шлюхи Екатеринбурга

Доверили серьезный репортаж! Часть 3

     Боже, какой стыд! Знала бы только моя мама… Почувствовав чьи-то осторожные прикосновения, невольно оборачиваюсь. Что они там делают?! Не в силах вымолвить ни слова, с замиранием сердца слежу, как длинные узловатые пальцы Алекса скользят по моей холеной загорелой попке, осторожно раздвигают ее упругие половинки, лезут в щель между ними…

     – Расслабьтесь, девочка! Не надо так зажиматься!

     Я послушно расслабляюсь… и в ту же секунду получаю отвратительно-грубое проникновение пальца глубоко в прямую кишку! К счастью, длится это безобразие недолго.

     – Так, хорошо: Трещин и геморроя нет. Фактура тоже неплохая! Думаю, вы нам подойдете.

     Изображаю на лице неподдельную радость. В ответ режиссер привычным жестом посылает в мусорное ведро использованный напальчник и одобрительно кивает мне головой. Однако на лице его остается легкое сомнение.

     – Простите, но: вам действительно двадцать два года?

     Ха, так значит, я выгляжу все-таки моложе, раз он сомневается? Что ж: Пустячок, а приятно!

     – У меня в сумочке паспорт. Хотите посмотреть?

     Вопреки моим ожиданиям, “доктор Алекс” не поленился удостовериться в правдивости моих слов. Какое-то время он молча шевелил губами, словно стараясь запомнить мое имя и фамилию, потом бросил короткий взгляд с фотографии в паспорте на мое слегка испуганное лицо.

     – Ну, хорошо… – после секундной паузы произнес он, – Трусики можно пока надеть. Теперь такой вопрос – сколько вы можете выдержать?

     – Выдержать – чего? – не сразу сообразила я.

     – Воды! – подсказывает Илья, – Тебе же тут клизмы ставить будут!

     – Три литра! – говорю первое пришедшее на ум и мысленно хватаюсь за голову…

     – О! – удивляется Алекс, – Три литра – это довольно много для девушки вашей комплекции! Вы нам подходите!

     Не сомневаюсь, лысый извращенец… Когда я буду корчится на этой кушетке с тремя литрами воды в животе, ты наверняка получишь от этого зрелища ни с чем не сравнимое удовольствие!

     – Очень хорошо! Пробы начнутся примерно через час: Если хотите, можете погулять!

     Очень гуманно с их стороны. Хотя немного странно, что никто до сих пор ни полусловом не обмолвился об условиях оплаты:

     – А на будущее просьба – на период съемок поменьше кушайте и обязательно промывайте кишечник! Это очень важно.

     – Как, а разве…

     – Здесь – съемочная площадка. К приходу сюда внутри вас должно быть чисто! Это вопрос гигиены!

     Хорошенькое дело – выходит, надо еще и дома клизмы себе ставить! Нет, ребята, завтра вы меня здесь точно не дождетесь: Честно говоря, вообще очень хочется сбежать из этого притона прямо сейчас, не дожидаясь, пока они примутся терзать мою бедную задницу. Но журналистский долг – прежде всего! Кстати, откуда все-таки у режиссера этот странный акцент? . .

     – Хорошо. А можно я пока здесь побуду? Интересно посмотреть…

     – Пожалуйста! Только не шумите…

     – Буду сидеть тихо, как мышь!

     Еще раз пристально оглядываюсь по сторонам, стараясь не пропустить ни одной детали обстановки этого гибрида больницы и камеры пыток. О пытках тут и впрямь напоминало многое: ремни, наручники, какие-то подозрительного вида инструменты… Даже наконечники для клизм, и те внушали страх: многие из них имели на конце странные надувные баллоны, а некоторые были такой толщины, что, по-моему, даже с вазелином не смогли бы влезть ни в одну человеческую задницу! Интересно, для кого они тогда предназначались? Для крупного рогатого скота, что ли? С одной из полок угрожающе свешивал гофрированный хобот старый армейский противогаз. Зачем им тут – вместе с целой кучей клизм, шлангов и наконечников – противогаз?! Ох и удружили вы мне, Антон Алексеевич, нечего сказать! На могилку-то хоть приходить будете? . . Тут меня окликнули. Оборачиваюсь – ожидающие съемок девчата дружно машут мне руками.

     – Эй, новенькая! Иди к нам!

     Подхожу, присаживаюсь.

     – Привет!

     – Привет! – отвечает та, что была помладше и посимпатичнее, – Тоже сниматься хочешь? Киваю. Девочка мило улыбается.

     – Как тебя зовут?

     – Оля! – улыбаюсь в ответ я, – А тебя?

     – Эрика!

     – Красивое имя.

     – Мне тоже нравится… А это – Кристина! Наша “звезда”!

     Девушка постарше еще раз сдержанно помахала мне ручкой. Киваю ей в ответ.

     – А я – Игорь! – нахально пытается приобнять меня за плечи молодой человек в белом халате и очках, присаживаясь на соседний стул.

     Я машинально отстраняюсь. Парень, как мне показалось, был немного смущен этим моим робким отпором, что не остается незамеченным девушками.

     – Ты с ним поласковее! – смеется Эрика, – Если его разозлить – неделю после съемок за задницу держаться будешь…

     – Это правда?

     – Правда, детка! – щерится Игорь, принимаясь лапать меня теперь уже за коленку, – Меня лучше не злить! Обидно, если такая красивая попка пострадает…

     Вот пошляк! К счастью, в это время его позвал к себе режиссер, и меня оставили в покое.

     – Расскажи, пожалуйста, как здесь все… вообще… – шепотом прошу я Эрику, – Мне что-то страшно немного стало… Что они хоть со мной делать будут?

     – То же, что и со всеми! – небрежно пожала плечами юная красотка, – Вставят в задницу шланг и будут хороводы водить, покуда у тебя вода из ушей не польется. Козлы…

     – А тебе самой разве это не нравится?

     – Что я – дура? Мне просто подзаработать надо!

     – И как тут платят?

     – Сдельно, – хихикает Эрика.

     – Как это?

     – Политрово! – подает голос Кристина, – Плюс премиальные за особо сложные трюки. Так что за вечер вполне штуку срубить можно. А то и полторы!

     – Штуку – чего, рублей?

     – Ну, не баксов же!

     Негусто, прикидываю я… Загубленное здоровье обойдется дороже!

     – И часто у них тут съемки?

     – Да уж без дела не сидим! – с некоторой даже гордостью отвечает мне Эрика, – Крыська вон, если припрет, даже когда “сестра гостит” сниматься ходит!

     Я удивленно уставилась на Кристину. В такие дни девушке только клизм не доставало! Я так точно бы не согласилась.

     – А что такого? – недоуменно жмет плечами черноволосая Кристина, – “Тампаксом” затыкаешься – и вперед! Литра три вполне принять можно:

     – Слушайте, а они тут кроме клизм вообще хоть что-нибудь снимают?

     – Конечно! Гинекологические осмотры на настоящем “вертолете” – терпимо, но зеркала, гады, разводят до упора… – сбивчиво зашептала Эрика, – Физраствор колют: больно, блин! Температуру в жопе измеряют. Ректоскопию пару раз делали на втором этаже…

     – Ректоскопию?

     – Ну да! Противно так… особенно, когда воздухом надувать начинают. А здесь, внизу, только клизмы ставят. Правда, такие, что у девчонок глаза на лоб лезут:

     – Что, так трудно терпеть?

     – Будто сама не знаешь… Лично у меня уже после второго литра ощущение такое, что вот-вот взорвешься. А тебя еще улыбаться заставляют!

     – Понятно. А для чего тут наручники?

     – Бывает, что надевают. Если сюжет с уклоном в садо-мазо:

     – А противогаз зачем?

     – О-о-о! – закатывает глаза Эрика, – Это уже по спецзаказу: Пытки:

     – Будут предлагать – не соглашайся! – доверительно шепчет Кристина, – Знаешь, куда они тебе этот хобот засунут?!

     – Догадываюсь:

     Боже! Очевидно, это и считается у них “особо сложным трюком”? Мой шеф явно не знал всей правды, когда отправлял меня сюда:

     – Послушайте, но ведь это же кино! – тихо возмущаюсь я. – Разве нельзя все только имитировать?

     – Алекс даже слушать об этом не хочет! – вздыхает Эрика, – Это, говорит, только у американцев играются с пустой клизмой и все такое, а у нас все должно быть по-настоящему! И, потом, раздувающийся живот трудно имитировать, разве что взаправду его водой накачать…

     – Так ему обязательно надо, чтобы еще и живот раздувался?!

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа Натяжные потолки