шлюхи Екатеринбурга

Кукловод. Спасти отца-13

     Кто правит миром – я не знаю.

     Но истина всегда была одна!

     Друзей цени, совсем не забывая,

     Что в них судьба и жизнь твоя.

     

     Сейчас бабье лето, но вскоре и осень. В отличие от Александра Сергеевича осень я не люблю, “очей очарованье”… Честно сказать, в Москве и летом просто ужасно. В Москве нужно быть осенью, в сентябре, когда под ноги падают листья и запах этих вянущих лабораторий фотосинтеза ласкает твои запаховые рецепторы. Люблю запах осени, хотя саму осень не очень люблю. Увядание, умирание природы – что в этом хорошего? Вот весна, май – это здорово!

     

     Лето? Ну а что летом особо хорошего, если ты заперт в мегаполисе, стоящем на болотах, и тебе некуда деться, некуда спрятаться от палящего солнца и влажного, пропитанного запахом плавящегося асфальта воздуха? Повторяю, мне больше нравилась весна. Земля прошлой весной так славно парила, готовясь цвести и зеленеть, девушки все чаще сверкали голыми коленками и сразу распускали волосы. Унылый запах сырости остался в прошлом – нынче пахло прелью и разбуженной почвой, а порой накатывал терпкий ароматец набухающих почек. Подснежники давно повылезали из оттаявшего чернозема, а за городом, по бурым лесополосам или по обочинам дорог, яркими мазками лиловели крокусы.

     

     А сейчас хоть и тепло, конец сентября, но порой таким холодным ветерком потянет, сразу куртку запахнёшь. Но хоть небо чистое, да вот в стороне проплывало одинокое облако. Кумулюс, гонимый ветром, сперва разбух, походя на пышнотелую Польшу, затем вытянулся, больше смахивая на Афганистан. А перед тем как скользнуть за верхушки деревьев, облачко разлезлось, напоминая белую контурную карту Израиля, припухшего Синаем. Что-то меня на георграфию потянуло – старею, что ли… Или это Евгений Иванович сейчас ностальгирует…

     

     Как будет у нас с Натальей? Всё так неожиданно -: любовь так выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас обоих. Так поражает молния, так поражает финский нож: (М. Булгаков) Вот только обоих или меня одного? Да нет, глаза Натальи не обманывают. Да и я у неё первый мужчина!

     

     Мы с Натальей, держась за руки, зашли в нашу старую квартиру, что по просьбе генерала оставили мне – мы с Натальей скоро поженимся. Так сказал мне генерал – тогда квартиру не отберут. И подмигнул – работай, студент. А будет ребёнок – тогда всё, никто тебе и слова не скажет. Мы сняли наши куртки и прошли в зал. Наталья зашла первой и повернулась ко мне – я сразу и поцеловал ее. И мы нежно, и ласково занялись любовью, наслаждаясь друг другом и ощущениями неизбежных перемен в нашей жизни и наших отношениях, которые, как мы знали, позволят нам приблизиться к еще большей гармонии.

     

     Наталья очень чувственная девушка. Но я где-то читал “… чувственность, это совсем не пошлость. Это ведь искусство, но оно только для тех, кто умеет быть настоящей женщиной!”

     

     Утром, оставив спящую крепким сном Наталью, я заглянул на рынок, купил Наталье два пуловера у “жучков”, розовый и салатный. Потом пошёл в универмаг – нужно кое-что подкупить. И тут мне наперез – Вика! Яркая и огненная красотка Вика!

     

     История с Викой стоит отдельного упоминания. Роман как начался внезапно, так и закрутился стремительно. Знойная, чувственная и страстная, хотя и не слишком опытная в постельных делах (что, скорее, достоинство, а не недостаток) , иногда взбаламошная и непредсказуемая, в меру романтичная, но и не наивная дурочка. Гремучая смесь очарования и экспрессивности. Общительна, всеядна, но слишком упряма и всегда тянет одеяло на себя. Легко меняет своё настроение, свои привязанности и интересы. Первое впечатление, что Вика – довольно-таки очень легкомысленная особа на проверку оказалось ошибочным. Просто характер у неё такой: импульсивный и вместо разума преобладают сплошные эмоции. Ну женщина она!

     

     Все бы хорошо, но жизненный опыт подсказывает, что со временем все эти милые тараканы в Викиной симпатичной головке превратятся в серьезную проблему для её будущего мужа. Слава Богу – это буду точно совсем не я!

     

     Впрочем, мне с ней детей не крестить и семью не строить.

     

     Вика пригласила меня к себе, мол нужно посоветоваться. Она хочет перейти на заочное отделение – а что случилось? Дело в том, что её мамочка подверглась нападению каких-то грабителей в селе у бабушки. Бабушка продала дом, а деньги вручила мамочке Вики. И вот теперь её семья “на мели”. Мол, смогу теперь я помогать ей с курсовыми, лабораторными и контрольными. Да тут она увидела оба пуловера и стала громко ахать – пришлось один ей подарить. Заодно я положил на стол пятьсот рублей, мол родители продали “Москвича” и вот почему у меня деньги. Долг будешь отдавать с первой зарплаты, ясно? Вика заплакала, крепко обняла меня, затем расстегнула пуговицы на моей рубашке и стала целовать меня.

     

     О! Как она ловко опустилась на колени и не менее ловко достала мой колом стоящий член из совсем ловко расстёгнутой ширинки! Действуя страстно, каждый раз ускоряя движения, она крепко обхватила член сверху губами, а снизу рукой и, наклоняясь к его основанию, с такой жадностью глубоко брала в рот. А потом, не задерживаясь, выпускала до самого венчика у основания головки, издавая какие-то нечленораздельные звуки, похожие на мычание, быстро приближая своей безумной страстью наступление оргазма! Это была сказка! Задавая очень хорошую трепку моему члену, издававшая громкие стоны Вика, сбивала с него гордую спесь и неотвратимо приближала момент очередной капитуляции с выбросом живительного семени.

     

     Вскоре я почувствовал, как это состояние неотвратимо накатывает на меня, где-то в мозгу возникла яркая вспышка, словно меня пронзил электрический разряд! И по всему телу резко покатились волны сладостного сокращения мышц, которые сконцентрировались в районе паха и закончились чередой следовавших друг за другом семяизвержений! Но Вика всё лихо проглотила, сделав несколько судорожных глотков. Умелица! А теперь на кухню!

     

     Да и обмыть подарок нужно! Холодный коньяк скользнул в горло обжигающим и вкусным комом, очищая рот от сигаретного дыма, оставив на нёбе послевкусие, и растекся по всему телу, снимая дневную усталость, промозглость осеннего вечера, разгоняя кровь, поднимая испорченное настроение, наполняя неожиданно возникшим новым желанием

     

     И что – отказываться, когда такая красотка тащит тебя в спальню? А ведь для неё это будет большая обида, мол она совсем не привлекательная и не сексуальная. Это же Вика! Да и у любой девушки 20 лет столько тараканов в голове! И если она так чудесно раздвинула свои круглые колени – разве можно не устроиться у неё между ножек. Как она быстро достигла оргазма – похоже очень сильно была возбуждена! Но было чудесно, а когда я понял, что уже вновь кончаю в волшебный ротик Вики, то чуть не воспарил. Перед уходом я рассказал ей про Наталью, а Вика всё уже оказывается знает. Но как приличная девушка и как бывшая подруга она же не могла меня не “поблагодарить”. Понятно! Я же её буквально спас! Но… Она ведь поблагодарила меня за “спасение”, а за пуловер – когда мне будет удобно… Ну и Вика!

     

     Проживите вы хоть двести лет – вы никогда не поймёте женщин.

     

     Заодно я стихи прочёл Вике, чтобы подбодрить её:

     

     Будь Женщиной, проблемам вопреки…

     

     Назло врагам, завистникам, подругам:

     

     И пусть в беде не подадут руки:

     

     Тоскливо будет и безумно туго:

     

     Будь Женщиной до кончиков волос:

     

     Пусть даже упадешь, ты на колени:

     

     Вставай, иди, не вздумай вешать нос!

     

     Пусть знают, ты – Богиня! Без сомненья!

     

     И получил на прощание ещё один потрясающий по сладости поцелуй. Выйдя из квартиры Вики, я понял, что почти счастлив. Ведь это так чудесно – воремя помочь твоей однокурснице и бывшей подруге!