Жизнь в стиле CFNM-4. Часть 1

     Раннее утро. Греция. Небольшой коттедж на берегу моря. Я голый выхожу из воды после утреннего заплыва. На террасе меня встречает Юля. На ней белый халат. Она пьёт кофе. Я подхожу к ней, она берёт меня за письку, и мы начинаем целоваться. Садимся за стол и начинаем завтракать. Греческий салат, омлет, кофе, круассаны, тосты, апельсиновый сок. Море, солнце, любимая женщина — вот он рай на земле.

     Из детской доносится детский голосок. Проснулась дочка. Юля берёт меня за письку, и мы идёт в дом. Я подхожу к кроватке. Смотрю на дочку. У неё во лбу отверстие от пули и течёт кровь! Она мертва! Я оборачиваюсь на Юлю! У неё во лбу отверстие от пули и течёт кровь! Она мертва!

     Я вскочил на кровати в холодном поту! Кошмар! Каждую ночь кошмар! Один и тот же кошмар!

     Девять месяцев спустя мы с Юлей находилось в частной клиники под Лондоном. Юля готовилась родить мне дочку. Она лежала на кровати, я стоял рядом на коленях и целовал её животик. Оставалось совсем чуть-чуть, несколько дней, может быть часов. В палату вошел санитар. Обыкновенный санитар: халат, головной убор, повязка на лице. В его руке появился пистолет с глушителем. Первая пуля Юле в лоб. Вторая пуля Юле в живот. Я хочу броситься на него, но получаю рукояткой по голове и отключаюсь.

     Я лежу с сотрясением мозга в Московской больнице. Дочь и жена погибли. Убийцу не нашли. Из фирмы меня уволили, из Англии меня выдворили, моё имущество отошло компании. Юля как-то сильно накосячила, за это её убили, а меня пустили по миру.

     Из больницы я вышел с маленьким рюкзаком личных вещей и документов, мизерной суммой денег и советом: жить тихо, не рыпаться и не высовываться.

     Мне 33 года, возраст Иисуса Христа. Что у меня есть? Ничего. Чего я добился? Ничего. Что мне делать? Не знаю. Чего я хочу? Ничего. Повеситься? Напиться?

     Точно напиться и отрубиться! Где? С кем? На что? А что потом?

     А может домой?

     Дома сестра, друзья, Катя и мой ребёнок!

     Точно домой! Первым поездом!

     Через два часа на верхней полке в купе я ехал в родной город. Сначала я ехал один, а на следующей станции в купе вошли три девушки: короткие стрижки, накачанные мышцы, стиль одежды «милитари». Первая моя мысль: радикальные феминистки.

     Расположившись в купе, они решили заняться мной.

     — Слезай — получил я приказ.

     Я спрыгнул с полки и сразу получил удар под дых, согнулся пополам, удар под колено, я на полу, удар по голове и я отключился.

     В себя я пришёл лёжа на полу. Связанный и голый.

     — У тебя разработанная задница.

     По интонации было не понятно вопрос это или утверждение.

     — Отвечай! — получил я удар ногой по почкам.

     — У меня разработанная задница, я хорошо сосу страпоны, лижу влагалища, пью мочу — выдал я.

     Одна из девушек взяла резиновый член и вставила мне в рот. Сначала я старательно сосал, потом мне грубо трахали в горло. Результатом, похоже, остались довольны.

     Они расселись в купе и пили пиво. Я лежал на полу голый и связанный. Их ноги стояли на мне. Они обсуждали какие — то вечеринки. Одна под названием «яйца всмятку» — девушки в берцах бьют парней по голым яйцам, вторая «жопки в клочья» — девушки трахают парней огромными страпонами и рвут им попы.

     Перед сном все девушки поссали мне в рот. Мы легли спать. Девушки на полках, я голый и связанный на полу.

     Утром, приставив к моему горлу нож, девушки объявили, что я еду с ними. Меня развязали, я оделся, и мы вышли из поезда в каком-то Богом забытом месте. Девушек встречал чёрный джип. За рулём такая же феминистка. Меня затолкали в багажник, в рот засунули вонючие носки, ноги и руки заковали в наручники за спиной крест-накрест. На разбитой дороге меня швыряло по большому багажнику примерно часа полтора.

     Меня привезли в палаточный лагерь на берегу лесного озера. Десять девушек боевого вида, два джипа, пять палаток и я. В лагере мы провели десять дней.

