Проститутки Екатеринбурга

Папа, мама, Ваня и клизма. Часть 3

     “Пока нет!”, вынужден был признаться сын. “Ничего, я тебе сейчас помогу в этом”, мать ему ответила. Она выбрала из кармана в халате ту же коробку со свечами и оторвала одну из них. “Встань с горшочка, Ванечка, и ложись на спинку!”, она похлопала рукой по диванчику. “Мама, не надо! Я сам… “, стал возражать сын, то мама тут же схватила сына за пазухи, силой оторвала от горшка, подняла его вверх и положила на диван спиной вниз. “Ножки вверх подними, Ванечка, и притяни их животику!”, она распорядилась, и на сей раз сын послушался. “Ну, вот, умница!”, похвалила его мама, “сейчас посмотрю, почему твоя дырочка каку не выпускает”. Она почти освободила из упаковки свечку, оставив в ней лишь сам конец суппозитория, который взяла двумя пальцами правой руки и приставила к анальному отверстию сына. Затем она резким движением указательного пальца ввела свечку мальчику в аннус до упора и сказала: “Да, засохши твоя дырочка, Ванечка, также, как и моя сегодня была. Ну, ничего, я надеюсь, что свечка сейчас растает, стул размягчит, и ты через несколько минут покакаешь”. Она выволокла палец, велела сыну опустить вниз ноги и выпрямить их. Сама тем временем стала ладонью левой руки массировать его животик, приговаривая: “Выходи вон, какачка, не стой так долго в кишечках моего Ванечки! Пусть он сам покакает, чтобы не пришлось бы ему клизму делать!”. Ваня чувствовал явный дискомфорт, который создавал посторонний предмет, введенный ему в прямую кишку.

     Свечка понемножку таяла и щекотала его задний проход. “Мама, мне не приятно, выбери свечку!”, он хныкал. “Потерпи, сынуля, скоро свечка растает и всё будет нормально”, мама его успокаивала, “ты же понимаешь, что надо размягчить твой проходик, чтобы кака вышла бы вон!”. “Она и так выйдет!”, стал возражать мальчик, но мать его прервала: “Не выйдет, сыночек, я по себе знаю, если в проходе всё засохло, то кака сама не выходит. Надо применять свечку, а, если она не помогает, то клизму”. “Мама, а как это было, когда папа тебе впервые делал клизму, расскажешь мне?”, сын вдруг спросил. “Расскажу, если будешь послушным мальчиком и спокойно полежишь 5 минут”, ответила мать. “Буду, буду!”, сын спешно согласился. “Ну, тогда слушай”, начала рассказывать мама, попутно продолжая массировать ему животик, “это было, когда я училась в институте на первом курсе. Мы, студенты, жили довольно бедно, питались скудно, и запоры среди нас были не редкостью. У нас, девочек, была одна общая бутылка касторки на всех, которой пользовалась та, которой на данный момент это было необходимо. В тот день, это было в пятницу вечером, почти все студенты были разъехавшись по домам, я почти одна была оставшись в общежитие. Уже три дня подряд я не была какавши, живот у меня был вздутым и немножко побаливал. Девочки мне были оставивши бутылку касторки, мол, мы уезжаем, а тебе надо, так пользуйся, я её выпила всю, но покакать до вечера всё равно так и смогла, хотя живот от касторки бурлил, вздувался, но вон ничего не выходило, хотя я и бегала в туалет через каждые полчаса.

