шлюхи Екатеринбурга

Классная дама. Часть 1

     Незнакомая высокая женщина в синем форменном платье вошла в дортуар быстрым шагом, шелестя накрахмаленными юбками. Девочки оторвали от подушек головы и смотрели на нее сонными глазами, как на чудо.

     – Быстро вставайте, умывайтесь и на завтрак!

     Весь институт благородных девиц разъехался на каникулы, и только три институтки, которым некуда было поехать, жили впроголодь, перебиваясь с “хлеба на воду” , как тюремные, потому что обслугу тоже распустили. Их свели в один дортуар, или, иными словами, в спальню. Остались только сторож и судомойка, которая готовила скудную еду, как умела.

     Маша Птицына, “отчаянная” , протерла кулачками глаза.

     – Вы кто?

     – Я – ваша новая классная дама. Зовусь Анна Ивановна. Сейчас встанете, помоетесь, а за чаем познакомимся лучше. Ну же, быстрее, а то рассержусь!

     Девочки быстро вскочили, надели башмаки и побежали в моечную по пустому коридору. Анна Ивановна поспешила за ними. Младшей девочке рубашка была слишком велика, и то и дело сползала с плеч из-за слишком широкого выреза у шеи. “Гадкая рубашка, гадкая!” , – на ходу повторяла маленькая девочка, семеня за большими институтками.

     Но вот и моечная. Девочки разделись до пояса и сгрудились у большого медного умывальника с двумя кранами.

     – Так, мадемуазели! – крикнула Анна Ивановна. – Раздеться и вымыться ц с головы до ног!

     – Так холодно же! – возразила Маша.

     – Ничего! Июль-месяц, да и вода горячая.

     – Горячая? У нас никогда не было горячей!

     – Теперь будет!

     Девочки спустили на пол спальные рубахи и старательно мылись, помогая друг другу.

     Хорошо, что они такие разные, подумала Анна Ивановна, разновозрастные и разновеликие.

     – Так, хорошо! – сказала она. – А теперь между ног!

     – Но это же стыдно! – возразила средняя девочка Лидочка, прикрывая срам ладошкой.

     – Стыдно этого не знать! Нужно мыть ТАМ каждый день! И не только, когда месячные. У кого из вас уже были месячные?

     – Ой, мы об этом не говорим! – наперебой заговорили девочки. – Это тоже стыдно!

     А младшая, Наташенька, белокурая и синеглазая, при этом зарделась, как ягода земляника на жарком июньском солнце.

     – Стыдно об этом не знать, – повторила Анна. – Разве вам, мамзели, никто об этом ничего не говорил?

     – Нет, – тихо ответила Маша. – Мы вообще об ЭТОМ мало знаем.

     – Ах, незнайки вы мои милые! Ну, смотрите, как надо мыться.

     Анна быстро разделась, сняв синее платье и белье и повесив их на спинку стула.

     – Какая она красивая! – шепнула Маша Лидочке.

     – Да! – восхищенно ответила Лидочка. – Как Венера на картинках!

     И на самом деле голая Анна могла бы произвести сильное впечатление. Большие, чуть отвислые груди с розовыми, смотревшими вперед, сосками, плоский живот, выпуклый подтянутый зад, пышный лобок, заросший кудрявыми волосами, могли свести с ума не одного мужчину. Анна широко расставила ноги, изогнулась в виде латинской буквы “S” , выставив живот, намылила руки и, медленными плавными круговыми движениями покрыла промежность мыльной пеной.

     – Повторяйте за мной!

     Девочки старательно повторили все движения Анны, но у маленькой Наташи получилось не так изящно, поэтому она просто откинулась назад. Но Маша в точности повторила позу и принялась тереть лобок и толстые губы, покрытые густыми светлыми волосами. Обе младшие девочки и классная дама уже закончили процедуры, ополоснув друг друга из ковшика, и теперь внимательно рассматривали Машу. А та все натирала набухшие губы правой рукой, а левой принялась теребить покрасневшие соски то одной грудки, то другой. Застыла и Анна, не ожидавшая такой реакции от скромной воспитанницы института. Сдавленные, гортанные звуки полетели из широко открытого рта Маши, и она упала на каменный пол моечной, извиваясь как змея, с криком: “Да! Да! Да!”. О, да это тебе, похоже, не впервой, моя девочка, подумала Анна.

     – Что это с ней? – закричала напуганная Наташа. – Она умирает?!

     – Ну что ты! Она получила большое удовольствие и теперь отдыхает.

     – А мне так можно?

     – Сейчас нельзя, а вечером – поговорим. Хорошо?

