шлюхи Екатеринбурга

Моя семья

     
Как десять лет в воде живёт

     Личинка и не знает,

     Что день метаморфоз придёт.

     Начнётся жизнь другая,

     

     И та, которая была

     Уродиной нелепой,

     Расправит тонкие крыла

     И устремится в небо.

     

     Вот так и я в свои года

     Из-за моих пристрастий

     В любви не знала никогда

     Ни радости, ни счастья.

     

     Всё потому, что с малых лет

     Стремилась к подчиненью,

     А натыкалась на запрет,

     На ругань и презренье.

     

     Я дожила до двадцати,

     Обычной притворяясь,

     И лишь тогда смогла уйти

     Из дома, не скрываясь.

     

     Но эти поиски тогда

     Закончились впустую:

     Все эти ?домы>, ?господа>

     Играли вхолостую:

     

     Одним из них была нужна

     Прислуга или шутка,

     Вторым. обычная жена,

     А третьим. проститутка.

     

     Всё это шло от кошелька,

     От похоти, от лени,

     Никто из них наверняка

     Не думал о владении.

     

     И только года через два

     Я встретила мужчину,

     Который внял моим словам

     И стал мне Господином.

     

     Сначала он меня связал

     И дал другое имя,

     А дома сразу приковал

     На месте для рабыни.

     

     Когда я ощутила звон,

     Увесистость металла,

     То поняла, что это. Он,

     А я навек пропала.

     

     И пытки были так нежны,

     А ласки. так жестоки,

     Что сразу стали не нужны

     Условности и сроки.

     

     Был нужен лишь один визит.

     И с той поры мы вместе,

     И плётка на стене висит

     На самом видном месте.

     

     Сначала подписать пришлось

     Контракт и соглашенье,

     И только после началось

     Моё преображенье:

     

     Сперва поставили клеймо

     На правой ягодице,

     Оно почти что не видно,

     Но мне уж не отмыться.

     

     Проткнули дырочки в сосках

     И выбрили промежность,

     А чтоб никто не стал искать,

     Мне изменили внешность:

     

     Хозяин оплатил сполна,

     Да и хирург не мешкал,

     И я теперь похожа на

     Девчонку-анимэшку

     

     Со взрослым телом и лицом

     Невинной ангелицы.

     Так между мужем и отцом

     Стирается граница.

     

     Но я неопытной была,

     И в школе подчинения

     Я четверть года провела

     В жестоком обученьи.

     

     Потом настал черёд оков,

     Тяжёлых и холодных,

     Ведь долг рабыни не таков,

     Чтобы ходить свободной.

     

     Сначала было. просто жуть.

     Казалось, невозможно

     Ни сесть в оковах, ни шагнуть,

     А спать. вообще тревожно.

     

     Но через три-четыре дня

     Я их не замечала,

     Когда ж снимали их с меня,

     То я по ним скучала!

     

     Когда ж Хозяин под конец

     Спросил: ?Чего ты хочешь?>

     Я попросила сделать мне

     Все цепи покороче.

     

     Теперь я в них могу стирать,

     Готовить, прибираться,

     А как в них здорово играть

     И просто развлекаться!

     

     И образ жизни мой, и дом

     С различным перевесом

     Наполнен каторжным трудом

     И сумасшедшим сексом.

     

     Пусть я рабыня, что с того?

     Зато я твёрдо знаю.

     Что Господин ни на кого

     Меня не променяет!

     

     И очень даже может быть,

     Что в нашей жизни быстрой

     Способны искренне любить

     Лишь садомазохисты.

     

     Мы. идеальная семья,

     Я лишь о том жалею,

     Что в детстве не носила я

     Ошейника на шее,

     

     Что с детства не сказали мне

     Про то, что боль и нежность.

     Две стороны одной моне-

     ты, это неизбежность,

     

     Что в каждой женщине живёт

     Желанье подчиняться,

     А вовсе не наоборот.

     Зачем же притворяться?

     

     Только не думайте, что мне

     Приходится годами

     Сидеть в оковах и во тьме.

     Помилуйте, бог с вами!

     

     На радость или на беду

     Всё в самом лучшем виде,

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки