Проститутки Екатеринбурга

Без горячей воды (инфантилизм). Часть 15

     – Ты что себе позволяешь? – накинулась я на Сашу.

     – Пописал? – засмеялась Настя, – Сама виновата. Надо было как следует встряхнуть мальчишке писульку, когда подняла с горшка. И уж тем более перед тем, как укладывать к себе на колени.

     – Забыла, – растерянно улыбнулась я, не зная, что делать: сердиться или смеяться.

     – Мальчикам полагается встряхивать после горшка письку, – сказала Настя, – Знаешь, сколько у них внутри остается? Если нашему трехлетнему Максимке не встряхнуть, он потом ходит с таким здоровым мокрым пятном между ножек.

     – Конечно надо было встряхнуть, – согласилась я, – И постелить на колени клеенку перед тем как укладывать туда мальчишку.

     – Теперь уже поздно, – улыбнулась Настя, – Ничего, отстирается. .

     Я подумала, что вытерев Сашину попу мокрыми салфетками, не мешает помазать ее детским маслом, но после случившегося совсем не хотелось снова укладывать мальчишку на колени. К тому же мы и так пропустили из-за него минут пятнадцать сериала.

     – Чего ты от меня ждешь? – спросила я стоящего передо мной мальчишку, – Отойди. Не мешай смотреть телевизор.

     Заметив, как Саша косится на лежащие на диване колготки, я демонстративно их забрала.

     – И не собираюсь одевать тебе штанишки, – заявила я, – Походишь час с голой попой. В наказание за то, что побежал без разрешения в туалет.

     Саша обиженно скривился.

     – И чтобы никуда не уходил, – добавила я, – Садись на диван и смотри телевизор.

     Я потянула Сашу за руку, заставив его сесть рядом, и мы снова принялись смотреть сериал.

     Вторая серия была еще круче первой. “И почему они всегда обрывают на самом интересном месте” – с досадой подумала я, собираясь выключить телевизор, но вовремя вспомнила про “Спокойной ночи, малыши”. Я переключила канал и точно – на экране появились Хрюша с Филей.

     – Посмотришь “Спокойной ночи, малыши” и спать! – объявила я Саше.

     – Так рано? – недовольно удивился мальчишка.

     – Не знаю, когда тебя мама спать укладывает, – строго сказала я, – Но у меня сегодня отправишься в постель сразу после детской передачи. Как ты думаешь, почему она так называется? Потому что малышам, как ты, положено после нее ложиться в кроватку и спать.

     Саша недовольно хмыкнул и уткнулся в телевизор. “Обиделся за то, что назвала малышом” – с улыбкой подумала я.

     – Всё! – объявила я через двадцать минут, когда закончилась передача, – Детское время кончилось! Сейчас сделаю тебе постель и пойдешь спать.

     Попросив Надю с Сашей встать, я разложила диван и сходила к комоду за постельным бельем и Сашиной пижамой.

     – Не забыл, что надо сделать перед сном? – обратилась я к Саше, – Пописай в горшок, пока я занимаюсь твоей постелью.

     Я подвела мальчишку к стоящему посередине комнаты детскому горшку.

     – Давай снимем маечку, – улыбнулась я и стянула с Саши майку, оставив его совсем голышом, – Пописаешь и одену тебе пижаму. Что ты на меня так удивленно смотришь? Разве тебя мама не учила, что надо писать перед сном?

     – Опять покраснел, – улыбнулась Настя.

     – Кого ты, Саша, тут стесняешься? – насмешливо спросила я голенького мальчишку, – Как будто Настя не видела мальчиков голышом. У нее два маленьких племянника.

     Я подошла к дивану и занялась постелью, изредка оглядываясь на Сашу. Красный от смущения мальчишка продолжал стоять перед горшком, уставившись себе под ноги.

     – Сомневаюсь, что такой большой при нас пописает в горшок, – скептически заметила Настя, словно читая мои мысли.

     – Не одену пижаму, пока не пописаешь! – сообщила я Саше, – Будешь стоять перед горшком голышом, пока не сходишь по маленькому. Хоть всю ночь.

     Я подошла к мальчишке и присела рядом с ним на ковер. “Опять придется уговаривать, как малыша” – с улыбкой подумала я.

     – Мальчики, которые не писают перед сном, всегда просыпаются мокрыми, – ласково сказала я, приподняв Саше писюнчик, – Надо обязательно сходить по-маленькому перед тем, как ложиться спать. Ты же не хочешь ночью описаться.