     В течение которых:

     — на мне отрабатывали боевые приёмы;

     — меня просто били;

     — мне писали в рот;

     — я подлизывал их задницы;

     — я съедал их говно из ведра;

     — я ел мусор и объедки;

     — я готовил, мыл посуду, стирал;

     — в моей жопе побывали руки, ноги, резиновые штуки, бейсбольные биты, пивные бутылки и банки;

     — меня секли крапивой;

     — я трахал муравейник;

     — меня пальцами трахали в уретру;

     — об меня тушили бычки;

     — мне в лицо плевали и сморкались;

     — я спал привязанный к дереву;

     Перед отъездом меня сильно избили, засунули в багажник и оглушили. В сознание я пришёл в карете скорой помощи. Феминистки выбросили меня полумертвого на обочине шоссе, а случайный водитель вызвал медиков. Две недели спустя сестра забрала меня из больницы и привезла домой. Я здесь не был много лет. Когда — то я покинул это место с маленьким рюкзаком личных вещей, и вот я вернулся с маленьким рюкзаком личных вещей.

     Прошло больше 15 лет, а я всё ровно никто. Меня зовут никак. У меня ничего нет. Плюс подорванные здоровье и психика. Смерть любимых и десять дней издевательств загнали меня в эмоциональную яму. Я почти не сплю, мало ем, много пью.

     Спустя полгода сестра положила меня в клинику лечиться от алкоголизма. После клиники меня к себе забрала Даша, одна из художниц. С Олесей они больше не работали, а сама она сильно изменилась, она повзрослела, похорошела, сделала карьеру: у неё была своя дизайнерская фирма. Сильная и властна женщина. Она занялась моим воспитанием. Начала она с интима: дома я хожу голым, бужу её кунилингусом, а она трахает меня в попу страпоном. Работаю я менеджером по продажам. Регулярно посещаю фитнес клуб.

     Прошёл ещё год. Болячки на теле зажили, тело приобрело формы, появились рельефные мышцы. Карьера шла вверх, я стал заместителем генерального директора. Но на душе по-прежнему было пусто. Я жил на автомате. Даже трахался с Дашей на автомате, кончал, но не испытывал не каких эмоций.

     Эмоций в мою жизнь добавила Катя. За всеми этими переживаниями я забыл, что у меня есть сын и друзья. Катя позвонила мне и пригласила в гости.

     Я разделся догола прямо в подъезде и позвонил. Дверь открыла Катя. Она улыбнулась, взяла меня за письку и ввела в квартиру. Мы обнялись и расцеловались, мою письку из руки она не выпустила, а повела прямо в зал. В зале были голый Илья, голый Ваня, одетые девочка и её мама. Девочка — Полина, мама Софья. Они обе поздоровались со мной пожатием письки.

     Вечер прошёл очень здорово. Сначала был ужин. После ужина Полина увела Ваню за письку в его комнату, а Катя с прошли в зал. Катя вела за письку Илью, Софья меня. Сначала девушки нам подрочили. Нас с Ильёй поставили лицом друг к другу, девушки встали сзади, одной рукой дрочили нам члены, другой играли с сосками. Головки наших членов тёрлись друг о друга.

     — Тот, кто кончит очень быстро, тот получит много спермы! — пошутила Катя.

     Первым кончил Илья. Он забрызгал спермой мой член, живот и Софьину руку. Его поставили передо мной на колени, и Софья продолжила мне дрочить. Кончил я Илье в рот, он всё проглотил, а остатки она сдрочила ему в рот. Потом слизал свою сперму с моего члена, живота и Софьиной руки. Причем девушка мой член из руки не выпустила и, когда Илья закончил, повела меня за письку на лоджию.

     На лоджией она села на стул и закурила. Меня она посадила перед собой на пол, на попу, голова откинута назад, рот используется как пепельница, ноги поставила мне на гениталии. Курили мы молча — пепельнице-коврику не положено разговаривать! Докурив, она затушила сигарету слюной над моим ртом. И слюна, и бычок последовали мне в рот. Я всё проглотил.

     — Ложись на пол — последовала команда.

     Софья пописала мне в рот, плюнула в него, взяла меня за письку и повела обратно в зал. По пути мы заглянули в детскую. Ваня лежал на полу, а Полина завязывала на его письке какие — то бантики. Хорошие дети. Мы вернулись в зал.

     В зале на диване Катя трахала страпоном Илью. Софья подвела меня к ним, поставила на колени и вставила член Ильи мне в рот.

     — Он тебе сосал, теперь ты пососи ему. Только не глотай — сказала Софья.

     Илья кончил. Я собрал всю сперму в рот, и начал целоваться с Катей.

     — Пора тебя трахать- прервала наш поцелуй Софья.

     Она надавила мне на плечи, поставила на колени и вставила в рот Катин страпон. Похоже Софья здесь главная, не удивлюсь если она и Катю трахает, и в рот ей писает, и как пепельницу использует. А Софья тем временем подняла Июль, и я стал сосать два члена, сама прицепила страпон — я сосу три члена.