шлюхи Екатеринбурга

На сопках Манчжурии. Часть 1

     Прошлым летом довелось быть на Кавказских водах, в Пятигорске. Пригласил меня туда старый приятель по университету — доктор Штефельман. Имея приличную практику, жил в полное удовольствие, пользуя московских дам, лечивших застарелые дамские болячки. Одним словом, собрался я, поручив Галчонку дела по дому и вот уже поезд, не без комфорта, доставил меня в Пятигорск. Не буду останавливаться на красотах кавказских, местных нравах и обычаях, перейду к главной теме повествования.

     Через неделю питья замечательного кахетинского вина, фруктов и овощей, а также минеральной воды, отчего случился типичный для этих мест понос, я освоился и сидел в помещении лечебницы, где велся приватный прием. Пациенты были типичные, жалобы однообразные, даже начал скучать, хотя сумма гонораров приятно ласкала бумажник. Таких денег дома не заработать. Очередная пара получила рекомендации, как и какую воду пить, сколько и так далее. Дородная дамочка задержалась на минуту, спросив…

     — А вы не смогли бы проконсультировать и дочку по пикантной проблеме: Даже не знаю, как помягче выразиться:

     — Нуте-с, нуте-с, — поддержал я, поправив пенсне, которое, сказать честно, не было нужно. Носил просто так, для солидности.

     — Дело в том, что дочь моя, Полина, жалуется на кишечную ипохондрию, запоры, другими словами. По большому ходит один раз в пять дней и то, когда делаем клизму или даем выпить отвар листа александринского. Вы понимаете, доктор, озабоченность. Девице тринадцать лет, месячные прошлой зимой пришли, так что проблемы сии совершенно ни к чему…

     — Конечно, можно помочь горю, но в начале хотелось бы взглянуть на пациентку, ведь болезнь серьезной может сказаться.

     — Абсолютно с вами согласна, тем более, что наш доктор Цукершмидт, — подчеркнула дама, — настоятельно рекомендовал побывать на водах. В Баден-Баден теперь не попасть, война, как вы понимаете, да сказать честно, дороговато, поэтому решили в Пятигорск съездить. Полина, пройдите к доктору.

     Дверь приоткрылась и в кабинет не взошла, а проскользнула незаметной змейкой худенькая девочка-подросток. Став у порога, присела в книксене, пробормотав…

     — Маменька, звали?

     — Звала, звала. Проходи ближе, доктор хотел тебя осмотреть и принять участие в лечении.

     Девочка, исподлобья, посмотрела на меня, присела в книксене, пробормотав…

     — Буду премного благодарна, ежели поможете.

     — Тогда проходите сюда, за ширму, снимите платье верхнее, панталоны приспустите, ложитесь на бок, на кушетку, ноги к животу пригните. Вам, мадам, придется остаться на осмотре, ведь вы должны точно знать причину страданий Полины.

     Взгляд Поленьки, по детски чистый и наивный, не отрывался от пола. Девичья скромность, присутствие матушки, требовали от воспитанной девицы и поведения соответствующего. Тем не менее, послушно прошла за ширму, откуда раздался звук снимаемого платья, щелкнула какая-то застежка или крючок, раздался тихий голос, не голос, а полушепот…

     — Я готова:

     Ополоснув руки, вытерев полотенцем, прошел за ширму. Девочка стояла у стены, согнувшись, прижимая к груди скомканную нижнюю юбку, свободной рукой прикрывая, правда безуспешно, область лобка. Улыбнувшись, чтобы хоть как-то успокоить, да и самому успокоиться, с осторожностью, непривычной для врача коснулся пальцами плеч, шеи девицы. Молочный запах кожи молодого тела был восхитителен. Погладил, массируя и проверяя тонус, спинку прелестную, спускаюсь ниже. Вот, наконец, приблизился к ягодичкам.

     — Прилягте на кушетку, на бок, спиной. Ноги немного согните в коленях.

     Под неусыпно строгим мамашиным взором девочка послушно легла. Первооткрывателем сокровищ, затаив дыхание, склонился, положив ладони на упругие булочки ягодиц, развел их в стороны. Идеально гладкие половинки разошлись, перед глазами розово- коричневая звезда девичьего ануса. Отвел правую ягодицу в сторону, открыв неглубокую ложбинку, розочка складок сфинктера забавно сморщилась, собравшись, затем расправилась, как бы в приглашающей «улыбке», мол, чего время тянем, жду-с… Странным показался внешний вид отверстия анального, края были покрасневшими и блестели, словно полированные.

     Торчал крохотный серовато-коричневый узелок геморроидальный, ничего удивительного, ведь у девочки хронические запоры. Без клизмы, наверняка не обходится ни дня, поневоле геморрой замучает. Но почему кожа розетки анальной так необычно блестит? И потом, откуда готовность к осмотру? Обычно пациентки, тем более юные, всячески противились манипуляциям, а явная радость.