     – Давай, Сашуля, – улыбнулась Настя, присоединившись к уговорам, – Хорошие мальчики ходят на горшок, а не в штанишки. Пописай и все от тебя отстанут.

     – Пись-пись-пись, – начала ласково приговаривать я, – Кто сейчас пописает в горшочек? Вот этот голенький мальчик?

     Мы с Настей безрезультатно уговаривали Сашу еще пару минут.

     – И что мне с ним сейчас делать? – вздохнула я, – Точно ночью описается. Так жалею, что не купила в Детском Мире подгузники.

     – Он у тебя в самом деле часто мочит постель? – обеспокоенно спросила Настя.

     – Еще как! – соврала я.

     Саша бросил на меня возмущенный взгляд и густо покраснел.

     – У нашего Максимки такая же проблема, – вздохнула Настя, – Постоянно просыпается мокрым. Ему видите-ли лень ночью вставать на горшок. Оксана сказала, что начнет вместо подгузника оборачивать Максимку между ножек обыкновенной марлей. Чтобы ему не было сухо и комфортно, как в памперсе, когда описается. А то мы его никогда от подгузников не отучим.

     – Может и мне обернуть Сашу между ног марлей, – задумалась я, вспомнив, что где-то видела большой кусок марли – вроде в комоде, когда рылась там в поисках Сашиной пижамы.

     Я подошла к комоду и, открыв верхний ящик, быстро нашла марлю. Она лежала в уголке, за стопкой постельного белья. “Такие забавные простынки в горошек – улыбнулась я, – Совсем как детские пеленки” Сразу вспомнился недавний спор с Настей о пеленании.

     – Восьмилетний ребенок запросто в эту простынку поместится, – задумчиво сказала я, развернув простынь.

     – Хочешь запеленать, как грудного? – засмеялась Настя.

     – Ага, – с улыбкой кивнула я, – Мальчишка будет так прикольно в пеленках смотреться.

     – Ты хоть знаешь, как правильно пеленать ребенка? – ироничным тоном поинтересовалась Настя.

     – Неа, – мотнула головой я, – Как раз хотела попросить, чтоб ты меня научила. У тебя в этом деле больше опыта.

     – С тобой, Олька, не соскучишься, – улыбнулась Настя, – Ну что ж, давай попробуем запеленать твоего мальчишку.

     Настя взяла у меня марлю и простыни.

     – Наверное лучше пеленать на диване, – неуверенно сказала она, оглянувшись по сторонам.

     – Ага, на диване, – кивнула я.

     – Тогда надо расстелить там эти простынки, – сказала Настя, подойдя к дивану, – Одну поверх другой. Вот так. А теперь сложим из марли треугольный подгузник.

     Заправски сложив из марли большой треугольник, Настя положила его на расстеленные на диване простыни.

     – Саша! – позвала я мальчишку, – Иди сюда!

     Голенький мальчик с опаской подошел к дивану.

     – Ложись! – скомандовала я.

     – Вот сюда, попой на подгузник, – улыбнулась Настя, показав Саше, куда ложиться.

     – Не слышал, что тебе сказали? – повысила голос я, толкнув мальчишку на диван, – Сейчас чья-то голая попа так получит!

     Саша неохотно лег на спину, уставившись на меня испуганными глазами. “Точно, как грудной малыш перед пеленанием” – с улыбкой подумала я, любуясь на голенького мальчишку. Вспомнив о Сашиной соске, я сходила за ней к журнальному столику и молча сунула пустышку Саше в рот.

     – Какой ляля! – умилительно улыбнулась Настя.

     – Не можешь на мальчишку налюбоваться? – усмехнулась я, – Как будто в первый раз видишь малыша с соской во рту.

     – Если восьмилетнего можно назвать “малышом”… – засмеялась Настя.

     Саша выплюнул соску, явно собираясь громко протестовать, но я быстро вернула пустышку ему в рот.

     – Это еще что такое? – строгим голосом обратилась я к мальчишке, – Только попробуй еще раз выплюнуть соску! Хочешь, чтобы я сейчас перевернула тебя на живот и отлупила по попе?

     – Откуда у тебя эта соска? – поинтересовалась Настя.

     – В “Детском мире” купила, – ответила я.

     Я принесла большую сумку, с которой мы ходили к Настиной двоюродной сестре.

     – У нас есть еще одна соска, – сказала я, вытащив я из сумки вторую пустышку, – А вот это Сашина бутылочка для молока.

     Я принялась выкладывать из сумки на диван детские принадлежности.