Проститутки Екатеринбурга

Лунная дорожка Юльки Лабуды-3. Часть 5

     – Ну, если нам так хорошо, может, поцелуешь и его? – неторопливо сказал он и помог ей своей рукой до конца обнажить головку стоящего члена.

     Не убирая своей руки, Юлька, зарумянившись, удивленно посмотрела на него.

     – Ты действительно хочешь, что бы я поцеловала твой писюньчик? – ее вопрос неожиданно повис в воздухе.

     – Да, милая, если ты, конечно этого хочешь! – ответил он понизив голос, и говорил ей это на ушко, как будто кто-то чужой мог их услышать.

     – Пап, а ты никому не расскажешь, и мама не узнает? – спросила она, пытаясь не обмануться в своих ожиданиях. От этого важного вопроса у нее даже закружилась голова:

     – Ну конечно же нет! Это же наша любовь, любовь богов: – почти простонал он, пытаясь этим признанием вдохнуть в нее то счастье, которое приходит от обладания друг другом. Почти не воспринимая окружающее, отец и дочь взглянули друг на друга, без слов улыбнулись. Затем Юлька наклонилась и быстро поцеловала изнемогающий член папули.

     – Ну, как? Ты так хотел? – с наивной улыбкой спросила она, подымаясь наверх.

     – А ты что шкодница, умеешь еще и по-другому? Я вижу, тебе понравилось делать это:

     – Да: могу – прикусив губу, похвасталась малышка. – Ну, так что, еще раз поцеловать? – с интригующим энтузиазмом спросила она, опять медленно опускаясь перед любимым папулей на колени.

     – Ну конечно, дорогая. Целуй: Он в полном твоем распоряжении. Довольная собой, Лободушка улыбнулась, и набрав воздуха, нерешительно приблизила свое лицо к напряженному стволу своего наставника и любовника. Прежде чем принять окончательное решение, она, поддерживая рукой мошонку, поцеловала его головку, а потом и весь член словно играя на флейте. Поглядывая, снизу вверх, на производимую этим реакцию, она ощупывала и изучала его со всех сторон, не осознавая, что этим еще больше продлевает эрекцию. И чем грозит ей это, узнала лишь только потом: А пока её шаловливые ручки методично продолжали плавные движения вверх и вниз.

     – А теперь язычком… Ему так даже больше нравится: – попросил усмехнувшись ее отец, непроизвольно гладя свою любимицу по кошачьему месту на спинке, зная, что этим он добьется от нее чего угодно.

     – Облизать? Как мороженое? – Юльчена на мгновенье оторвалась от полюбившегося ей занятия и шумно вздохнула.

     – Да, лапушка, как мороженое, губками и язычком… – мужчина мечтательно сощурился, настаивая на своем. Девочка высунула язык и чуть-чуть прикоснулась им к уздечке члена. Поняв, что это не противно, она стала усердно водить языком по нему. Он вновь тихонечко застонал, но уже оттого, что Юлька в очередной раз удивила его. Памятуя про эскимо, она открыла рот, и, обхватив губами шляпку головки, стала жадно посасывать ее:

     – О, боже, как хорошо: – подбадривал он ее. Он явственно видел, как ей ужасно хотелось доставить ему удовольствие, поразить и увлечь его этими новыми и необычными для себя ласками: в надежде изменить свою и его жизнь так, чтобы теперь каждый новый день приносил им только что-то неожиданное и сладостное.

     – Соси его, вот так… пососи папочкин член… Многое, о чем школьница раньше только смутно догадывалась, вдруг предстало перед ее взором и облеклось плотью, настоящей плотью любимого человека, вкусной и необычной, горячей и страстной: Возбуждение стало расти в ней, посылая властные импульсы во все уголки ее вздрагивающего тела. – Возьми его глубже в себя: вот умничка: гладь его язычком: впитай его соки. Юленька… О, оох: давай, маленькая: – стонал он. Ты даже не представляешь, какое это удовольствие.

     Анатольевич был просто на седьмом небе от счастья. Его дочь семиклассница, пока еще не совсем любовница и еще к тому же наверное девственница, была прирожденной сосальщицей. Она сосала его так глубоко, насколько ей позволяли ее горло и рот, при этом периодически помогая себе языком и облизывая колбаску по всей его длине. По своей неопытности, она могла взять лишь только половину его стоячего двадцати сантиметрового члена, но там, куда не доставали ее губы, она работала руками и что самое приятное, делала это с нескрываемым удовольствием. Её усердие дало свои плоды, и вскоре он почувствовал, как в его яйцах зарождается томительный и долгожданный заряд спермы. Он не мог получить больше, чем уже имел.

     – Подожди моя хорошая, только не торопись: – поспешно, с дрожью в голосе, воскликнул старший наставник, ласково отстраняя ее от блестящей слюной и потом краснеющей соски. – Все было восхитительно, солнышко, но сейчас нам лучше остановиться…

     – Ну почему па? – обиженно прошептала его Юльчена, вопросительно взглянув на него снизу. Она хотела знать об этом чуть больше, не понимая, почему он вдруг решил остановить ее.

     – Маленькая, когда мужчина чувствует себя очень хорошо, вот так как мы сейчас с тобой, помнишь, как в прошлый раз, он может брызнуть белой жидкостью похожей на кефирчик. Ее еще называют спермой:

     – Да, я помню… Вот из этой дырочки! – сыпала она ответами, продолжая играться его крайней плотью.

     – Правильно, дорогая… – сказал он с улыбкой, боясь нарушить эту идиллию. – Просто погладь, как и раньше ручками, и ты увидишь этот фонтанчик. Но мне бы не хотелось испачкать ею твою мордуленцию…

     – Ну ладно па, гладить мне тоже нравится – улыбаясь, сказала проказница, поднявшись из ванны и пересев на ее покатый обод, видимо для нее сейчас был важен лишь настоящий момент. Затем она снова удивила его.

     – Интересно, а какой на вкус, этот твой кефирчик? – взглянув в его сторону смешливым взглядом, невозмутимо продолжила она, решив что, наконец, то наступил момент вплотную проявить интерес к этому процессу. Взрослый мужчина был вновь потрясен этим наивным вопросом, но вместе с тем, находил его очень возбуждающим.

     – Не знаю, но маме он нравится: – задумчиво проведя рукой по мокрым волосам дочери, он ласково посмотрел на нее.

     – А что, мамка тоже сосет твой член? – с неподдельным интересом вопрошала она.

     – Да, я же уже рассказывал тебе: И что тут такого? Тебя это удивляет? Я и мама делаем это, что бы показать, как мы оба любим друг друга.

     – Па, а можно я тоже попробую твою эту… сперму? – сдвинув в мольбе тонкие бровки, она заглянула ему в глаза. Услышав эти слова, Олег Анатольевич нетерпеливо потер подбородок, понимая, что ни он, ни его проказница уже не могут сдерживать свою любовь, которая с каждой секундой превращается в неуправляемую страсть и что тем самым, это заводит их все больше и больше.

     – Угу: только не пугайся когда я буду спускать ее, хорошо? Я скажу тебе об этом, а ты потом сама попробуешь ее:

     – Хорошо, только не писяй: – хихикнула Лободушка и, взяв руки горячий и влажный ствол отца, стала накачивать его еще быстрее, чем прежде. Наблюдая за тем, как из под тонкой кожицы, медленно выползает к ней, малиновая головка отцовского писюна, Юлька лихорадочно вспоминала, когда же наступит этот восхитительный момент, сравнивая все происходящее с недавно увиденной порнушкой, которую показывала ей дома ее закадычная подружка Настюха Мякоткина. Возможно, именно тогда в ее голове и начал зарождаться смутный план отдаться при удобном случае своему любимому папуле и о чем она теперь совершенно не сожалела:

     – Вот умничка, давай вот так, потихонечку: – постанывая, подбадривал он ее монотонным голосом. Стараясь подражать той порноактрисе, девчена прилежно массировала папкин хоботок, выводя им немыслимые пируэты, чувствуя, что сейчас она для него, самая желанная женщина в мире. Внезапно ее глаза расширились, когда она, почувствовав в руке пульсацию, в очередной раз увидела, как из маленькой дырочки головки на нее брызнула сперма и попала ей на щеку.

Страницы: [ 1 ]