     Маша, между тем, совсем оправилась, и сидела на полу, посматривая кругом недоуменным взглядом.

     – Машенька, как ты себя чувствуешь?

     – Очень хорошо! Так было сладко! Можно мне еще?

     – Подожди до вечера.

     – Хорошо.

     Анна подхватила Машу под мышки и поставила на ноги.

     – Вытирайся, и пойдем пить чай.

     Девочки оделись и, построившись, двинулись в столовую.

     Чай был густой, крепкий, а в сахарнице белой горкой лежали наколотые крупные куски сахара. Рядом в большой кастрюле ароматной кучей лежали горячие пироги. Маленькая Наташа недоверчиво посмотрела сначала на пироги, а потом – на классную даму.

     – Ой, это нам?

     – А кому же? – рассмеялась Анна. – Я одна столько не съем!

     Голодные девочки быстро расправились с чаем и пирогами и взяли с собой по куску сахара, завернув в носовые платки.

     – А это зачем? – поинтересовалась Анна.

     – На вечер, – пояснила Лида. – Мы всегда так делаем.

     – Нужды нет, – сказала Анна. – Вечером к чаю будут конфеты и булки со сливочным маслом.

     – Разве сегодня праздник какой? – недоверчиво спросила Маша, вставая из-за стола.

     – Нет. Так будет каждый день, пока я с вами, – ответила Анна. – Если поели, одевайтесь и пойдем в сад гулять.

     В саду было тепло, сквозь зеленую листву светило яркое солнце. Громко пели неизвестные девочкам птицы. Две старшие девочки шли впереди, тихо переговариваясь, а за ним тащилась младшая Наташа, то и дело запинаясь в густой траве большими башмаками. Анна взяла ее за руку, и та с благодарностью посмотрела на воспитательницу.

     – Надо будет справить тебе обувь по размеру, – сказала Анна. – А что Маша, как спит, хорошо?

     – Наверно. Правда, ночью я слышала, как она стонала.

     – Долго?

     – Нет, я точно не знаю, я заснула, – пролепетала Наташа, краснея, как маков цвет.

     – Ничего, я знаю средство, как сделать, чтобы вы крепко спали, – заверила ее Анна и спросила. – А что там?

     Она указала на высокий забор, перед которым остановились девочки.

     – Мы не знаем, – ответила Лида. – Нам запрещено подходить к забору вплотную.

     – Сейчас посмотрим! – сказала Анна и, ухватившись за верхний край деревянного забора, легко подтянулась.

     – О, Вы – ловкая! – восхищенно заметила Лида, а Маша спросила:

     – Что там?

     Анна спрыгнула вниз и, поправив выбившийся из-под чепца локон, ответила:

     – Мальчики. Целых трое, как и вас. Только тихо, а то он нас заметят. Кажется, они что-то затевают. Ищите в заборе дырки и смотрите молча.

     Дырки из-под выпавших сучков нашлись быстро, и девочки приникли к “секретным” отверстиям. Рослой Маше досталась “низкая” дырка, и ей пришлось сесть на “пятки” в позе писающей женщины. Лида наблюдала, согнувшись в поясе, а Наташа – стоя. Анна больше наблюдала за воспитанницами, чем смотрела в дырку, потому что знала, на что способны мальчики в этом возрасте. А творили эти мальчики вот что:

     Трое будущих мужчин – старший, рослый юноша, средний, еще не юноша, но уже не мальчик, и младший, еще совсем ребенок – вынесли на балкон двухэтажного особняка плетеные креслица, не спеша разделись и уселись лицом к забору, широко раздвинув ноги. Двое, те, что постарше, захватили свои члены в кулак и быстро обратили их в твердое состояние. У младшего так, конечно, ничего не получилось, был мал еще, но он заправил свой вялый детский членик между бедер и принялся ритмично их сжимать.

     Все три онаниста, видимо, уже давно занимались мастурбацией “вприглядку” , они жадно рассматривали друг друга, наращивая скорость движений. Средний, видимо, более чувтвительный и сладострастный, закончил раньше, убрал руки, предоставив члену исторгнуть “молочко” без явной помощи судорожными толчками. Старший раза три останавливался на грани эякуляции, и сейчас он отдыхал перед решающим наступлением, поглаживая крупные яички и подергивая членом с блестящей капелькой на конце фиолетовой головки. Младший давно дернулся в детском оргазме и начал снова, энергично сжимая бедра. Внезапно старший сделал знак рукой своим компаньонам, и, как был голый, спрыгнул вниз, махнув в воздухе увесистым членом. Он исчез из поля зрения девочек, но через короткое время снова проявил себя самым неожиданным образом.

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки