Проститутки Екатеринбурга

Как я провела это лето. Часть 3

     Схватив меня за волосы, поташил в толпу… Нате, имейте, она узкая, кайф.

     Под дружный одобрительный возглас, за грудь меня схватил Рома, и потащил обратно.

     Рома, Рома, сквозь плачь молила я… за что? Отпусти меня!

     – Да брось, оставь, ты не поняла еще? Ты общая блядь, на круг. Ты никуда не денешься, пока не обслужишь всех. Ложись и молчи! Блядь.

     Я не блядь… Это все, что я смогла сказать. Сняв штаны, Роман лег на меня и стал трахать, хватая за грудь, шлепая меня по лицу. Член у Романа был меньше чем у Аслана, больно было меньше, но о кайфе не могло быть и речи… Он и кончил быстрее. В меня…

     Высунув член, он взял меня за волосы и поднес член к лицу… Соси, облизывай, маленькая блядь. Нет, нет… я не соска! Да ну нахер! Открой рот и соси! Нет! Удар руки по лицу вернул меня в реальность… В глазах все светилось. Рот открылся сам. Следом вошел член. Обмякший, весь в сперме… Лижи сука, ни дай бог укусишь, все зубы выбью… Тварь… И я лизала, боролась с накатывающей тошнотой лизала, лищ бы не били.

     Он встал и ушел. Я лежала и не могла встать…

     – А я ей ротик распечатал…

     – Вот молодец, Пацан!

     Подошел мужик, взрослый, с пузом, и бородой.

     – эй, деточка, а ну ка встань!

     Я поднялась.

     – Встань на колени,

     Я поняла. Он расстегнул ширинку, взял меня за голову и насадил на свой член. Еше не вставший, умм. Ум, уммм, Соси, соси сука, давай, давай… Член пах мочей, и гнилью, было до ужаса противно и тошно. Удары в рот членом усиливались, член креп, и вот, неожиданно для меня в горло ударила спермма… Горячая, жирная, горькая, заполнила весь мой рот и горло! Я попыталась вскочить на ноги, руками схватила его за ляжки, и, кажется поцарапала.

     – Ну все, ну все, пиздец тебе, сука… пиздец… Молись, тварь!

     Я сейчас тебя угандошу! Удар, еще, еще… пинок ногой в живот… я кажется потеряла сознание…

     Звук возвращался бульканьем, откуда то из далека… Открыв глаза я увидела всех насильников над собой.

     – Ну Дед, ну Дед, ну молодец… чуть не убил нашу шлюху…

     – Да ну а хуле она царапается! Пальцы ей откусить? Пасатижами…

     ха ха ха…

     Ну что продолжим? Живот болел, Лицо горело, из носа шла кровь… я не могла ни двигаться ни кричать, горло перехватило.

     – Малой, а ну ка принеси ведро воды!

     Мужик, по кличке Малой, принес ведро, и тряпку.

     На, мойся, блядь, а то смотреть тошно… ха ха ха… .

     Я сидела согнувшись, двигаться мне не хотелось. Я только тихо скулила…

     – Что, не хочешь? Блядь? Малой, тогда ты! Помой её и еби, как хочешь, она твоя! Только не убей…

     Малой… Детина. Размером с двух мужиков, но по виду молодой, качек. Схватил меня за шею, вся рука его обхватила мою шею, практически полностью. Другой рукой он начал меня “мыть” , тряпкой, окуная ее в ведро, начал тереть меня… холодная вода, синяки от ударов болели, по лицу тряпкой. По пизде… я даже плакать перестала, просто, как котенок…

     Схватив меня за одну ногу, он приподнял ее открывая пизду. Сев на другую ногу он вошел в меня… Огромный член… как дубина, бил внутри меня, натыкаясь на матку, разрывая края, каждый удар как напильник… кажется я начала кровоточить. Держа меня за шею, придушив, я не могла плакать, закинув голову наверх, распахнув рот, я делала вид, что кричу. Но крика не было… Я кажется, несколько раз теряла сознание… Но резкая боль в промежности возвращала меня к жизни. Малой ревел, как бык. Ему, наверно было по кайфу. И тут меня облили кипятком на живот, или углями… Широко раскрыв глаза от ужаса, я почувствовала, что во мне нет члена… это он кончил… Его сперма была настолько горячая, что кажется ошпарила меня… И ее было настолько ммного… что я обрадовалась. Что не в рот, а то бы я захлебнулась… Он отпустил меня, я рухнула без сил…

     – Ну что, Малой, наигрался? Как дела? Жива, потаскуха?

     – ОООО, да, Ромка, ублажил, сука… Хороша, блядь, еще хочу…

     – Не не не… Стопэ, а то нам ничего не останется… тормози, Малой…

     – Тащи ее сюда, хуле она там, валяется…

     малой схватил меня за ногу и потащил… реально потащил к костру, я как могла вертелась…

     Ну что, девочка-припевочка? Накончалась? Или нет?

     Я безвольно хныкала, стонала, рукой держась за пизду… Я ее на ощупь даже не узнала, даже страшно представить, что там внутри… горела она огнемм…

     – Мужики, мужики, а мы то ее в задницу еще не трахали?

     – Та куда там! У нее пиздень как у кошки. Еле вставил…

     А ну ка, Ромка, попробуй, твое право!

     Роман схватил меня за волосы, поставил раком, и стал тыкать в мой анус членом, конечно, у него ничего не вышло, я даже и подумать о том не могла, что когда нибудь я буду трахаться в жопу… Иногда судьба поворачивает тебя в противоположную сторону…

     – Дайте Пива!

     – Рома, ты че?

     – Дайте, мне не пить!

     Он взял стеклянную бутылку пива, вылил ее, и вставил горлышко внутрь…

     Резкая боль заставила меня заорать, задрыгать ногами и руками, я пыталась вырваться.

     Держите ее, блядь, держите эту суку! Кто то наступил мне на голову. Прямо в обуви. Прямо на щеку… Втоптал меня в грязь… Руки завели за спину, и там держали. Роман впихивал бутылку глубже, вперед назад… глубже… с каждым разом больней и больней… Представьте себе кол в заднице, разрывающий вас пополам… Адская боль… Слезы даже не лились, они брызгали из глаз, с каждым движением, от крика я охрипла, крик превратился в хрип, звериный хрип…

     Роман! У нас Шампанское есть! Его малой пьет! ОООО! Давай! На место бутылки пива, пришла бутылка Шампанского. Но она не вводилась…

     – Смажь ее чем нибудь. Чем? Да вон, жидким мылом…

     И понеслась, мыло, конечно, принесло облегчение, но не сильно…

     – Ладно, по моему уже пора…

     Рома стал жарить меня в задницу, сильно ударяя меня то по спине, по ляжкамм… Спереди ко мне пристроился кто то… Сунув член в рот, держа меня за волосы, потому, что сил держать головку не было. Карусель продолжалась, конца этому не было. Кто то рвал мне зад, кто то рот, кто то пизду… Я сбилась со счета… Ночь подходила к концу. Я очнулась в канаве. Голая, Утро только занималось, Едва теплился рассвет. Мне было холодно. И больно. Сильнее всего болела голова. Ее как будто сжали в тиски. Я попыталась встать, кое как перевернулась на живот, я пыталась встать, уткнулась головой в песок, еле еле встала.

     Мои водители разъезжались. Пахло выхлопными газами, были слышны голоса. Я незнала, как я буду дальше… Жить… Куда мне идти… Что дальше? Я подождала, пока машины разъедутся, стало немножечко светлее, и холоднее… Я пошла в сторону костра, там валялась моя одежда. То, что осталось от одежды… Юбку не спасти, в лохмоты, ни лифчика, ни трусиков не было. Из рубашки я кое-как соорудила набедренную повязку, и пошла… Вдоль дороги, по обочине. Еле передвигая босые ноги, руками прикрывала груди. Куда иду, я не знала. Вдоль дороги, солнце за спиной… Когда я слышала, что идет машина, я пряталась в канаве у дороги. Я боялась людей. Я хотела жить. Просто жить. Мама, папа, зачем вы меня бросили? Почему вы не взяли меня с собой? Что теперь будет… Когда солнце поднялось выше, стало тепло, даже жарко. Я ушла с дороги, в лесопосадку, нашла самый темный уголок, кстати рядомм был ручей, я напилась, умылась, и уснула. Отрубилось.

     Мне снилось детство. Я маленькая девочка, На заднем дворе моей любиммой школы играю в волейбол. На мне Синенькие шортики, белая маечка, кеды… Мяч взлетал над сеткой, я отбивала его скрепленными руками, и тот взлетал ввысь, к светло голубому небу, огромному и высокому… Солнце светило мне в лицо, было весело и приятно… Счастье… Беззаботность… Детство… Детство, ты куда ушло…

     Очнулась. Было больно. Раскалывалась голова. Ломило тело. Тошнило. Я жива…

     

     ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ Цыгане шумною толпой…

     Если вы думаете, что все скоро закончиться, вы ошибаетесь. Ошибалась и я. Вот никогда не бывает так плохо, чтобы не было еще хуже.

     И так, я валялась в лесу, возле ручья, голая, избитая, изнасилованная везде, куда только можно, и где мой дом я не знала.

     Солнце садилось. Я решила идти дальше.

     Шла я медленно, очень сильно болели ноги, ныл живот, голова внутри была похожа на кисель. Я плохо видела, горло пересохла. Между ног кажется была открытая рана.