Луна. Часть 3

     Я стояла на коленях, её клитор был у меня во рту, а язык ласкал половые губы. Как бы угадывая мои мысли, она проговорила:

     — Вот ты и приняла меня в себя, теперь проверим, как любишь. Не ударь лицом в грязь и покажи красивый секс. Если будет что-то не устраивать — будешь наказана. Начало мне нравится, но тебя ещё нужно дрессировать.

     Её слова возбуждали меня и она это знала. Она наслаждалась своей властью, а я наслаждалась полным подчинением. То новое чувство, которое во мне сейчас бушевало, было впервые и ничего острее я никогда не испытывала. Даже если бы меня резали ножом или жгли утюгом, то та боль была бы слабее этого ощущения.

     Я обняла её одной рукой за талию, вторую положила ей между ног, и через раздвинутые пальцы плотнее прижималась к влажной плоти, методично лаская языком разбухший клитор и сжимая и разжимая свои губы. Её промежность набухала и я продолжала, всё плотнее прижимаясь к ней. Моя любовница убрала руку с моей груди и положила поверх моей у себя между ног. Вторая рука, крепко державшая меня за волосы начала двигать мою голову взад-вперёд, навстречу движениям её клитора. Я ласкала губами и языком пальцы её руки и они гладили меня по щеке. А-а-х, новая мощная волна страсти, тягучая и испепеляющая! Я застонала снова и вначале медленно, но постепенно ускоряясь и увеличивая размах, начала двигаться всем телом взад-вперёд, всё сильнее сжимая губы и работая языком. В рот постоянно капала смазка, которую я принимала с благодарностью.

     Я держала свою партнёршу за талию, другая рука покоилась у неё между ног и раздвигала половую щель для более свободного и глубокого проникновения. Я приняла неудобную для себя позу, изогнувшись немного назад, чтобы насильнице было легче подставлять под меня своё интимное место и двигалась снова и снова. Она же двигалась совсем чуть-чуть, а меня заставляла двигаться как в спортзале. Она получала удовольствие. Она трахала и кормила меня как последнюю шлюху и я хотела и хотела продолжения. C волнением и трепетом я ждала, что она наконец в меня кончит. От неудобного стояния на коленях и непривычной нагрузки я сильно устала, но темпа сбавлять не посмела. Моя любовница то ускорялась, то немного замедлялась, но кончать не спешила, оттягивая самое приятное на потом. Она возбуждалась всё сильнее и с каждой моей новой лаской глубоко и томно стонала. Сейчас она получала от меня то, чего так долго хотела.

     Внезапно моя госпожа остановилась и отодвинула мою голову от себя, приподняв её вверх. Я продолжала стоять на коленях. Она отпустила мои волосы и они в свете луны ниспадающими струями рассыпались вниз. Я смотрела на неё снизу вверх. Лицо моё было сосредоточенным и в то же время горело от стыда и переполнявшей меня страсти. Вот интересно, что бы я почувствовала, если бы посмотрела на себя со стороны в этот момент. Эдак пару дней назад. Растрёпанная, полуголая, с расстёгнутой рубашкой, со стянутыми вниз лифчиком и трико. Шлюха! Причём самая отпетая! Опущенная на колени оттраханная шлюха и шалава.

     Ещё раз позор и стыд, стыд и позор!

     Но моя любовница смотрела на меня с неподдельным восхищением:

     — Как же хороша ты сейчас, ты так возбуждена: Ты такая красивая. Ты даже не представляешь, как я тебя хочу, я давно уже влюбилась в тебя. Я дам тебе то, о чём ты не мечтала даже в самом горячем бреду.

     Она тяжело дышала, почти так же как и я. Будь я проклята, но она признавалась мне в любви!

     Хорошенькое дело. Вряд ли кому-то приходилось выслушивать подобные вещи стоя на коленях. Но я была потрясена. Волнующее возбуждение вновь разлилось по моему телу и, наверное, это отразилось на моём лице. Она любовалась мною, слегка отстранившись назад. Немного постояв, она двинулась вперёд. Цокнув каблучками, стройные ноги обошли меня сбоку и их хозяйка уселась на стул, развернув меня к себе, и раздвигая колени в стороны. Она обняла меня за шею одной рукой и уже привычно другой рукой обхватила мою грудь.

     — Наклоняйся! — скомандовала она и я почувствовала как её рука сзади надавила мне на шею, увлекая меня вниз между ног.

     Вообще удивительно! Я и в мыслях не допускала, что такое произойдёт именно со мной. Но это уже произошло, и от этого понимания пламя блаженства пожирало меня целиком. И мне хотелось, чтобы это не заканчивалось. И пусть все узнают про меня и плюют в мою сторону. Теперь мне всё равно.

     В голове стучало молотом. Перед глазами плыли красные круги и моя партнёрша вновь привлекла меня к себе и плотно прижала к уже ставшей желанной плоти. Я вновь бойко заработала языком, всё сильнее прижимаясь губами между ног. Я обняла её за бёдра и она закинула свои ноги мне на спину. Плавно и свободно она начала двигаться, прижимая меня к себе. Мои губы ласкали и мой язык порхал, находя всё новые потаённые ямки и ложбинки и трудился без устали, а она откинулась на спинку стула и громко стонала.

     Сказать, что мне было хорошо в этот момент — это значит ничего не сказать. Сказать, что хорошо, прекрасно, чудесно? Это всё не те слова. Нет таких слов! Я отвечала каждому её прикосновению и двигалась навстречу, насколько позволяло моё тело. Доселе я не испытывала ничего подобного. Даже сравнивать не с чем. Она громче и громче стонала и на высоте очередного стона по её телу прошла судорога и я почувствовала как что-то брызнуло мне глубоко в рот. И в этот миг у меня в голове взорвались звёзды всей вселенной и моё тело пронизали молнии со всего света. Я кончила! И она кончила! И мы это сделали вместе. Вот так! И такого оргазма у меня ещё не было, и пусть мне завидуют или забрасывают камнями, я стала счастлива, и, бездыханная, я сползла на пол.

     Не знаю, сколько я пролежала в полудрёме, но открыв глаза я увидела перед собой лицо Люды, она склонилась надо мной, присев на одно колено. Она уже по-свойски гладила меня по щеке и её красивое лицо было над моим, продолжая наклоняться, взяв меня за руку она нежно поцеловала меня в губы. Встретившись с её языком я поняла, что больше себе не принадлежу. Ну и пусть будет так. Я обняла её, и от вновь нахлынувшего блаженства закрыла глаза:

     Начинался рассвет. Рядом со мной никого не было. Я привела себя в порядок, поправила одежду и посмотрела на себя в зеркало. Лицо как лицо, фигура как фигура. Мне что, всё приснилось? Или я сошла с ума от одиночества? Я прошлась по комнате и нашла на столе записку. На аккуратно вырванном из блокнота листе ровным женским почерком было написано: «Готовься и жди. Приду вечером снова и одна. Я люблю тебя» И внизу стояла подпись «. Л». И меня снова охватило волнующее возбуждение. Значит, не сошла, значит, это было наяву и всё повторится, уже сегодня. Госпожа придёт, я знала, и понимала — я её тоже люблю. Я прижала к губам её записку и приготовилась ждать ночи. Я ждала. Я знала, она придёт, и вновь нас приласкает своим мягким светом — полная луна…