Неожиданный поворот

     Все, что здесь описано произошло в те далекие годы, когда секса в СССР не было, но его очень хотелось. Все семь человек – герои этой повести реальные люди. Когда у меня появился компьютер, а было это 13 лет назад, мне захотелось набрать этот рассказ для себя (тогда он был написан с моей, однобокой точки зрения).

     С трудом верится, что мы в молодости вытворяли такое, и продолжалось это четыре года, но до всего этого мы дошли спонтанно и постепенно. Позже рассказ был показан одному из участников (нас связывают родственные отношения), были внесены изменения, мысли, чувства и свое видение второго персонажа, в процессе редактирования нахлынувшие воспоминания не раз провоцировали секс. Пятеро из нас живут недалеко друг от друга, но тех отношений уже не поддерживаем – у всех свои семьи, но когда редактировался рассказ, захотелось уточнить подробности у каждого участника. Общение облегчалось тем, что три пары из нас родственники, а двое из разных пар родственников дружат еще со школьной скамьи. Все это сводилось в единое целое двумя первыми энтузиастами.

     

     Рассказ был распечатан и отдан каждому для уточнения. Постепенно все пятеро увлеклись, рассказ оброс давно забытыми деталями (прямая речь каждого из пятерых участников редактировалась им самим ) и превратился в повесть. Совместными усилиями нам удалось более или менее обработать ее литературно. Как позже выяснилось, в процессе уточнения секс между собеседниками возникал почти всегда и, наконец, этим летом мы все впятером встретились у меня на даче, начали с прочтения, а закончили дикой оргией. Тогда же было решено опубликовать наш опус в Интернете. Интересно, кто-нибудь догадается кем в рассказе являюсь я?

     

     ИТАК:

     Татьяна дружила с Маринкой с детского сада. Их дружбу еще более скрепило обучение в одном классе. Девочки вместе готовили уроки, гуляли, делились самыми сокровенными мыслями. Сейчас, когда им исполнилось по 13 лет, они уже не могли обходиться друг без друга. Поэтому не было ничего удивительного в том, что когда Маринкины родители уехали на выходные к родственникам в деревню, она предложила подруге переночевать у нее.

     -А как же Пашка, – спросила Татьяна.

     -Да чем он нам мешает, мы будем спать в другой комнате, поболтаем подольше, соглашайся.

     Паша 16 летний брат Маринки учился в 9 классе и до сих пор не гулял ни с одной девченкой, над чем без конца подтрунивала острая на язык Татьяна. Пашка не обижался, хотя иногда делал вид, что разозлился и начинал швырять подружек на диван, чем приводил девченок в полный восторг и они втроем устраивали такой шум, что несколько раз соседи ожесточенно барабанили по батарее. У парня в этом был свой интерес: в свалке он как бы невзначай, отрывая Татьяну от пола, брал ее за внутреннюю поверхность бедра и иногда касался ее промежности. Делать это он всегда старался быстро, вскользь, лишь изредка позволяя своей руке задерживаться на трусиках девочки. Татьяна в пылу борьбы ничего не замечала, а Маринка тем более. Потрогать таким образом свою сестру у Пашки даже мысли не возникало.

     Таня, спросив разрешения у своих родителей, пришла к подруге после восьми часов вечера, они попили чай и, уединившись в зале, разложили диван-кровать и приступили к обсуждению их постоянной темы – кто из пацанов и девченок их класса в кого “влюбился”.

     Около полуночи Татьяна пошла в туалет, а так как у нее “шило в одном месте”, решила пошалить и измазать брата своей подруги зубной пастой. Прокравшись в ванную комнату, она тихонько взяла тюбик и на цыпочках подошла к спальне. Открыв дверь девочка замерла с открытым ртом: Пашка совершенно голый лежал на спине лицом к окну и сосредоточенно онанировал. Лунный свет очень хорошо освещал увлекшегося парня. Почувствовав постороннее присутствие, Пашка повернул голову. Несколько секунд длилась немая сцена, затем Татьяна быстро покинула комнату.

     Разозленный блудник закутавшись в одеяло вбежал в зал.

     -Что это ты ходишь по чужим комнатам, – скрывая свой стыд, он почти кричал.

     -А что это ты там делал? – обескуражила его Татьяна

     -Было жарко, я просто лежал и не мог уснуть, – судорожно сглотнув, выпалил парень.

     -А что у тебя было в руках? – наступала девочка.

     -А что такое? – спросила удивленная Маринка.

     -Да ну вас в баню. – Пашка поспешил свернуть щекотливую тему и выскочил за дверь.

     -Я ничего не поняла, – обратилась Маринка к подруге.

     -Ты знаешь почему он так разозлился? – он был голый и дрочил свой хуй, а тут я вошла и все увидела.

     -Пашка? Голый? – Маринка широко раскрыла глаза – Правда? Ты видела у него?

     -Да, он лежал и держал хуй в руке, а он толстый такой. Я сразу поняла, что он дрочит.

     -Что делает? – не поняла Маринка.

     -Дрочит, ну возбуждает себя. Ты что не разу не трогала себя между ног?

     Судя по тому, как Маринка покраснела и рьяно замотала головой, можно было понять, что Татьяна попала в самую точку.

     -Да ладно тебе, я тоже этим занимаюсь, что тут такого, приятно и ладно, ты же не на улице перед всеми это делаешь.

     Красная, как рак, Маринка молчала.

     -А пацаны тоже это делают, – продолжала осведомленная подруга, – Только ты трешь клитор, а они хуй.

     -А он у него большой? -Маринка так и не решилась произнести матерное слово.

     Татьяна смакуя стала красочно описывать член ее брата, с удовольствием отмечая возрастающий интерес подруги.

     – Он такой толстый, жесткий, с такими жилками, когда Пашка медленно двигал рукой и натягивал кожу, вылазила здоровая, красная залупа, а сверху разрезик такой маленький из которого ссут, а яйца большие такие, волосатые:

     Маринка слушала открыв рот, не задаваясь вопросом: как можно в полутьме за короткое время так подробно все рассмотреть. Пашка лежал в своей комнате с горящим лицом, не представляя как теперь себя вести при встрече с Татьяной.

     -Интересно, расскажет она Маринке? Вот я влип, пойти послушать что ли о чем они говорят?

     Он встал и тихонько прокрался к залу, где находились девченки.

     Татьяна уже закончила свой рассказ и видя, что Маринка в возбуждении, заразилась от одноклассницы и предложила поонанировать друг перед другом. Маринка никак не могла решиться, поэтому Татьяна первая сняла трусики и задрала вверх ночную рубашку. Ее клитор торчал из половых губ розовой пуговкой.

     -Смотри какой он у меня, – Татьяна двумя пальцами растянула свою щель и ее маленький членик высунулся еще больше.

     -Теперь ты мне покажи, да хватит тебе стесняться.

     Маринка, красная как рак стянула трусы и, сняв ночнушку, встала на колени, широко раздвинув ноги.

     Пашка, наблюдавший все это через щель не плотно прикрытой двери, с победоносным видом вошел в комнату.

     -Ну и чем вы здесь занимаетесь? – торжествующе спросил он.

     Девченки мгновенно нырнули под одеяла. На Маринку было жалко смотреть – она вся пылала и не знала куда деть глаза. Татьяна смутилась лишь на мгновенье, – Да мы тут спорили у кого из нас клитор длиннее. Пашка опешил и не нашелся что ответить.

     -Хочешь посмотреть? – продолжала хулиганка. Бедный парень так растерялся, что потерял дар речи. Его мозг лихорадочно соображал. Конечно, посмотреть хотелось, но он опасался подвоха со стороны Маринкиной подруги, к тому же смущало присутствие сестры. Но инстинкт победил.

     – Ну, давай, – как можно безразличнее произнес он.

     – А ты нам покажешь? – спросила юная нимфетка.

     В его мозгу снова происходила борьба: он стеснялся раздеться и хотел посмотреть на голую Татьяну, про Маринку он почему то в этот момент и не думал.

     – Ладно, – наконец произнес Пашка, – но сначала я посмотрю, – выставил он ответное условие.

     Татьяна сбросила одеяло и стянула ночную рубашку. Она легла на постель, слегка раздвинув ноги. Пашкин член мгновенно оттянул трусы, выдавая его состояние и заставляя стесняться еще больше.

     – Ну, теперь ты, – почему-то шепотом сказала Татьяна, не отрывая взгляд от трусов парня.

     – Пусть она тоже разденется, – кивнул он на сестру, не зная как отдалить момент выполнения договора. Маринка вся напряглась и лежала не отрывая взгляда от оттопыренных трусов брата.

     – Марин, ну ты че? – подруга потянула с нее одеяло. Та, судорожно вцепившись в него, продолжала молчать.

     – Пусть разденется, – повторил Пашка, надеясь выиграть время и придумать что-нибудь еще.