шлюхи Екатеринбурга

Генитальные танцы с мамой. Часть 1

     Эта история произошла несколько лет назад в небольшом городе. Уже как три года довольно зрелая женщина лет за тридцать жила разведенной. Красивые светлые и длинные волосы, чуть располневшая фигура с наливными грудями третьего-четвёртого размера и большими ягодицами, стройные ножки, – всё подчеркивало её женскую красоту.

     Сын же её рос высоким и крепким, немного застенчивым и слегка мечтательным. Он уже интересовался противоположным полом, но как-то робко и безынициативно.

     Вскоре всё изменилось. Сын понял, что перед ним не просто мать, а довольно привлекательная женщина. Это произошло, когда он случайно увидел, как она брила свои ноги в ванной. Одетая в легкий халат, она сильно нагнулась вперёд, отчего её белые груди практически вывалились из халата. Приподнятая побритая нога с аппетитными икрами и ступнёй с выступающими из-под кожи венами показались сыну невероятно возбуждающими. Он мгновенно почувствовал, как его трусы начинает распирать изнутри. Ему стало боязно, но в то же время сладкая истома накрывала его тело. Он всё чаще испытывал такие ощущения, когда так или иначе засматривался на мать.

     Она также осознала, что её сын уже совсем вырос, когда, стирая, видела, что его трусы запачканы пятнышками, источающими пряный аромат. Женщина сразу поняла, что это ночные поллюции, аромат которых подсознательно возбуждал её.

     В один жаркий майский вечер, парень сидел в своей комнате и чинил велосипед. Вскоре, вся запыхавшись, пришла мать.

     – Привет, родной! Ты ещё не ужинал? Я так и знала, – сказала она, заглянув в комнату сына. – Мне сегодня Танька позвонила, давняя подруга, зовёт к себе в гости. Сейчас быстренько состряпаю что-нибудь и отлучусь на пару часиков.

     – Хорошо, мам.

     Через полчаса мать позвала сына на кухню. Одетый в одни семейные трусы он неспешно зашёл и сел за стол. Подросток сразу же заметил, что мама практически не раздевалась и не меняла одежду: всё та же красивая, сливочного цвета, блузка обтягивала её слегка загорелое тело; черная юбка и кружевные светло-бежевые чулки составляли низ её гардероба. Только темно-синие туфли были сняты с ног и поставлены под стол, рядом с тем местом, где уселся сын.

     Он сразу же почувствовал, как материна обувь источает запах пота. Весь день женщина провела на каблуках, и теперь этот терпкий аромат отчётливо струился куда-то вверх, попутно попадая прямо в нос парню.

     “Какой же незабываемый аромат!”, – пронеслось в голове у сына, – “Эти чудесные ножки! Как же они пахнут!”

     Но тут же, стыдясь своих мыслей, попытался избавиться от них. Однако это ему не удалось. Он опять засматривался на мать, на её прекрасные женские контуры и почувствовал прилив крови к низу живота и легкое, щекочущее нервы возбуждение.

     Проголодавшись, сын уплетал еду за обе щёки, а мать, сев напротив и подперев рукой голову, расспрашивала его о делах и просто о всякой ерунде. Вспомнив про его трусы из стирки, женщина неожиданно спросила:

     – Ну а на личном фронте у тебя как?

     – Вроде всё хорошо, – ответил подросток и немного рассказал маме о той девочке, с которой уже долгое время гулял.

     – А она тебе нравится? – спросила мать.

     – Да, мам. Только есть одно “но”… .

     – Какое?

     – Она сказала, мне, что если я хочу и дальше с ней гулять, то должен хорошо уметь танцевать…

     – Хм! – удивленно хмыкнула женщина и на минуту задумалась.

     Она представила, как накрашенная наглая девица совращает её чадо непристойными танцами и поцелуями, а он теряется и не знает, как себя повести. В этот момент мать испытала чувство, отдаленно похожее на ревность. “Неужели я не помогу своему зайчику с этой проблемой? Не хочу, чтобы над ним смеялись остальные ребята. ” – пронеслось у неё в голове.

     – Знаешь, что, родной? А давай я покажу тебе, как правильно это делать.

     Сын оторопел, положив вилку в тарелку.

     – Ты серьёзно?

     – Конечно. В юности я занималась танцами, я тебе уже много раз рассказывала. Я просто покажу тебе основы, – говорила она с мягкой улыбкой и сверкающими глазами.

     Однако мать даже не предполагала, чем всё может закончиться.

     – Где будем танцевать, мам?

     – Можем прямо посредине кухни.

     Сердце парня сильно застучало, он слегка волновался. Они встали друг напротив друга, соединившись левыми руками. Правая рука сына аккуратно легла на бедро матери, и они начали неспешно двигаться. Мама поправляла сына, давала ему указания и советы. Уже через несколько минут сын стал хорошо двигаться.

     – Ну вот видишь, можем потренироваться с музыкой, – сказала мать.

     Но парень её не слышал. Он ощущал жар женского тела, аромат духов и пота и смотрел в чуть приоткрытую ложбинку между её грудями. Сладкая истома разлилась из низа живота по всему телу. Сын попытался обнять маму, но что-то помешало ему. Посмотрев вниз, он увидел, как его трусы неприлично топорщатся. Это же увидела и мать.

     – Оу… Ничего, это бывает, – слегка сконфуженно отреагировала она.

     Сын стоял красный, как помидор, потупив голову вниз.

     – Ладно, я пойду собираться, – сказала женщина, и, подойдя к парню, обхватила его лицо ладонями и поцеловала в лоб.

     Сын доедал остаток ужина на кухне. У мамы же из головы не выходила картина оттопыренных трусов сына. “Интересно, какой он у него, когда он стоит?” – пронеслось в голове у матери. Собираясь к подруге, она почувствовала бабочек в животе. От греха подальше мать стала спешить:

     – Родной, я побежала! Закрой за мной дверь.

     Уже успокоившийся во всех смыслах сын, подошёл в прихожую, чтобы чмокнуть и проводить маму. Она чмокнула его чуть ли не в губы и быстро выбежала за порог.

     Закрыв дверь, парень будто замер: этот лёгкий поцелуй оставил привкус губной помады, и опять этот парфюм… Эрекция не заставила себя долго ждать. Возбуждение снова нахлынуло волной, как вдруг в дверь резко позвонили.

     Сын посмотрел в глазок: это была мама. Несмотря на оттопыренные трусы, он открыл дверь.

     – Родной, ключи забыла… .

     Взяв связку ключей с тумбочки в прихожей, она уже собралась снова выбежать за дверь, как вдруг заметила эрекцию сына.

     – Ах! У тебя опять… , – вздохнула женщина и, положив ключи обратно на тумбочку, медленно подошла к парню, – не могу смотреть, как ты мучаешься…

     Мать опустилась перед сыном на колени и схватилась за резинку его трусов. Он уже хотел отпрянуть назад, но услышал:

     – Не бойся… Здесь некого стесняться…

     Она неспешно стянула трусы сына практически до колен, и его эрегированный член, выскочив из-под резинки, резко выпрямился вверх, слегка задев своим кончиком губы мамы.

     Лобок, густо покрытый чёрными волосами, подёргивающийся немалых размеров ствол пениса, испещрённый выступавшими венами, полуоткрытая вытянутая головка и овальные яички, свисавшие в морщинистой мошонке, – всё это мгновенно врезалось в сознание зрелой женщины.

     – Милый мой! Родной, … . скажи, ответь мне на один вопрос… Только честно, хорошо?

     Сын слегка кивнул.

     – Это у тебя так… . на меня? – спросила она, аккуратно взявшись двумя пальцами за его крайнюю плоть.

     Сын ничего не ответил, но по его глазам всё стало понятно. Отодвинув кожицу назад, женщина полностью оголила алую с синеватым оттенком головку пениса, из которой просочилась капелька смазки.

     “Он давно не спускал” – промелькнуло в голове у матери. Пряный запах головки и потных яичек ударил ей в нос, внутри она возбудилась не на шутку, из влагалища уже текло, и её трусики были насквозь влажными.

     Она слегка приоткрыла рот и придвинулась ближе к головке члена. Смотря прямо на парня, она как бы спрашивала его взглядом: “Ты позволишь взять мне в рот?”. Сын это понял и попытался возразить:

     – Мам, ну мы же… . нам нельзя… .

     – Я знаю, милый, я знаю… Прости меня, – сказала мать и, сидя на корточках, глядя прямо в глаза собственному сыну, обхватила губами головку его пениса.

     Смачно облизав её, женщина вытащила головку изо рта, а на губах остался солоноватый мужской вкус.

     – Ох… . Мама… , – выдавил из себя сын.

     В этот момент женщина поняла, что её он особо не сопротивляется. Тогда она обхватила двумя руками ягодицы сына и принялась сосать его эрегированный член. Делала она это с лаской, со всей материнской любовью, аккуратно работая губами и языком, которым активно щекотала уздечку на головке пениса.