     Однажды, просидев на горшке где-то четверть часа и ничего так и не выдавив, я с красным, запотевшим лицом вышла в коридор и встретила там твоего папу, Андрея, он тоже учился в институте, был на один курс выше меня. Он сразу заметил, что со мной что-то не так, стал спрашивать, что к чему, и я сначала как-то отговаривалась, но в конце концов заплакала и рассказала ему, какие у меня проблемы на самом деле. Он сказал, что мне нужно сделать клизму, и всё будет в порядке. Я ответила, что медпункт закрыт и не будет работать до понедельника, тогда он засмеялся и сказал, что медпункт не нужен, он сам меня проклизмует. Я сначала, конечно, ужаснулась и отказалось от его предложения, но он строго настоял на своём, говорил, если я не соглашусь на клизму от его рук, то он скорую помощь будет вызывать, ибо с запором шутки плохо, от этого человек и умереть может, если длится дольше 3-4 суток. В итоге мне пришлось согласиться. Он завел меня в свою комнату, запер ключом с наружи, а сам отправился в аптеку за клизмой. Вернувшись через минут 15, он велел мне снимать юбку и трусы и ложится на кровать; сам тем временем наполнил клизму водой из бутылки, стоящей на подоконнике, наконечник намазал каким-то кремом. Я послушно разделась и легла на кровать, затем по его приказу повернулась на левый бок и прижала ноги к животу. Он начал мне вставлять в попу наконечник, это было больно, поскольку у меня была трещина в заднем проходе, образовавшись от постоянных тужений при запоре. Наконец-то предмет удалось ввести, затем Анлрей открыл кран на шланге и поднял клизму вверх.

     Я почувствовала, что вода начинает поступать мне в кишечник. Вода была довольно-таки холодной, что доставляло мне неприятные ощущения, но Андрей говорил, что так надо, именно такая вода лучше всего каку размывает. Я не стала с ним спорить и послушно терпела где-то минуты три, пока клизма не опустошилась. Затем он извлёк наконечник, мне страшно какать захотелось, но твой папа стиснул мои ягодицы и держал их сжатыми ещё пять минут, несмотря на то, что я отчаянно просила меня отпустить, ибо боялась, что кишки в животе у меня лопнут, ведь там много каки было накопившись, а тут он ещё такое большое количество воды залил в них. Лишь после этого промежутка времени он меня отпустил, помог встать на ноги, затем выбрал из шкафа ведро и велел садиться на него. В другой раз я бы непременно отказалась бы, ведь стыдно же срать перед чужим мужчиной, каким он для меня тогда являлся, но тогда уже у меня не было сил больше терпеть. Я упала на ведро и извергла в него содержание своего кишечника. Вместе с водой вышло много какашек и газов, и наконец-то я получила долгожданно облегчение. Я просидела на ведре минут десять, затем Андрей дал мне старую газету, я вытерла ей себе попу, надела трусики и юбку, отнесла ведро в туалет (слава Богу, но пути никого не встретила) и вылила его содержание в унитаз, затем снова спустила одежду и села на горшок, поскольку какать всё ещё хотелось. Просидела опять где-то четверть часа, опять довольно много какашек выжала, вроде бы живот прочистился. Вытерла себе попу, заправила одежду и пошла в свою комнату.

     Однако позывы на низ у меня время от времени всё появлялись, я вынуждена была по несколько раз бегать в туалет, хотя ничего выжать уже не могла, ибо кишечник был пустым. Ну, вот, так мы с твоим папой и познакомились, а потом он пришел ко мне, начал говорить, что я теперь ему должница, должна оплатить оказанную помощь своей любовью. Короче говоря, вскоре после этого мы стали с ним жить вместе как муж и жена. Теперь ты знаешь, сынуля, как всё было… Ну, а сейчас сам вставай и иди, садись на горшок!”. Ваня неохотно встал с кроватки и сел на рядом стоящий горшочек. Во время рассказа мамы он почти уснул, свечка была растаявши, животик хорошо размассирован, однако какать почему-то всё равно ничуть не хотелось. “Пррк!”, мальчик выпустил из себя небольшой остаток свечки, она упала в горшочек. Пацан продолжил тужится, надеясь, что вслед также пойдёт и кака. Однако как Ваня не старался, ничего кроме воздуха из своего животика он опять так и не смог выжать, хотя усиленно тужился на горшке целых 10 минут. “Ну что же, Ваня”, резюмировала его мама, “видно тебя закрепило ещё больше, чем меня. Ничего не остается, как идти на кухню наполнять клизму”. “Не надо клизму!”, заскулил сын, но мама не стала его больше слушать и отправилась на кухню. Ваня через некоторое мгновение вскочил с горшка и со спущенными штанами побежал ей вслед. Мама выбрала из кухонного шкафчика клизменный баллончик и стала мыть его под краном. Сын подбежал к ней и стал упрашивать: “Мам, ну не делай мне клизму, я ведь ещё вчера утром какал”.

