувствовала, как ей задрали юбку и сильные руки потянули её трусы вниз. Она изловчилась и оттолкнула кого-то ногой, но через секунду он снова навалился на неё, прижал и окончательно стащил с неё трусы. Ноги тоже приковали к ножкам стола, и бедная Женя обнаружила себя привязанной к столешнице; из всей одежды на ней осталась лишь задранная юбка и пионерский галстук на шее.

Сильные мужские пальцы сжали её щеки, в рот протиснулась какая-то металлическая штука и Женя вдруг обнаружила, что её зубы размыкает жесткая металлическая распорка. Вытолкнуть её она не могла – кожаный ремешок распорки обвивался вокруг её головы и застегивался где-то сзади.

Женя почувствовала себя совсем беспомощной – раскрытый рот, прикованные к ножкам стола руки, широко разведенные и тоже прикованные ноги, голая грудь торчит сосками вверх, и такая же беззащитная голая промежность выставлена напоказ перед прожекторами.

Краем глаза она увидела мальчишек – их руки были прикованы наручниками к короткому столбику, торчащему из сцены. Мальчишки были вынуждены наклониться, чтобы дотянуться до столбика, но глазами неотрывно смотрели на неё – точнее, на её голое тело. Женя чуть не расплакалась от стыда и унижения, но слёз в высохших глазах не нашлось.

***

Прошло несколько долгих минут, во время которых ничего не происходило. Сцена опустела, на ней остались только жертвы – распятая на столе девушка и склонённые, прикованные к короткому столбику новоиспечённые “пионеры”. Женя вертела головой, прислушивалась, но из зала не было слышно почти ничего. Кажется, щелчки фотоаппаратов, шаги – и всё. порно рассказы подростки.

А ещё через мгновение сцена заполнилась людьми в масках. Голые мужчины, кто с подтянутой фигурой, а кто с дряблой кожей и с некрасивым животом, но все в черных узорчатых масках, закрывающих пол-лица. Женя вздрогнула от того, что её вдруг стали касаться чужие руки… кто-то гладил её по ногам, трогал живот и бёдра, бесцеремонно щупал соски и теребил грудь.

Мужчины окружили её со всех сторон и Женя потеряла счёт прикосновениям – множество рук трогало её где только можно… чужие ладони стискивали её нежные груди, чьи-то пальцы исследовали её промежность, теребили складочки и тянули за розовые лепестки интимных губ. Ещё секунду Женя надеялась, что это всё закончится простым “осмотром”, но перед её глазами вдруг возникли мужские ноги, а в её беспомощно открытый рот сквозь распирающее его кольцо вдруг ткнулся полумягкий член.