шлюхи Екатеринбурга

Дорожный патруль

     
Ранним утром шум мотора канареечно-желтого, с откидным верхом, “вайпера” 1996 года, несущегося по пустому шоссе, наполнил пустыню. Молодая женщина, сидящая за рулем, не обратила никакого внимания на знак ограничения скорости и прибавила газу. Она была слишком занята собственными мыслями, чтобы замечать подобные мелочи.

     Любой, у кого был телевизор, сразу узнал бы это лицо в обрамлении рыжих волос. После лица этот самый любой обязательно посмотрел бы на длинные гладкие загоре-лые ноги и роскошные груди, рвущиеся наружу из узкой красной блузки, который был на два размера меньше. Однако, узнав о чем, сейчас думает их кумир, толпы по-клонников были бы определенно шокированы.

     “Сраные агенты… – вопила про себя Анджела Фостер, яростно переключая скорость. – Бля, они же совсем обнаглели!”

     Точнее сказать, что гнев Анджелы был направлен на одного конкретного агента – Джона Темпла. Он был одним из лучших гешефтмахеров в Голливуде, а, кроме того – человеком, пообещавшим сделать Анджелу звездой большого экрана.

     Прошлой ночью она посетила вечеринку, которую устроил на своем роскошном ранчо в пустыне продюсер Вильям Донован. Предполагалось, что именно там она подпишет контракт на главную роль в будущем блокбастере. В действительности же Донован предложил ей скрепить договор в его постели. Причем Темпл предварительно заверил Донована, что Анджела с более чем легко согласится

     “Когда же этот мудак поймет, что я уже звезда, – подумала она. – И не должна раздвигать ноги перед плешивым шестидесятидвухлетним козлом”.

     Анджела была звездой одного из самых успешных сериалов года “Полиция Лос-Анджелеса”, который злые на язык журналисты называли “Телки в униформе” Он был ответом кабельного телевидения “Спасателям Малибу”. В отличие от своего сопер-ника в этом сериале главную роль играла женщина – Анджела Фостер. И она была убеждена, что пройдет немного времени, и люди забудут и про Памелу, и про ос-тальных “зайчиков” из “Спасателей”.

     Наступил день, когда двадцатишестилетняя актриса решила вырваться вперед коллег по телевидению. И Джон должен уяснить это. Если ему плевать на ее карьеру, то ей нет. И, вообще, он не единственный агент на свете.

     Обозлившись на весь мир, Анджела едва заметила маленькое придорожное кафе, про-несшись мимо него со скоростью большей, чем сто миль в час. Однако через не-сколько минут, как здание скрылось из виду, ей по ушам резанула сирена патруль-ной машины

     – Твою мать! – завопила Анджела, оглянувшись назад. – Только этого говна мне сейчас не хватало.

     Если бы она не была сейчас так возбуждена, то просто-напросто бы остановилась бы и отделалась бы легким испугом и неизбежной лекцией о том, как опасно превышать скорость. Ее уже четыре раза останавливали, и ничего хуже этого не было. В край-нем случае, она сверкнула бы своим роскошным телом и уехала бы, оставив доволь-ному патрульному историю (- Гадом буду, мужики, сегодня мне сама Анджела Фостер, знаете, из сериала “Телки в униформе” сиськи показала…) и автограф.

     Но в то утро Анджела считала всех и каждого своим личным врагом, поэтому вместо того, чтобы сбросить скорость, она прибавила ее до максимума – ста шестидесяти пять миль в час.

     – Отсосите, твари! – расхохоталась Анджела, видя, что полицейская машина ис-чезла из зеркала заднего вида. Даже если они и записали номер, не беда. Это была машина Темпла, и после всего, что он ей сделал, если полиция возьмет эту суку за жопу, то так ему и надо.

     Через две минуты Анджела почти забыла полицейской машине. Гордая своей маленькой победой, она сбросила скорость.