     “Да, сынуля, в том то и дело, что вчера, а не сегодня. А кака у тебя в животе так засохла, что даже свечка совсем не помогает. Ничего не поделаешь, придется клизмочку сделать”, она ответила и набрала в баллончик немножко крановой воды, после чего сжала грушу и выпустила воду вон. “Мне больно от клизмы”, стал утверждать Ваня. “Если сопротивляешься, то конечно. Ты попробуй хоть однажды лежать спокойно, чтобы ни я, ни папа тебя не держали бы, тогда увидишь, что клизма вовсе не такая уж страшная”, объясняла мама. Она взяла из холодильника бутылку касторки, налила из неё в кружку с водой где-то сто грамм масла и стала размешивать жидкость в кружке ложкою. “Мама, ты что там делаешь?”, спросил её сын. “Добавляю касторку в воду, а то боюсь, что от чистой воды клизмы ты не покакаешь, раз у тебя такой крепкий запор”, сказала мать, затем взяла в руки баллон, сжала его и погрузила носик клизмы в кружку. Груша стала понемногу наполняться водой. “Иди, сынуля, в гостевую комнату, ложись на диванчик, сейчас я приду к тебе с клизмочкой”, мама Надя стала уговаривать Ваню. “Ой, мам, я не хочу! Может всё-таки не надо, а?”, заскулил сын. “Надо, Ваня, обязательно надо!”, засмеялась мама, выбрала из кружки наполнившейся баллон, слегла нажала на него, выпустив из носика воздух, затем положила клизму в карман своего халата, взяла сына за руку и потащила в комнату к дивану. Ваня продолжал хныкать и уговаривать мать не делать ему клизму, она на это ничего не отвечала и лишь двигала сына вперед себе.

     Из соседней комнаты вышел папа и мигом оценил ситуацию. “Ну, Ваня, ты что, разве не понимаешь, что надо клизму делать, если сам не можешь покакать? Вот мамочке твоей сделали, сам видел, как хорошо она покакала. И ты сейчас тоже покакаешь!”, он уговаривал пацана. Тот в ответ громко заплакал. “Ух ты, какой сопливый, прямо как девчонка, парни так себя не ведут!”, стал стыдить его отец. Он схватил Ваню за пазухи, поднял вверх и положил на диванчик на левый бок, затем согнул ножки сына в коленях и прижал их к животу. “Надя, начинай!”, он махнул рукой жене, та правой рукой выбрала из кармана клизму, а левой раздвинула и так приоткрытые ягодицы сына. “Сейчас всё будет сделано, сыночек, ты только, ради Бога, не зажимай попочку, ладно?”, она сказала Ване и вставила ему в задний проход наконечник клизмы. Мальчик громко заревел. “Тихо, тихо, Ванечка, счас всё закончится”, успокаивала его мама, а папа крепко держал сына за ноги и туловище. Мать ввела наконечник до упора и сжала клизму. Вода под давлением влилась в кишечник ребёнка. Уже через несколько секунд груша опустошилась, и мама извлекла наконечник клизмы из сраки сына. “Ну, вот и всё, Ванечка, тебе разве больно было?”, спросила мать. Сын рыдал и ничего не отвечал. “Я пойду мыть клизму, а ты удерживай его, как и положено, 5 минут”, сказала мужу Надя и ушла. “Пап, отпусти меня на горшок!”, стал умолять отца Ваня, но тот лишь помахал головой и сказал: “Нельзя, сынок, надо удержать водичку в животике, иначе кишечки не размоются, и придется клизму повторять! Ты же не хочешь этого?”.

Страницы: [ 1 ]