Проститутки Екатеринбурга

Горячая экскурсия

     Денёк выдался на редкость жарким. Ещё эта экскурсия совсем испортила моё настроение. Кондиционер в музее уже месяц, как не работал, и проводить экскурсии стало просто невыносимо.

     

     Группа “добровольцев” из железнодорожного техникума ожидала меня у входа с невесёлыми лицами, что придало мне ещё большего недовольства предстоящим мероприятием.

     Истекая потом, я водила потных студентов по музейным залам. Девчонки откровенно зевали, а парни пялились на мои соски, торчащие из-под мокрой блузки, намертво прилипшей к моей груди. Было пофиг. “Скорее бы это все закончилось”, – пикало в моей голове.

     Какой-то высокий нескладный парень почему-то постоянно тяжело дышал в мой затылок. Я решила, что ему тоже невыносимо жарко.

     И вот, аллилуйя! – “Спасибо всем за внимание!” Иду закрывать залы.

     Знакомое пыхтение заставило меня оглянуться.

     “А покажите мне ещё раз то старое пианино”

     “Гармонику”

     “Ага” – парень – медведь пыхтел, опустив глаза в пол.

     “Вот же ж скотина!” – скрежеща зубами я потащилась в третий зал.

     ” А Вы могли бы на нём сыграть?”

     “Говно – вопрос” – чуть не ляпнула я в тему своего настроения, но я все-таки работник культуры, поэтому, слегка подавшись вперёд, опустила руки на клавиши.

     Медведь сопел громче, чем я играла. Но я решила добить его Бахом, чтоб он больше никогда не мучал музейных работников.

     Студент стоял сзади и излучал сорокоградусный жар. Ко мне прилипло все: блузка, шифоновая юбка, пот струился по шее, спине, ногам. Я ненавидела этого придурка, как моя мама назойливую муху, но жажда мести была сильнее моего желания послать бедолагу ко всем чертям. Поэтому я лупила по клавишам так, что бедный Бах, наверное, раз 30 перевернулся в могиле.

     В апогее произведения, я наклонилась вперёд и нечаянно уперлась ягодицами в пах этому придурку, наткнувшись на твёрдый, как железо, член.

     Обернувшись, я увидела картину, от которой рот мой раскрылся, а глаза налились кровью: чувак испуганно смотрел на меня, держа в руках свою кувалду.

     “Ах, ты, извращуга… “, не успела выговорить я, как парень, схватив меня в охапку, перетащил к комоду 19го века, повалил лицом вниз и, бормоча что-то несуразное, типа “извините… простите… Вы так играли… я возбудил ся”, задрал мне юбку и торопливо начал снимать прилипшие к телу трусики.

     То ли от неожиданности, то ли от того, что он меня просто придушил своей массой, я не оказала никакого сопротивления.

     Справившись, наконец, с мокрыми трусиками, медвежонок, отыскав нужное отверстие, всунул в него пенис и начал энергично двигать тазом. При этом он так чувственно вздыхал, что я какого-то чёрта начала двигаться в такт его движениям. Он крепко держал меня за бедра, наращивая глубину и амплитуду проникновения, и у меня вдруг подкосились ноги и звёздочки посыпались из глаз.

     “Бляяять… ” – только и смогла я произнести в то время, как моё тело содрогалось от невероятного оргазма.

     Железнодорожник захрипел, и я почувствовала, как сперма дозированными партиями выплескивалась из его члена прямо в меня.

     “Простите”… пробормотал новый знакомый и снова опустил глаза.

     Мы молча вышли из музея и пошли. Вперёд.

     У моего подъезда Медведь замялся. Я взяла его за руку, и мы вместе пошли домой.

     Пару месяцев мы наслаждались летом и друг другом, занимаясь сексом на пляже, в реке, в примерочных, на дискотеках, пока его не забрали в армию…