     Однако ее улыбка мигом исчезла, когда девушка увидела полицейскую машину впереди нее. Она обогнала “вайпер” примерно на четверть мили. Через секунду актриса осознала, что это не может быть та же самая машина. Каким бы быстрым не был “вайпер”, радиосигнала ему не обогнать.

     Анджела замедлила ход и оценила свое положение. Честно говоря, попала она не по-детски. Если хоть слово попадет в газеты, то ей мало не покажется. Какой бы звездой Анджела бы себя не считала, она все же достаточно трезво мыслила, чтобы согласиться с утверждением ” слава, что песок под ветром”

     Она сделала глубокий вдох медленно поехала вперед. Сделав умоляющее лицо, Анд-жела мысленно произнесла текст извинения. Ей нужно было убраться отсюда как мож-но скорее. Если же все пойдет совсем плохо, то она предложит копу минет. Анджела не могла себе представить, чтобы нормальный мужик отказался. В конце концов, раньше ей приходилось и не на такое идти ради карьеры.

     “Черт, а если он – педик?” – подумала она, останавливаясь в ста футах от пат-рульной машины. – Тогда познакомлю его с Рамоном”. Анджела вспомнила о красавце, которого студия наняла в качестве ее персонального тренера. Ей жутко хотелось переспать с ним, и она едва не расплакалась, узнав, что он совсем не интересует-ся женщинам

     Бесконечно тянулись минуты, Анджела наблюдала за полицейским, сидящим в своем автомобиле. Чего же он ждет? Ответом на ее вопрос стала появившаяся на дороге первая патрульная машина.

     ” Похоже, мне придется обоим отсосать”, – подумала Анджела, припомнив, как шесть лет назад занималась сексом сразу с двумя парнями. Воспоминания были приятные, но она отбросила их. Прежде всего, надо взять ситуацию в свои руки.

     “Началось”, – сказала себе Анджела, когда двери обоих патрульных машин откры-лись, и оттуда вышли два человека в форме.

     Анджела расстегнула верх блузки, для лучшего вида на ее грудь. Глубокая ложбинка между двумя роскошными холмами теперь полностью открывалась взору. Посмотрев на себя в зеркало, она убедилась, что выглядит как всегда соблазнительно. Пригладив рукой длинные рыжие волосы, актриса откинулась и назад

     – Доброе утро, офицер, – сказала Анджела, настолько мило насколько могла, когда к ней подошел полицейский из первой машины.

     – Водительские права и документы на машину, пожалуйста, – сказал он, подойдя ближе.

     И вот тут-то Анджела поняла, как круто она обломалась. Ее взгляд уперся в пару грудей даже более впечатляющих, чем у нее. Кроме этого человек в форме обладал пучком темных волос на затылке и молочно-белым лицом. А солнцезащитные очки скрывали ярко-голубые глаза.

     – Конечно, – жалобно начала Анджела, пытаясь сохранить хотя бы остатки самооб-ладания, – Я понимаю, что превысила скорость. Но я всегда относилась с глубо-чайшим уважением к людям в форме. Может быть, вы узнали меня…

     – Я узнала вас, мисс Фостер, – ответила женщина, согласно табличке на груди ее фамилия была Кларк. – Но, тем не менее, все еще хочу взглянуть на ваши права и документы на машину.

     – Естественно, – отозвалась Анджела, заметив, что второй патрульный подошел с другой стороны.

     Тоже женщина, только испанского типа. Дюйма на четыре ниже своей напарницы, пол-ная. Ее массивные груди были больше чем у обеих женщин вместе взятых. Приятное круглое лицо, короткие темно-каштановые волосы и карие глаза. Ее фамилия была де ла Гура

     – Как я уже сказала, всегда относилась к труду полицейских с огромным уважением, – произнесла Анджела, роясь в бумажнике в поисках водительских прав. – Уверенна, вы видели мой сериал…

     – Видели, – сухо ответила Кларк.

     – Ага, “Телки в униформе”, – хмыкнула ее напарница. -Ничего не скажешь – точный портрет полиции Лос-Анджелеса.

     “Блин, я попала!”- подумала Анждела, протягивая патрульной слева свои права.

     – Машина зарегистрирована на вас, мисс Фостер? – спросила Кларк, изучая доку-мент.

     – Вообще-то, она принадлежит моему агенту, – ответила Анджела. – Наверно, доку-менты на машину в бардачке.

     Она наклонилась и открыла бардачок, при этом показав обеим патрульным лучшие груди ” мейд ин Беверли – Хиллс”. Жаль только впустую.

     – Что-то тут есть, – сказала Анджела, вытаскивая наружу кучу всякого хлама. – А вот и документы, – выкрикнула она, найдя маленькую кожаную сумочку.

     Когда она доставала бумаги ее браслет зацепился за какой-то пакетик внутри. Рука Анджелы вытащила бумаги, а пакетик шлепнулся на свободное сидение рядом.

     – Что это у нас такое? – де ла Гура, протянула руку и подняла маленькую полиэти-леновую упаковку, внутри был хорошо знакомый все троим белый порошок.

     – Это не мое! – тут же закричала Анджела.

     – Сколько раз я это уже слышала, – заметила Диана Кларк, пока ее напарница вни-мательно исследовала содержимое пакета. – Что скажешь, Мария?

     – Определенно больше двадцати восьми грамм, – отозвалась Мария де ла Гура, пока-чав пакетиком.

     – Вес дилера, – добавила Диана, когда Мария передала находку ей.

     – Не понимаю, – промямлила Анджела.

     – Это не для употребления, – серьезным тоном пояснила Диана. – Хранение более чем двадцати восьми граммов кокаина, предполагает намерение его продать. И соот-ветственно наказание будет более суровым.

     – Но, он же не мой, – настаивала Анджела.

     – Пожалуйста, выйдите из машины, – отрезала Кларк.

     “Боже, что мне делать? – спросила саму себя Анджела, выбираясь из машины. – Жаль, что нет Джона – он-то знал, как поступать в такой ситуации”.

     Затем она поняла, что это, очевидно, кокаин Джона. Он, должно быть, купил его для какого-нибудь своего клиента.

     “Не может быть такого наяву, я, наверно, сплю”, – подумала она, когда холодная сталь защелкнулась на ее запястьях, а де ла Гура зачитала ей ее права. Анджела сама не раз делала это в каждой серии.

     – Итак, вам понятны ваши права? – осведомилась Мария.

     – Нет, то есть, да, – ответила Анджела.

     – Что, жизнь отличается от сериала? – спросила Диана, разворачивая Анджелу к стоящей позади полицейской машине.

     – Подождите, может быть есть другой способ уладить это недоразумение, – резко остановилась актриса.

     В панике, Анджела не заметила, как Диана хитро улыбнулась Марии. Де ла Гура обошла “вайпер” и встала перед Анджелой и Дианой.

     – Только послушай эту суку, – сказала она в нескольких дюймах от лица Анджела. – Думает, что все можно купить.

     – Ладно, давай выслушаем ее, – предложила Диана. – Хоть какое-то развлечение. – О’кей, милочка, моя напарница хочет услышать, что ты можешь нам предложить. Смотри, не разочаруй ее.

     Анджела сделала глубокий вдох. Если ей сейчас очень-очень повезет, то может она выберется из этой передряги. Разговаривать она решила с Дианой, та казалась более уступчивой, нежели ее коллега.

     – Послушайте, вы же знаете, что наркотики не мои, – начала Анджела. – Так почему бы нам не сделать вид, будто ничего не произошло. Думаю, что мгу возместить вам потерянное время. Скажем, по тысяче долларов каждой?

     – Ах, ты, сучара! – завопила Мария ей в лицо. – За идиоток нас держишь?

     – Полегче, Мария, – оборвала напарницу Диана.

     – Ты читала ту статью в “Пипл” за прошлый месяц, – не утихала Мария. – Там напи-сано, что она получает за каждую серию этого слащавого дерьма по сорок штук! Держу пари, ей собаки обходятся дороже, чем тысяча в год.

     – А ты, вообще-то, права, – сказала Диана, и, дернув Анджелу за руку, добавила. – Поехали, красавица.

     – Нет, пожалуйста, – Анджела была на грани отчаяния. – Простите, конечно же, я удвою, нет… утрою сумму. Любые деньги.

     – Ты возишь с собой столько денег? – удивилась Диана.

     – Нет, конечно. У меня нет столько наличных. Но я могу выписать чек, – предложи-ла Анджела.

     – Ага, два чека! – захохотала Мария.

     – А что вас не устраивает? – пришел черед удивляться Анджеле

     – Все, хватит, – Диана, потеряв терпение, повела ее к машине.

     – Секундочку, – остановила ее на полпути Мария. – Может быть, она все-таки что-нибудь сделает для нас.

     – Все, что хотите, – с жаром отозвалась Анджела

     – В таком случае, я хочу, чтобы это наикрутейшая телепринцесса встала на колени и полизала мне письку, – заявила Мария.

     – Что? – оторопела Анджела.

     – Ты слышала, – ответила Мария. – И не строй тут целку. Уверенна, ты и раньше этим занималась.

     И она была права, на самом деле это был бы второй раз, когда Анджела занималась сексом с женщиной. В первый раз ей пришлось пойти на это, чтобы получить роль в ” Полиции Лос-Анджелеса”. Решающее слово принадлежало пятидесятидевятилетней Сильвии Толанд, исполнительному продюсеру. Она прямо заявила Анджеле, что роль нужно отработать в ее постели. При этом Сильвия добавила, что другая актриса, претендующая на эту роль, уже согласилась провести с ней уик-энд. Но продюсерше больше хотелось бы, чтобы это была Анджела. Немного подумав, Анджела согласи-лась.

     – Если я соглашусь, то вы отпустите меня? – спросила Анджела, отчаянно ища хоть какой-нибудь выход из создавшегося положения.

     – Конечно, – ответила Мария.

     – Само собой, – поддержала ее Диана.

     – Хорошо, я сделаю это, – тихо сказала Анджела. – Отпустите меня, а на это уик-энд приезжайте ко мне домой…

     – Не дури, – прервала Мария. – Мы тут тебе не свидание назначаем. Если согласна, то здесь и сейчас.

     – Сейчас…- повторила Анджела.

     – Именно, – сказала Мария. – Пока ты не воспользовалась своими дорогостоящими адвокатами. Конечно, некоторым дамочкам в камере ты явно придешься по вкусу.

     – Это точно. И наверняка окружной прокурор лично будет вести дело богатой гру-дастой крошки, – добавила Диана. – А еще пресса поднимет шумиху, и вообще. Так что выбор за тобой.

     – Хорошо, хорошо…Я согласна, – ответила Анджела, у которой мурашки поползли по спине,

     – Чудненько, – улыбнулась Мария.

     Мария запустила руку под блузку Анджеле, и, сжав левую грудь актрисы, несколько минут поиграла с соском. Затем она распахнула блузку целиком, открыв груди полностью и начала их тискать обеими руками.

     – Что я тебе говорила, – со смехом обратилась Мария к Диане, почувствовав под рукой что-то твердое. – Фальшивка!

     – Не хрена себя! – Диана протянула левую руку и тоже помяла буфера Анджелы. – В жизни бы не сказала.

     – Наверно стоят кучу бабок, – заметила Мария, не отрываясь от груди Анджелы. – Верно, сладенькая моя.

     – Да, – ответила Анджела, чувствуя, что, не смотря на смущение, начинает поти-хоньку заводиться.

     – Ты все еще хочешь ее? – спросила Диана Марию, прикидывая, вдруг чудеса пла-стической хирургии охладят напарницу.

     – Ой, блядь, как хочу! – ответила она. – Подумаешь, сиськи искусственные – ротик -то настоящий.

     – Может быть, наручники снимете? – попросила Анджела

Пескоструйная обработка в Тюмени Пескоструйная обработка в Тюмени Квартирные переезды Уфа