Проститутки Екатеринбурга

Н-сис. Часть 3

     – Пройдя испытание, вы полностью подготовите себя к преподаванию в нашем лицее. Вы убедите меня, что я сделала верную ставку. И что вы почти наверняка придете к нам работать после получения диплома. Пусть наши методы шокируют и противоречат педагогической практике и даже морали. Но, и для меня это самое важное: наши методы – работают! Заметьте – великие открытия совершают те, кто идет против правил, мыслит нешаблонно, ищет новые пути! Мы тоже совершаем открытия: мы открываем в них таланты, способности, учим усидчивости, упорству, целеустремленности. Ребята закончат лицей, поступят туда, куда хотят и добьются многого! Вы еще не видели доску почета лицея? Посмотрите на досуге, это поучительно. Когда я стою перед этой доской, я чувствую тщеславную гордость. Я вспоминаю каждого и понимаю, что в успехе многих из них мои личные усилия и мое личное тело – да, да! – сыграли не последнюю роль! Я для них, скорее всего, перевернутая страница, бурная юность – я осознаю это. Хотя для многих… – Надежда вдруг оборвала саму себя, – ладно, об этом потом. Итак, ваше право сделать выбор в пользу традиционных приемов – никто вас не осудит. Если вы хотите работать с нами – у вас не будет другого шанса. Сегодня – ваше испытание. Так что решайте, – и Сергиевская быстро вышла из кабинета.

     Лиза, оставшаяся одна, долго переваривала то, что услышала. Да, она прекрасно понимала, что все школьники и школьницы в той или иной степени влюбляются в учителей противоположного пола. Она вспомнила, как девчонкой с подругами обсуждала физрука, историка, математика. В последнего Лиза и сама влюбилась и именно поэтому увлеклась математикой, да настолько, что пошла по его стопам. Она вспомнила также, что, когда она, еще девочка, разговаривала с ним, у нее почему-то краснело лицо и маленький тогда бюстгальтер начинал жать, и возникало ощущение, что она хочет в туалет. Лишь позже она поняла тайный смысл своих тогдашних ощущений. А одна из ее подруг по секрету рассказала, что отдалась историку. Было ли это правдой, неизвестно, но она в конце концов получила пятерку, по мнению большинства одноклассников, совершенно незаслуженно. Еще ходили слухи, что в летнем лагере, между восьмым и девятым классами, их учительница русского языка была кем-то вроде вожатой, в последнюю ночь напилась, и ее попытались изнасиловать трое школьников. У двоих вроде по неопытности ничего не вышло, а третий увел ее в комнату и там закончил дело…

     Да, школьники влюбляются в учителей, и в институте им об этом говорили. Значит, Сергиевская просто ловко использует этот феномен. Раньше для повышения успеваемости применяли метод кнута, то есть, точнее, розог. Били линейкой по пальцам, ставили на горох. Потом в моду вошел метод пряника – платили деньги, премии, вручали подарки и сувениры, посылали на курорты, в престижные пионерлагеря. Сергиевская предлагает довести метод до предела: вместо пряника – женские ласки, причем не чьи-нибудь, а вожделенной училки! Неужели метод работает? А почему бы ему не работать? Должен, обязан!

     Значит, сегодня директриса организовала групповуху в формате “два к одному”, точнее, к одной. Цели и задачи: наградить лучших учеников – раз. Дать им попробовать свежее тельце смазливой практикантки Лизы – два. Улучшить контакт между учениками и учителями вообще – три. Самой получить удовольствие – четыре.

     В конце концов, так было всегда, со времен Древнего Рима, если не раньше: в политику – через постель, на эстраду – через постель, на хорошую должность, к выгодному контракту – тем же путем. Здесь зато все, если так можно сказать, благородно: через постель учительницы обеспечивают школьникам – светлое будущее, а себе – славу, деньги, авторитет. Никто никого не обманывает, не подставляет, не предает…

     Лиза прочла надпись на коробочке: дорогое противозачаточное, принимать за час до секса. Значит, директриса в ней уверена. Рассчитывает на нее лично. Так и сказала – “выбрала именно вас”…

     Лизе исполнилось двадцать четыре года и она вовсе не была невинной девочкой. Более того – она не без оснований считала себя опытной и страстной. В сексе прошла через многое, в том числе через группу. Что нового она сегодня узнает? Лиза усмехнулась, вспомнив три требования: юбка, простая одежда, без косметики. Стандартные меры перед жестким поревом: дурочка, должна была сама догадаться.

     Перед глазами Лизы пробежали ловкие руки и жадные губы школьников, ласкающие учительниц. Эти сцены неотступно порождали тесноту в бюстгальтере и влажность в трусиках. Они все равно добьются своего, секс все равно будет, с ней или без нее. Возвращаться в свою неустроенную одинокую комнату, понимая, что происходит здесь?! К тому же, у нее уже около полугода не было мужчины, и сегодня предоставлялась возможность и преуспеть в делах, и получить удовольствие.

     Согласившись на эту работу, Лиза будет регулярно заниматься сексом, причем с разными партнерами. Более того – несмотря на свой немалый опыт, она ни у одного из своих любовников не становилась первой женщиной, а здесь этот пробел в ее сексуальном образовании будет закрыт, да не раз.

     “Если я уйду, то упущу это место, и его займет либо стерва Наташка, либо шлюха Танька. А я потеряю престижную работу, зависть однокашников, хорошую зарплату, место в общаге. Шиш вам”. Именно тщеславие и нежелание уступать конуренткам оказались решающими соображениями.

     Лиза проглотила таблетку, поправила перед зеркалом прическу, пробежала ладонями по гибкой талии, плотной груди, упругой попке. Да, им придется поработать сегодня! Только успокоиться, снять возбуждение, согнать румянец со щек… Вот как приходится прокладывать себе карьерную тропу!”Ты – героиня этого вечера, – заводила она саму себя, напоследок глядясь в зеркало, – Ради тебя они собрались. Ну, Лизка, ни пуха ни пера… И тебя к черту!”.

     

     ***

     

     Когда она появилась в дверях, реакция была бурной. Один из школьников облапил ее, поднял в воздух и закружил, а остальные захлопали в ладоши, загомонили:

     – Ура!

     – Елизавета Ивановна вернулась!

     – С возвращением!

     Она успела заметить, что женщины ничуть не менее одеты и не более возбуждены, чем когда она ушла. Это значило, что в ее отсутствие ничего аморального не происходило. И это было так – пока Надежда охмуряла Лизу, Олеся, к которой никто не прикасался, обсуждала со школьниками текущие учебные проблемы.

     – Танцы! – провозгласила Сергиевская, не скрывавшая радости от возвращения практикантки, – мальчишки, убирайте стол!

     Между диванами образовалась довольно обширная танцплощадка. Заиграла лирическая музыка.

     – Елизавета Ивановна, разрешите вас пригласить! – галантно рявкнул один из парней, тот самый, который лапал бедро Олеси.

     Даже не дожидаясь ее согласия, он обнял Лизу за спину, а она покорно положила руки ему на плечи, и пара стала плавно и неторопливо раскачиваться в такт музыке.

     Вопреки ожиданиям Лизы, руки партнера лежали спокойно, вовсе не стараясь сменить диспозицию. Разве что бедро Лизы ощущало плоть парня, уже полувозбужденную, при этом вполне приемлемых размеров, что ее слегка удивило и, разумеется, завело, но пока она держала себя в руках. Он тоже стал выспрашивать ее про образование, увлечения, интересы. Лиза дежурно отвечала. Но то, что он стал потом рассказывать о себе, полностью прошло мимо ее сознания, потому что она стала замечать, что происходит в двух других танцующих парах.

     Партнер Сергиевской без всякого стеснения не только положил ладони на ее полные ягодицы, но и жадно сжимал и разжимал их, собирая складками ткань юбки. Губы его в тот же время бесстыдно трогали, целовали и хватали ее шею, ухо и щеку. Парня даже не смущало, что он был ниже ее ростом. Лицо Надежды оно слегка разрумянилось, а глаза просто сверкали от удовольствия.

     Олеся, как и ранее, зашла гораздо дальше. Поцелуй происходил уже откровенный, губы в губы, а руки партнера проникли намного глубже под юбку учительницы и гладили трусики, которые то и дело мелькали из-под складок задранной юбки.

     – Ну что, девчонки, может, поменяем партнеров? – вдруг громко спросила Надежда, и даже тембр ее голоса изменился от предвкушения.

     Теперь Лиза оказалась в объятиях Володи (Лиза постепенно учила их имена из фраз, которыми они обменивались) – того, кто в начале вечеринки обнимал директрису. Лиза сразу заметила более решительный характер партнера (она не знала, что такова была тактика, заранее заданная Сергиевской) . Так или иначе, руки Володи, полежав несколько минут на талии, сползли вниз и стали бесцеремонно ощупывать ее попку. Губы же, размявшись на невинных касаниях щек и лба, вскоре прижались к ее губам, а язык проник в рот. Что она могла сделать? Ведь она сама приняла решение остаться, прекрасно понимая, чем это чревато. Хорошо хоть, все остальные действовали постепенно, медленно зажигая в ней огонь возбуждения, подводя к главному. Подчиняясь неизбежности, Лиза стала отвечать Володе, пытаясь своим языком вытолкнуть изо рта его и, в свою очередь, засунуть свой язык ему в рот. Глаза Лиза закрыла – все равно, кроме жадного взгляда партнера, смотреть было не на что.

     А между тем вокруг нее происходило много интересного, хотя и вполне ожидаемого. Юра, новый партнер Сергиевской, он же бывший собеседник Лизы, успел расстегнуть кофточку директрисы и наслаждался ее полными упругими грудями, которые он пока не вынимал из бюстгальтера. Впрочем, ему и так хватало: он целовал, сосал, лизал свободные поверхности ее грудей, а то, что было скрыто бельем – тискал и гладил руками. Постанывая и поворачиваясь к нему то одним, то другим боком, Надежда гладила сквозь одежду его встающий член.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]