     — М-да, без глубокого осмотра не обойтись…

     Скорее для проформы, спросил, знает ли, про клистир, не боится ли процедуры. Поленька, тихо ответила…

     — У нас в доме это принято. Бонна — мадам Жозефина ставит клистиры мне через день, а то и по два раза. Сказать честно, я не люблю, как делает, больно, но она требует, чтобы терпела, да еще нарочно сзади, в попке, наконечником шевелит. Я этого никак перенести не могу, сразу хочется по большому сходить, а она запрещает, требует, чтобы терпела, ругается, хлыстиком бьет:

     Случай запора был запущенный, как мы, доктора, обычно говорим, Полина, безусловно нуждалась в незамедлительной помощи, тем более, мамаша, грозно насупив брови, стояла рядом. Не теряя напрасно времени, стал наполнять стеклянную банку теплой минеральной водой, пообещав, что все будет быстро. Наполнив кружку, попросил Поленьку принять соответствующую позу. Поставил в классическую — «а ля ваш», что по французски означает «корова», почему-то в простнародье называемую «раком» на кушетку обитую клеёнкой.

     Легонько пошлепал- погладил девицу по ягодице, попросив не сжимать, смазал палец указательный персиковым маслом. Помассировал дырочку ануса, неглубоко, на одну фалангу. Потом глубже, уже энергичнее подвигал, раздвинув шире анальное кольцо, процедура была ей, по-видимому, не в новинку, ввел палец до конца. Манящая, таинственная задняя пещерка девичья, влекла с неведомой силой. Каюсь, господа, после опытов с сестрицей Виктора — Зиночкой, стал я большим любителем игрищ анальных, этаким спартанским царем Леонидом, историческим ценителем, кстати, подобной методы. Хотя понимаю некоторую предвзятость и отвращение к таковой игре у отдельных слушателей.

     Стараясь не торопиться, попросил девочку подвинуть правую ногу. Она послушно выполнила это, палец вновь приступил к исследованию. Поленька тихонько и как-то радостно, ойкнула, явственно двинулась навстречу, помогая продвижению. Сохраняя внешнюю невозмутимость, стараясь произвести впечатление профессионала, но, в тоже время, боясь нарушить очарование обследования, проник глубже. Невинное, тело девочки подалось навстречу, дырочка анальная внезапно ожила, начав пульсировать как бы в ответ на исследование.

     Тот час палец извлек, чтобы детально разглядеть состояние ануса. Удивительно, но он сжимался! Сжимался самостоятельно, господа, словно демонстрируя красоту, раскрывался бутоном весеннего цветка, обнажая нежно-розовые лепестки. Поленька часто дышала, тело изогнулось вполне женским изгибом, стройные худенькие ножки, покрытые на ступнях мелкой сеточкой ребячьих цыпок, мелко дрожали. Сохраняя серьезность и бормоча под нос латинские термины, начал левой рукой гладить тугие полукружия ягодиц, сопровождая поглаживания просьбой успокоиться. И вдруг, тишину смотрового кабинета нарушил стон Поленьки, стон не страдальческий, как могло показаться человеку несведущему, а вполне конкретный. Я много раз слышал подобный стон наступающего опьяненная страсти. Стон зрелой плотской любви, любви многоопытной женщины в момент счастья оргазменного.

     У меня последние дни не было близости с дамами, поэтому призыв ожидающей соития самки, вырвавшийся из щуплой детской грудки, взволновал до крайности. Чувствуя, что через мгновение прольюсь накопившимся любовным соком, постарался взять себя в руки. Палец указательный буравчиком погрузил в задний проход девицы, вонзил словно скифский насильник. В ответ Поленька иной раз, негромко покряхтывала, пока я давил на плотную каловую пробку, мешавшую естественному опорожнению кишечника. После пары минут работы «углекопом», вынул палец, перепачканный экскрементами. Многодневный запор — не шутка. Вытер палец, сказав, что сейчас будем ставить клизму. Раздвинув «булочки» девичьих ягодиц, легко ввел наконечник, как обещал, сделал быстро и не больно.

     Поленька лежала спокойно, терпеливо ожидая конца процедуры. Наконечник стеклянный вошел на всю глубину, я приоткрыл краник до половины, теплая вода медленно текла в прямую кишку. Ожидая, присел рядом, массируя ей живот. Она принимала процедуру покойно, не вздыхая, не прося прекратить, лишь иногда поворачивая миленькое личико, спрашивая жалобным голосом, много ли осталось.

     Выдержала Поля клизму до конца, вытащив наконечник, похвалил за терпение, через пару минут Поленька была уже на сиденье новомодного устройства из фаянса, забавно прозванным иностранным словом «унитаз». Каким искренним счастьем светилось лицо девочки, когда, разведя ножки, присела над фаянсом.

     Оправляясь на глазах постороннего мужчины, с шумом выпуская газы, булькая, истекающей водой, она была неподдельно счастлива, судя по облегченным вздохам. Даже постороннему было ясно, какая это была радость, радость неподдельно искренняя.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки