Как это было секс с сестрой

Моей сестре девять лет. О, скажете вы, опять очередная фантастика на тему оргии с малолеткой. Оргий не обещаю, фантазий тоже. Но, посмотрим.
Ксюха с детства была шебутной, вешалась на меня, папу, мою жену, вообще на всех. Она обожала активные игры (руки из штанов вынимаем, до секса пока далеко), много бегала, прыгала, любила когда её тормошили всякими способами.

Я уже в её шесть заметил, что Ксюша не лишена некоторой мазохистской наклонности, а как иначе это назвать? Она постоянно шалила и когда получала за свои проделки ремешка, продолжала озорничать. Как-то раз, для проверки, после её очередной проделки, я выдал ей пару шлепков по попе, так эта егоза надулась, но минут через… да ладно, сразу полезла задираться, напрашиваясь на повтор.
Кстати, мне самому двадцать пять, у меня сын растёт, а Ксюха поздний ребёнок батьки и воспитывает он её один, так получилось. Это так, уточнение.
В принципе оно и продолжалось подобным образом довольно долго – бывали мы в гостях у отца частенько, когда было на кого моего обормота оставить. Ксюха буквально требовала, чтобы ей уделялось максимум внимания, нарывалась на выкручивание рук, шлепки, сама отвечала тем же, в общем развлекались.
Школа её несколько успокоила, но во втором классе малая приобрела забавную привычку залазить мне на коленки и рассказывать о своих делах.
Чего я только не наслушался, кажется, что это у неё более полноценная жизнь, чем моя. Хотя наверное да, работа-дом, работа-дом, это мой основной ритм теперь.
Летом отец улетел в командировку, я был свободен и вызвался вместо бабушек последить за этим ангелочком. Вот тут то всё и произошло.
Поймите правильно, невинные (спорно, согласен) прикосновения, сидение на коленках (она чувствовала, что у меня встал, но не придавала значения) и так далее, – это одно. Это может сойти за детские развлечения и… это лишь оправдания перед самим собой за каждый маленький шажок к запретному. Взять девочку на руки и первый раз, случайно, прикоснуться к ее попе. Шлёпнуть во время игры. Посадить на коленки и так часа два смотреть мультики, поглаживая нежное обнажённое бёдрышко и половинку попки. А что потом?
Ну так вот. На второй день нашего сидения дома, а в первый мы посетили, наверное, все игровые центры города и устали как набегавшиеся котята. Так мелкая ещё и подружек взяла с собой в количестве трёх штук, но мне с моим доходом на это в общем то плевать. Многодетный папа с выводком на выходе, ха ха, ну и видок у нас был.
Что-то я отвлёкся. Так вот, я проснулся пораньше и решил сделать то, что давно обещал – прокачать iPad сестры. Программы поменять, фильмы и музыку закинуть и т. д.
Каково было удивление, когда в планшете обнаружилась почти гигабайтная подборка фотоприколов на весьма пикантную тему. Ну, само собой, с сиськами, письками и подписями к ним. О как. Стирать я ничего не стал, только докинул контента и пошёл будить “ребёночка”.
Но она уже поднялась и потягиваясь, вся сонная и неловкая, в одной полупрозрачной ночнушке (где она такую только взяла) выползла из детской, увидела, чем я занимаюсь, взвизгнула от радости и взгромоздившись на колени, уткнулась в экран.
Там, кстати, молодой мачо засовывал член в рот очередной красавице с выпученными глазами. Надпись гласила “Орал-Б, теперь новый вкус”.
– И что это такое, – строго спросил я, сам внутренне лопаясь от смеха.
Думаете она смутилась? Не уверен, что детки в современной школе это умеют делать.
– Ой, а что такого? У всех есть, сам мне демотиваторы поставил. И у тебя в телефоне ещё не такое есть.
Ну есть, и что, так я, собственно, и спросил. И вообще, она про это откуда знает.
– А ты пароль не ставишь.
– А по-попе?
– Ой, как страшно.
Поговорили называется. Но меня разобрало любопытство – а что может быть интересного в эротике и сиськах (их было большинство в коллекции) для девочки. То есть узри я там одни лишь письки, всё понятно, но так?
– Просто интересно, – она немного подождала, видно её что-то мучало, но спросить пока не решалась.
– Ладно, Ксюх, спрашивай, а то сейчас лопнешь.
– А зачем этим взрослые занимаются?
Вот не ждал, что придётся ей такое объяснять. С другой стороны, у нас всегда были самые доверительные отношения и девочка рассказывала именно мне обо всех своих переживаниях, как и я ей. И никто никогда про это не узнавал, наш характер, семейный.
– Ладно, пошли в комнату, но никому ни слова.
Мы сели на диван, она вытянулась, положив голову мне на коленки и вся обратилась в слух.
– Как я понял, что такое секс тебе рассказывать не нужно.
– Нужно.
– Нет уж, сначала не это. От секса между мужчиной и женщиной рождаются дети. Ты, я, папа с мамой, вообще все.
– Погоди, Влад, я это знаю, не маленькая, – как раз таки маленькая, просто времена малость поменялись, интернет опять же. – Я не понимаю, зачем? Секс, девять месяцев, ребёнок, но зачем тогда все про это только и думают. Мальчишки достали уже намёками.
– Мальчишкам вашим расти ещё и расти, так и передай, что письки коротки у них.
– Так и говорим, веришь?
Куда я денусь то.
– Ладно. Теперь ответь мне ты, а когда ты картинки свои смотришь, что необычного чувствуешь?
– Э.
Она задумалась, почесала макушку, затем перевернулась и села.
– Не знаю, как то тепло становится, странно, а потом мышцы ног болят, и… , – надо же, краснеть умеет. Но я знал, что она не сказала.
– А я знаю. У тебя трусики намокают.
Она сделала круглые глаза, точь-в-точь как в аниме.
– Но, как!
– Как узнал? Глупая, то, что для тебя секрет и тайна для меня пройденный этап. То, что ты чувствуешь называется возбуждение, а секс, это просто очень, очень приятно. Поэтому люди им занимаются. А дети сейчас уже стали побочным эффектом, главное секс.
Говорили мы довольно долго на эту тему. И щёчки у Ксеньки в итоге плавно стали пунцовыми, мило заалели, а дыхание стало неровным. Никогда бы не поверил, что второклашка может так возбудиться, но все признаки были налицо. Казалось, что она вспыхнет, стоит прикоснуться. Вот только я не смел этого сделать, сдерживаясь. Уже сам по себе этот разговор стал очередным шажком, а следующий становился прямым путём в пропасть. Но кого я обманываю. Ни она ни я не остановились бы уже, даже случись землетрясение. Да и лучше я расскажу, чем кто другой.
– А ты, когда возбуждаешься, ну, у тебя твоя писька вырастает, да?
– Член, лучше так называй. Да, именно так.
Она придвинулась, посмотрела на меня и села на коленки. Я был в футболке и шортах, так, что достоинство моё было прекрасно видно невооружённым взглядом и теперь на него ещё и сели.
Ксюха поёрзала, ей было неудобно. Тогда моя рука проникла в штаны и уложила возбуждённый орган поудобнее. Я ей богу чуть не кончил от одного этого касания.
Спала Ксения безо всего, голышом, ей натирало, видите ли. Поэтому я почувствовал тепло её кожи под ночнушкой, а сама она прижалось к моей груди и уставилась в окно.
Я осторожно взял пульт от телевизора и включил какой-то детский канал. Потом так же аккуратно раздвинул ножки девочки так, чтобы они свесились с обеих сторон моих ног и положил свою руку на её промежность.
Сестрёнка ничего не сказала на это, только замерла, как мышка и принялась смотреть сериал, делая вид, что всё происходящее её ничуть не касается.
Обман. Там, внизу, она была горячей, как печка. И влажной. Просто потрясающе – я такой реакции мало у кого из своих подружек наблюдал. Что же с ней дальше будет, с таким знойным темпераментом.
А моя рука принялась шалить. Средний пальчик медленно поглаживал мягкий бархат безволосых губок сестрёнки, руки которой обхватили мои бёдра и сжимали их так, что было немного больно.
Смазки выделялось столько, что пальчик начал проникать внутрь, покрываясь липким секретом, скользил между лепестками, ощущая каждую складочку. Вот я упёрся в девственную плеву, погладил её, а затем вернулся наружу, раздвинул нежный вход в её щёлочку и начал движениями туда-обратно натирать едва различимую пуговку клитора.
Малышка не имела никакого опыта. Она и реагировала на мои поползновения чисто инстинктивно… глубоко дышала, держала меня за руку одной своей, другую не знала куда деть и то гладила себя по обнажённому животику, то хваталась за меня. При этом она только и делала, что тихо шептала “Владя”, да так, что казалось, спиной ко мне сидит настоящая молодая женщина, а не девятилетняя школьница.
Итог манипуляций не заставил себя ждать – её тело напряглось, попка стала твёрдой, а киска ещё горячее, хоть и казалось, куда уж дальше.
Она тихо застонала, в первый раз получая удовольствие от любви, задрожала всем телом и через полминуты расслабилась, практически перестав реагировать на мои действия. Я ещё немного её погладил, успокаивая, затем попробовал встать, но Ксюха вцепилась как клещ и пришлось подняв её на руки, отнести в спальню отца, где мы вместе плюхнулись на большущую двухметровую кровать. Там сестрёнка перевернулась, легла сверху и замерла, отдыхая.
Моё состояние представляете? Но тут меня перекрыло и я решил показать любимой сестрёнке всё, что может сделать для удовлетворения женщины мужчина, естественно принимая во внимание возраст моей партнёрши.
Я аккуратно отцепил крохотные ладошки от себя и шепча успокоительные глупости перевернул Ксюху, по пути лишив её ночной сорочки, от которой она избавилась сразу, представ передо мной во всей прелести прекрасно сложенного юного тела. О, да! Она была настоящей красавицей – высокая, русоволосая, с большими синими глазами и выразительным милым личиком. Да ещё и по интеллекту превосходила весь свой класс, свободно говорила по-английски (курсы с четырёх лет и клуб) . Жаль мне её мальчиков в будущем, да ещё я сейчас планку подниму.
В итоге Ксюха оказалась подо мной, а я принялся её целовать. Поначалу она лишь подставляла лицо, но когда я коснулся губ, принялась копировать все мои действия, при этом делала она это сама безо всякой подсказки.
Я облизал её губки язычком – тут же что-то лёгкое и мягкое прошлось по моим. Я проник в её ротик, она сразу же делала то же самое. Так мы с упоением игрались с четверть часа, сестричка принялась фантазировать и в итоге мы еле оторвались от этого занятия. Я оторвался, если быть точным.
– Сейчас лежи и ничего не делай, – сказал я и послушная, как никогда, девочка расслабилась, закинув руки за подушку.
Я тем временем коснулся её шеи, пощекотал ушко, перешёл на грудку, которая были абсолютно плоской, но сосочки как два холмика уже топорщились вверх, как бы говоря мне – мы готовы ко всему. Просто прелесть.
Я не удержался и несколько минут посасывал и облизывал их, добившись того, что и так прерывистое дыхание сестрёнки стало хриплым, а сама она положила руки на мою шею и чуть прижала к себе.
Постепенно я перешёл на плоский животик, щекоча пупок и продвигаясь вниз. Киска у Ксюшки была чистой, пахла фиалками и чем-то неуловимым, незаметно-манящим.Я провёл по тёплой коже языком раз, второй и весь отдался процессу, стараясь как никогда в жизни до этого быть нежным.
Понравилось обоим. Сестричка так вообще уплыла далеко-далеко, кончая раз за разом, выгибая спинку и что-то шепча. Потом она начала стонать и в конце чуть ли не кричала в голос, переживая бурю эмоций и совершенно сказочных ощущений.

 

* * *

 

Очень редко встречаются так быстро заводящиеся и страстные женщины, взрослые я имею в виду. А тут девятилетняя Ксюша испытывала оргазм раз за разом и в конце-концов потеряла сознание, разметав длинные волосы по всей подушке и наконец-то расслабившись.
Ух. Я облизнулся, наслаждаясь вкусом. Давно со мной такого не было. Мне даже захотелось отправиться в туалет и заняться рукоблудием, как мальчишке, но я эту мысль удавил – нефиг.
Глянул на часы – ничего себе, сорок минут развлекались, как бы с малой чего нехорошего не случилось.
Я приблизил лицо к расслабленному рту Ксюхи. Дышит ровно и умиротворённо, спит. Ну и хорошо, пойду ка я слопаю чего-нить, а то с этими упражнениями ни поесть ни попить не успел.
Ксюха вплыла в кухню, как королева. Никогда её в таком состоянии не видал, она обычно везде влетала, врывалась и наводила своим появлением шуму больше, чем взвод солдат. А тут плавные движения, лёгкая улыбка.
– Владя, я тебя люблю, – она подошла и прижалась, дыша мне в пупок.
Я погладил мягкий пушок волос на голове, спутанных после нашего безумства. Глажу и ощущаю, что до ужаса её хочу, просто аж мысли рубит. Эх зря я в туалет не сходил.
– Братик, а скажи мне, – её глаза светились, – а вы, ну, мужчины, у вас так же?
Я чуть не застонал сам от такого вопроса и все барьеры начали рушиться.
– Нет, но нам тоже приятно, пусть по-другому.
Она прищурилась, склонив голову, закусила губу остреньким клычком. А потом взяла меня за руку и молча потащила обратно в спальню. Думаете я сопротивлялся, нет уж.
– Что мне делать, – спросила она, когда мы уселись на кровать друг перед другом.
– Ксюш, может не надо, – неуверенно произнёс я. – До этого просто невинные шалости были, но с мужчиной так не пройдёт.
– Нет, – упрямо махнула гривой она, – хочу сделать тебе так же хорошо.
– Хорошо, снимай.
– Что? – Не поняла она, но потом дошло.
От футболки я давно избавился, теперь настала очередь шортов, под которыми кроме меня ничего и не было. Я встал перед кроватью, вплотную к сидящей на матрасе Ксюше. Она протянула руки и начала стягивать с меня последнюю преграду. Чтобы член не запутался я просунул руку под резинку и поправил его, затем шорты упали вниз и сдвинув ладонь вбок я предстал перед сестрёнкой во всей красе.
Ничего сверхъестественного. Сантиметров пятнадцать, средней толщины, но ведь тут не размер важен. Думаете все женщины только и мечтают, чтобы им всё порвали толстенным хуем, а потом по больницам бегать полгода? Как бы не так. Вот умение не кончать подолгу они реально ценят. А размер… это на любительниц.
Но для маленькой девочки моё достоинство наверняка показалось гигантским. Конечно, на экране малюсенького устройства всё совсем по-другому выглядит.
Она во все глаза уставилась на меня, казалось, позабыв о причине своего передо мной появления. Потом произнесла.
– Подсказывай мне, ладно? – Она несмело дотронулась ладошкой до члена, смотря мне прямо в глаза, а я буквально утонул в их синеве.
– Чуть сожми его, оттяни кожицу, да так, – начал я объяснения, – теперь води вперёд-назад, не разжимай руку, но не сильно дави. Молодец.
Она как прилежная ученица делала всё как надо. Чудо, но я пока сдерживался. И тут она открыла рот и головка оказалась внутри.
Я сразу же вывернулся. Понятно, что Ксюха по незнанию задела чувствительную часть зубками. Картинки в интернете – это же не по-настоящему, так не научишься.
Я терпеливо объяснил сестричке ошибку, после чего та как могла широко открыла рот и головка проскользнула внутрь вместе с половиной ствола.
Само понимание того, где мой орган сейчас находится вогнало меня в водоворот переживаний, испытываемых разве что когда лишаешься девственности со своей первой, более опытной партнёршей. Я кайфовал, а Ксюха, умница моя, она очень медленно, вдыхая мой запах носом, водила губками по члену, положив руку на основание ствола и лаская яички левой ладошкой. Делал она это неописуемо мягко, как будто читая мои мысли – идеально просто.
Я начал рассказывать как делать минет правильно, как облизывать ствол и сжимать колечко губ, хотя последнее не было уж сильно нужно – они и так растянулись не рассчитанные на такой размер.
Она всё повторяла, абсолютно всё, что я ей говорил и делала это с такой любовью, что даже от жены подобного я никогда не мог добиться. Хотя моя Вика тоже очень любит меня и старается мне доставить радость. Но каждому взрослому партнёру мешает что-то – мысль, инстинктивный запет, да что угодно быть искренним и отдаваться кому-то не думая вообще ни о чём, кроме любви.
Ксюша же завелась не на шутку. Она сосала мой член, старательно заглатывая его до самой гортани, после того, как я сказал, что так приятнее всего. Она старалась даже протолкнуть головку в горлышко, как когда-то резиновую кишку зонда, ей тогда желудок обследовали. Но в больнице она плакала и вырывалась, сейчас же самозабвенно, не обращая внимания на неприятные ощущения насаживалась на меня. Слюна стекала по стволу, капая на ноги, маленькие горячие ладошки держались за меня, как за спасательный круг, губки покраснели, но она не сдавалась, вся отдавшись процессу.
Конечно же я долго не выдержал. Даже говорить ей не стал ничего, только притянул её голову к себе, не давая инстинктивно вырваться, прижал как можно крепче, чувствуя, как головка расширяет горло малолетней сестры, и замер, начав спускать сперму прямо в полурастянутое горло Ксюши.
Раз, головка сократилась, я застонал, дёрнувшись; два, и первая струя ударила в пищевод, закупорвая его вместе с дыхательным проходом, одновременно служа отличной смазкой; три, четыре, как ожидалось Ксюха дернулась, но я только прижал крепче, да так, что головка на моменте сжатия таки проскользнула глубже, расширив шею девочки и продолжила стрелять прямо той в желудок.
Я никогда так не кончал. Сестра же не вырывалась, что удивительно. После первого, естественного порыва отпрянуть, она дала мне сделать с собой что требовалось, утробно кашляя, но с самозабвенным упорством борясь с собой и прижимаясь ко мне всем телом. Она даже обхватила меня за спину.
Но спермы было так много, что она пошла горлом, попала в дыхательные пути и Ксюха зашлась кашлем, выплескав через нос половину моего смени (рот-то закрыт был) . Я кое-как справился с собой и посреди оргазма выскользнул из уютной глубины ротика, схватил член в кулак и залил глаза, волосы и всё лицо сестры, уже испачканное моей страстью, белыми струями.
Счастье, что малую не вырвало, но кашель не проходил наверное с минуту, забрызгивая пол и меня плодами нашей страсти.
Когда приступ закончился и Ксюха подняла на меня глаза, я поклялся в следующий раз запечатлеть это на видео. Такого я не видел никогда.
Всё залитое капающей с подбородка спермой и слюнями детское личико пылало, как флаг. Волосы слиплись, один глаз залеплен так, что она его и открыть то не может. Из широко, как на приёме у стоматолога, открытого рта вырывается хриплое дыхание, внутри видны капли семени, губы покрыты бежевой плёнкой, а остатки сестрёнка выталкивает из себя языком.
А в глазах, в них огонь и страсть. Они сияют от осознания достигнутой цели и ничего больше эту сумасшедшую не волнует. Видя это, я вновь тыкаю сочащимся спермой орудием в её нежный ротик и припухшие тёплые губки смыкаются на посиневшей головке.
– Высоси и проглоти всё, это полезно, – только и говорю я, а она понимает всё буквально, втягивает щёки и с силой пылесоса выжимает из меня всё. Затем отрывается от новой игрушки, когда я своими пальцами собираю сперму с нас обоих, периодически давая ей облизать.
Ксюха уже проглотила три глотка коктейля семени и собственной слюны, но жадно раскрывает ротик не проявляя ни признака брезгливости. Она с видимым удовольствием слизывает с меня отдельные капельки и втягивает в рот мой член, обессиленно начавший падать.
Ноги меня не держат, я ложусь на кровать, эта егоза не отпуская липкий ствол садится мне в ноги и обхватывает головку вновь.
Хуй падал буквально вот, но под таким воздействием он наливается кровью вновь, Ксюха смотрит на это с восторгом, она такого ещё не видела. Зрелище ей пришлось явно по-нраву и актёр ощутил всю благодарность маленького зрителя, вновь очутившись у той в сладком плену.
На этот раз она делала минет не спеша, явно запоминая процесс, пока я рассказывал, что только что произошло. Она узнала, что сперму нужно глотать, желательно делая это показательно, на виду у мужчины. Горлышко у неё болело после яростного моего в него проникновения и я не рисковал ещё раз повторить это сразу же, зато показал, как нужно обхватывать ствол ручками и что можно нафантазировать в такой момент. Как это было секс с сестрой.
А она расстаралась, облизывая всеми способами мой оран, целуя его, не забывая пройтись по каждой складочке. Она обслюнявила каждый миллиметр, выпустив длинную ниточку слюны и размазав её ровным слоем по яйцам, ни в малейшей степени не обращая внимания на волосы, лезущие в рот.
Во второй раз Ксюха не проронила ни капли, хоть рот её и наполнился до краёв, а розовые щёчки раздулись, как у хомячка. Она покатала сперму во рту, пробуя на вкус, выпустила её на волю, образовав целое озеро мутной белесой жидкости в ямке солнечного сплетения, после чего с хлюпанием всосало всё в рот и проглотила за два раза.
Её смешная перепачканная мордашка так и манила к себе, я не удержался и размазал по ней остатки спермы, которой вполне хватило чтобы на коже образовалась блестящая маска. А что, омолаживающие крема производят как раз из бычьей спермы, так чем я хуже.
Ксюха, узнав про это, так обрадовалась, что не стирала “косметику” полдня, щеголяя засохшими пятнышками, но потом всё же умылась, чисто из соображений эстетики – вид отслаивающейся спермы ей не понравился. Зато к обеду заставила меня кончить себе на лицо, плотно прикрыв при этом губы и закрыв глаза, затем все руками размазала по лбу, носу и щекам (даже на шейку хватило) . И при этом ни капли стеснения – проделала всё так же легко и запросто, будто стакан кефира выпила.
А пока она блаженствовала от свежей маски, вдыхая её запах, я доставил ей ещё час радости, лаская маленькую киску языком, даже засунул мокрый от смазки средний пальчик к сестрёнке в попу, что она восприняла спокойно.
Главное ведь что – сделать это вовремя. Никакие болевые ощущения не чувствуются во время оргазма. Да и боль, как ни странно, действительно доставляла некоторое удовольствие Ксюшке. Потому замерев по-первости, ощущая проникновение в себя моего пальчика, через несколько секунд она вновь забилась в оргазме, который в сестрёнкином сознании прочно начал ассоциироваться с пальчиком в заднем проходе.
Потом она с удовольствием насаживалась попкой на проникающий вглубь тела предмет, мне казалось, что она ещё больше кайфа от этого ловит.
Мышцы её сфинктера постепенно привыкли к такому воздействию, и внутрь скользнул уже большой палец, а следом и два сразу. На большее я пока не решился, тем более, страсть схлынула, теперь нужно было расставить все точки над “и”, ведь дальнейшая наша жизнь, как вы понимаете, сильно изменилась с этого момента.

 

* * *

 

Мы с Ксюшкой сидим и мирно смотрим мультики.
Ничего себе начало, да? Особенно после первой части. Ладно, уточню, устроились мы в удобном широком кресле. Малая в это время сидит у меня на коленках и усиленно ёрзает, не отрываясь от экрана. Конечно, я б тоже ёрзал… Дело в том, что мой член, весь целиком, уютно устроился в попке этой девятилетней оторвы.
Как мы дошли до жизни такой, спросите, сейчас расскажу.
После того, первого раза, прошло уже две недели с небольшим. За это время мы больше не делали глупостей. Сестра была достаточно понятливой и терпеливой, чтобы вначале переварить все полученные ощущения, подумать, а затем уже продолжать. Да и горлышко заодно подживёт.
Короче, полная идиллия наблюдалась в наших отношениях и на прогулках выглядели мы как молодой папа с красавицей-дочкой, невинной и по-детски прелестной. Там уже и настоящий папа приехал из поездки, и жизнь вошла в своё обычное русло.
Вот только ни ей, ни мне не давало покоя произошедшее, а водоворот страсти, единожды поймав нас в свою карусель, выпускать из капкана был не намерен.
К концу второй недели у меня всё сыпалось из рук. Я несколько охладел к жене, которая уже беспокоиться начала. На работе переложил большую часть дел на замов. Короче, я хотел к Ксюхе.
Решившись позвонить ей в пятницу, я буквально был оглушён её верещанием. Поговорив с полчаса обо всём, она замолчала и сказала.
– Владя, приезжай, пожалуйста, я скучаю.
И снова тишина в трубке. Мне сразу стало жарко. Был час дня, она как раз со школы вернулась, дома не было никого – отец на работе до вечера. Я же сам себе хозяин, заместители на то и придуманы, чтоб работать, да и недалеко ехать.
– Ладно, через полчаса буду.
– Ура!!! Быстрее, быстрее, быстрее.
По пути заехав в магазин и набрав там всяких вкусностей, чтоб не с пустыми руками, я доехал до многоэтажки, где жил отец.
Выходя из машины, заметил, что меня изрядно потряхивает. Да что блин такое, я прошёл и огонь, и воду, а тут растаял, как школьник перед первым свиданием.
Малая с визгом кинулась мне на шею. От её прикосновений и тепла я сразу успокоился, а все проблемы с шипением уползли в тёмный углы.
Только успели разложить фрукты и шоколад на разнос, как меня утащили в большую комнату и усадили на диван. Эта кошка тут же прыгнула мне колени и принялась приставать. Я её немного потормошил, затем ещё немного…
В итоге уже через несколько минут она была лишена своей длиной футболки, под которой ничего не было (к встрече она подготовилась, ничего не скажешь) , и стонала, разметавшись по разложенному дивану, принимая даримую моим языком ласку.
По привычке я, как и в прошлый, раз начал массировать розовое колечко ануса пальчиком. Всё-таки женский организм – удивительный. Дырочка была плотной настолько, что смазанный кремом указательный палец еле вошёл внутрь. Но истекла буквально минута и его место спокойно занял большой собрат, а потом сразу два моих пальца принялись скользить внутри, не причиняя никаких видимый неудобств Ксюше. Та от такого с собой обращения наоборот застонала ещё громче, прижала мою голову горячими детскими ладошками к себе и забилась в очередном приступе оргазма. За ним последовал следующий.
Пока сестрёнка отдыхала от пережитого, с нею можно было делать что угодно. Дырочка попы настолько разработалась за полчаса активных ласк, что сложенные щепотью три пальчика входили внутрь безо всяких проблем. Смазку, кстати, я привёз с собой, предполагая подобное развитие событий.
Я перевернул лёгкое тельце, уложив его животом на диван и коленками на пол. Ксения, стоит отдать должное, сразу поняла, чего я хочу и отклячила попу так, что выставила мне на обозрение две натёртые красные дырочки. Просто прелесть.
Но член в попу не входил. Нет, он мог, но Ксюха от него ускользала, хихикая при этом. Я упорствовал.
Безрезультатно промучившись минуты три, я шлёпнул её по выставленной половинке попы. Сильно.
– Не вертись.
Надо же, прекратила на секунду, чего мне хватило. Устав бороться с малой, я так настропалился, что не стал вводить член постепенно, я сразу попытался впихнуть внутрь. Головка почувствовала слабое сопротивление, но под давлением моего веса смазанное и растянутое колечко сфинктера разошлось в стороны, пропустило головку и сомкнулось на стволе, который за секунду скользнул почти до основания, упёршись во что-то внутри.
Пятнадцать сантиметров члена в разработанную попку взрослой женщины – это ничто, большинство такого и не заметит. А вот на фоне едва сформировавшихся, узких мячиков девятилетней девочки это выглядит совсем по-другому. Даже не знаю, страшновато, как будто член больше попы, в которой находится.
Ксюха взвизгнула, дёрнулась, но было поздно. Поняв, что деваться некуда, она расслабилась, жмурясь и кусая губки, но лежала смирно, ощущая боль и полное заполнение источника вечных приключений.
– Владя, больно, – пропищала она.
– Терпи, сейчас пройдёт.
Я шептал её всякую чушь, отвлекая, а спустя некоторое время обезболивающий компонент крема подействовал, Ксюха перестала хныкать, а с любопытством протянула руку и ощупала, что там происходит.
– Ой, а как он туда вошёл? Я думала, ты мне в письку вставишь. А разве в попу можно? Ты про такое не говорил никогда.
– Маленькая ты ещё для письки, туда нельзя.
Хоть это она понимала, к счастью. Мы много говорили о сексе, я отвечал на несчётное число вопросов и охрип рассказывать. Но польза была явная. По крайней мере, в школе она теперь будет чётко понимать предпосылки поведения мальчиков по отношению к противоположному полу и в любом случае не наделает глупостей.
Мы перевернулись. Весила сестра тридцать пять кило – бараний вес – и я не вынимая из её попки хуй, спокойно поднял Ксюшку и уже вместе с нею сел в кресло, напротив телевизора. И вот мы оказались именно в том положении, что я описал в начале рассказа. Сидим.
Ладно, мультики-мультиками, но член, распирающий попу интереснее. Конечно, девочка начала на нём шевелиться. И зря. Когда просто сидишь не так больно.
Мелкая охнула и снова замерла, а я опустил руку и начал поглаживать, массировать её киску, отвлекая от неприятных ощущений. И сработало!
Девочка тотчас раздвинула ножки, что позволило члену ещё глубже проникнуть внутрь её тела, и расслабилась, вся отдавшись ласкам.
Сколько в Ксюхе страсти и сил. Десять минут и она уже начала постанывать не от боли, а от блаженства. Видя такое, я принялся делать поступательные движения бёдрами. Сестрёнка умница, всё сразу поняла, поджала ножки, прижав их пятками к моей попе и начала подниматься и опускаться по стволу, одновременно как можно сильнее натирая клитор моими пальцами, выпачканными в скользкой смазке.
Офанареть! Я ебал свою девятилетнюю сестру. По-настоящему, в анал. Все барьеры остались в прошлом, и мой раздувшийся до невозможного состояния детородный орган без сопротивления скользил в недрах девственного до недавнего времени молодого тела.
Движения всё убыстрялись. Ксюха стонала от страсти, а я никак не мог закончить, умом понимая, что ей может быть больно, что подобные упражнения стоит строго дозировать, но нахлынувшая пелена безумства не давала мне остановиться ни на миг. Да и не замечал я признаков боли у моей стонущей красавицы, просунувшей ладошку между прижатых к дивану ножек и уже привычно натиравшей письку.
Я сменил позу, развернул ребёночка к себе задом и уложив в кресло трахал на всю длину ствола, чудом помещавшегося внутри. Даже Вика, взрослая и испытавшая всё женщина, не позволяла так себя “жарить” в анальное отверстие.
И в этот момент зазвонил телефон.
Благо трубка под боком. Я чуть наклонился, не выходя, впрочем, из Ксюхи, понравилось мне в ней. Писец, батька звонит.
– Привет!
– Здорова, ты где?
– А… было время свободное, к тебе заехал, мелкую вредину проведать. Хочешь привет передать доче?
Доча ничего не имела против. Схватив у меня трубку, она защебетала про школьные дела, подружек, клуб и так далее. При этом лёжа на диване и тяжело дыша, поскольку я не нашёл ничего умнее, как капнуть на попку мелкой смазки и потихоньку продолжить развлечение.
В итоге пообещав, что прослежу за уроками Ксюхи и дав слово не беситься по всему дому, я прервал звонок и тут же с утроенной скоростью принялся драть сестрёнку. Та тоже находилась под впечатлением пикантной ситуации, словила оргазм и в пылу стала подмахивать мне со всей возможной скоростью.
Вспомнив своё желание, я включил камеру на аппарате и принялся снимать.
На экране крупным планом солидный хуище драл покрасневшую попу маленького ребёнка. Я вынул орган из ануса, который не закрылся, а так и остался расширенным, только подрагивал в такт ударам сердца, демонстрируя тёмную глубину. Я капнул смазки и снова ввёл головку внутрь, проделав это несколько раз, медленно и демонстративно.
Ксюха поняла, что её снимают, ничуть не обеспокоилась, а принялась вертеть попой и негромко, но явственно постанывать. Когда научилась только.
Вскоре закономерно пришёл оргазм. Едва почувствовав его наступление, я вышел из Ксюхи, развернул её лицом и приблизил головку к её лицу. Ствол был перепачкан сбитой в белую пену смазкой, но сестра даже не задумалась над этим.
Она всосала головку, вынула изо рта, облизала начисто уздечку, ствол и яички. Её покрасневшее личико было сосредоточенным и каким-то безумно решительным, что ли. На запечатлевавший всё это телефон она и не смотрела.
Вот ствол снова скрылся внутри, пушистая голова покачивалась вперёд-назад, заглатывая ствол, проталкивающий головку до самого горла, которое зажило и принимало в себя член. До настоящего глубокого минета ей ещё ой как далеко, но уже сейчас старания девятилетней сестры разительно и в лучшую сторону отличались от того, на что была способна жена.
В самый ответственный момент я перехватил левой рукой телефон, а сам начал надрачивать член правой, приблизив фиолетовую головку к самому рту девочки.
Меня сотрясли конвульсии, но первая, самая сильная струя вырвалась из ствола, попав точно на язык Ксюхе. Та только того и ждала, раскрыв ротик шире и высунув покрытый полоской спермы язык. Дальше последовал второй выстрел, третий залил нос и ноздри, начав стекать на жадно раскрытые губки, затем остатки залили щёки и подбородок, медленными потёками скользя и капая на голые коленки страстной любовницы.
Глаза сестры горели синим огнём, пальчики собирали сперму и отправляли в рот, заполненный наполовину белой густой жидкость. Кончик розовый язычка как утопающий плескался в этом озере семени, изредка облизывая тонкие перепачканные пальчики и красные губки, стараясь не упустить ни капли моей страсти.
Ксюха закрыла рот, покатала внутри сперму, затем всё проглотила. По горлу прошла волна, и изрядный глоток спермы очутился в желудке. Но этого было ей мало и, высунув очистившийся язык, Ксюша слизала острым кончиком с головки члена капельку, поймала её, чуть не упавшую вниз, в полёте, а затем плотно прижалась к шарику головки губами и высосала остатки семени из канала. После, умиротворённая, откинулась на спинку кресла и принялась размазывать остатки по всему лицу, превращая его в блестящую жемчужную маску.
Я ещё немного поснимал на телефон всё происходящее, выключив запись, когда секундомер отсчитал ровно семь минут. Ничего себе, поиграли. Семь минут – это только концовка, с начала наших утех прошло уже полтора часа. Это вам не подругу трахнуть за десять минут и телевизор снова смотреть.
Сестра отпала. Я взял её на руки и перенёс на диван, туда же передвинул столик с забытыми вкусностями и плюхнулся рядом. Нестерпимо хотелось спать.
Ксюха полежала несколько минут, а затем деятельная натура нашла новый интерес, занявший сознание малой полностью.
– Покажи! – начала она канючить, – покажи что наснимал, пожалуйста!
Что было делать? Пришлось вставать, ползти к ноуту и скидывать всё на мой iPad, который после этого был подключён к телевизору. Сорок семь дюймов FullHD. Представляете зрелище, учитывая, что в этом формате телефон и снимал.
Зрелище на экране завораживало реалистичностью. Растянутая попа, таранящий её мужской член, а затем ехидная морда, вся изгвазданная спермой, проглатывающая семя и давящаяся от жадности. Особенно удался последний эпизод с капелькой и высасыванием остатков из члена. На нём мой орган снова начал реагировать и я притянул к себе Ксюху, но та вывернулась.
– Братик, не надо, попа болит.
Точно, надо посмотреть что там.
А там было не всё хорошо. Благодаря гелю колечко хорошо растянулось, и нигде не было видно трещинок и крови. Прекрасно. Плохо то, что красно-синий цвет анального отверстия не оставлял сомнений в произошедшем с ним. А значит всякого рода нагрузки пока – табу.
Но я знал, что делать. В аптечке нашелся заживляющий крем от детских опрелостей, которым я и воспользовался. По опыту знаю – пройдёт за пару дней и следа не останется. Пока я смазывал пострадавшую дырочку сестрёнке, она хихикала, а потом мой член вновь оказался в глубине тёплого ротика родной сестры, которая полчаса без остановки сосала его, а в конце, распалившись, как и в первый раз насадилась на головку, проскользнувшую в самое горлышко. Но на сей раз член действительно проскользнул гортань, нос сестры упёрся в лобок, но она не закашлялась, а приняла весь заряд спермы глубоко внутри и только конвульсивные сокращения шейки, раздувшейся, как у проглотившей добычу змеи, позволяли судить о глубине происходящего.
После всего мы привели себя в порядок, полежали с часик, лениво ласкаясь, а потом я нашёл в себе силы отправиться на работу, погонять своих оболтусов. Вся хандра исчезла, как ни бывало, мир сиял всеми красками и казался чудесным весенним садом, а будущее обещало рай на Земле.

 

* * *

 

Прошло полгода после первого секса с Ксюхой, приближался Новый год. Много чего произошло в это время, но самое главное – я развёлся с женой, поскольку та не смогла смириться с моим полным к себе безразличием, и законно подозревая в измене.
Имущество мы не пилили, там и так всё моё до свадьбы было. Оставил квартиру сыну, назначив жену опекуном без права отчуждения. На том разбежались.
Себе я купил двушку где бы вы думали? А дверь в дверь с отцовской квартирой. И до работы пять минут и… батька – холостяк, я теперь тоже. Оба не дураки погулять. Мне вдвойне повезло – с наличием под боком одной мелкой оторвы. Короче – малина.
А Ксюша продолжала развиваться. На виду у всех по-прежнему вела себя как пай девочка, но наедине превращалась в настоящую весеннюю кошку. Признавалась, что дольше недели без секса не может, начинает на стенку лезть. И ласкает себя каждую ночь в кроватке.
Я ей посоветовал найти себе подружку для игр. В шутку сказал, мимолётом. И тотчас пожалел, увидев задумчиво-мечтательный взгляд на хитрой моське. Вот будет ещё проблема.
Попа за полгода видела многое. То есть видела только меня, зато часто. От постоянных упражнений колечко ануса стало более тёмным и покрылось сеточкой мелких морщинок. Сначала я об этом беспокоился, потом бросил – кто его смотреть то будет?
Почитав тематические сайты в интернете, я прикупил мелкой специальных кремов. Та косметику любила и пользоваться умела. Так что попка всегда была чистенькой, вкусно пахнущей и готовой ко всему. Хе хе.
Когда к батьку или ко мне приезжали друзья, а чаще подружки, так и норовившие прибрать к рукам обеспеченного человека, Ксюха автоматом отправлялась ко мне спать, а вечеринку закатывали у отца. Там же и девок драли, благо размеры апартаментов позволяли, пять комнат как-никак.
Ксюха, отдам ей должное, собственницей не была, не ревновала, зато подробно расспрашивала о результатах ночных развлечений. Сидя с моим малышом внутри попки.
Она мне даже помогла соблазнить одну очаровательную особу. Дело так было.
Как я уже сказал, мы живём одни, женщины в основном приходят на ночь, а убираться в доме кому-то надо. Самим лениво, а заставлять дочку всё делать отцу не позволяла совесть, и он нанял приходящую домработницу. Девочка мечтала об институте, не чуралась работы, да и жила где-то неподалёку.
Внешний вид она имела необычный. Лет семнадцати, невысокая, то есть совсем невысокая, зато стройная. Попка у этой нимфы имела размер на все сто, а грудь… четвёртый размер, крепкая, как две маленькие дынькиа (не мог удержаться как-то раз и потрогал) .
Но все мои ухаживания Вика, как её звали, отвергала. Мягко, уклончиво, без грубостей и оплеух. Она позволяла погладить себе попку, пока, нагнувшись, убирала полы. Позволялось помять налитую грудь, но дальше ни-ни. Ладно бы вообще никак, но это издевательство меня заводило, а василькового цвета глаза манили как магнит.
Сестра заметила мои страдания, молчала-молчала, а потом возьми и выложи.
– Что, Владя, не выходит каменный цветок?
– Неа, не выходит, – кряхтя выдавил я, как в анекдоте.
Отсмеялись.
– И поделом. Нечего к невинным девушкам приставать. Тем более мужчины её не интересуют.
Я только глазами захлопал.
– И откель такие познания?
– А отсель. Ну ладно, – опять этот хитрый взгляд, – а если помогу, возьмёшь меня в Европу? Ну пожааалуйста.
Выражение лица при этом у неё сделалось точно, как у кота за миску сметаны.
Ну да, я собрался в турне по Европе. С девушкой, правда, не решил пока с какой. Новым взглядом окинул малую. Умна.
Это ж надо так всё рассчитать. И мой интерес заметила к Вике, и в путешествие придумала как попасть. Стало интересно, как она всё провернёт. Оставалось решить один момент.
– А папа против не будет?
– Он только рад меня сплавить, чтобы со своей Риткой кувыркаться. А то я не знаю.
Новую пассию отца Ксюха на дух не переваривала.
– Ну ладно, действуй.
Думаете что утворила малая? Она Вику попросту соблазнила. И сняла всё на камеру, которых выпросила у меня аж три штуки, распихав по укромным местам.
Ах, какая актриса пропадает.
На кухне вроде как случайно (на деле мелкая ловко подставила сосуд под локоток) Вика толкает графин с морсом, который грохает об пол и обливает обеих девушек.
Писки, визги, причитания. Идея постирать бельё и помыться. Просьба потереть спинку, которая в процессе выгибается вместе с попкой и виляет из стороны в сторону. Выглядит настолько эротично, что сам возбудился, пока смотрел. Что уж можно сказать о несчастной Вике, пытающейся намылить ускользающие от неё девичьи прелести. Малая же задачи не облегчала – хихикала и кривлялась в процессе, типа бесилась.
То, что Вика попалась, стало ясно сразу, как намыленная ручка лишних пяток раз прошлась по ягодицам моей сестры. И между ними тоже. Как Вика выдержала такое.
Только моя неуёмная родственница без трусов выскочила к себе в комнату, как девушка со стоном села на унитаз, тут же вскочила, сняла с себя всё и снова села, закинув ноги на стиралку и начав себя ублажать. В таком виде и застала её Ксюха, вернувшаяся якобы потереть спинку Вике.
Та была на грани и стонала вовсю. Даже заметив девочку, не сразу остановилась, а когда поняла кто перед нею, быстро встала на ноги и повернулась к двери спиной.
– Тебя стучать не учили, – с хрипотцой спросила чуть живая Вика.
– Да я спинку потереть, а вы переодевались, да? – строит из себя дурочку наглая морда.
– А… да. Спинку потереть, хорошо, давай.
Процесс натирания спинки плавно перетёк в область киски, бритой и очень привлекательной. Ксюха такое впервые видела и на предложение помыть “там” тщательнее, минуты две гладила половые губки партнёрши, натирала их гелем, а когда начала смывать душем, то Вика не удержалась на ногах.
Ксюха типа испугалась, убрала душ и кинулась к девушке с возгласом: “Что с вами?!”. А у той крышу сорвало и уже ничего не чувствуя, кроме волны экстаза, Вика прижала к себе пискнувшую девочку и начала покрывать её поцелуями, шепча всякую чушь, а после, не отпуская, потащила девочку на кровать. Как по иронии на ту самую, где я показывал Ксюхе чудеса оральной любви.
Более опытная Вика мигом лишила Ксюху футболки, положила на спину и приникла к киске. Сначала сестра героически сопротивлялась, потом под натиском страстной партнёрши принялась ёрзать, а в конце мелко дрожала, закатив глазки и стараясь не стонать в голос.
Когда всё закончилось девушка ещё долго гладила тело расслабившейся Ксюшки, наслаждаясь им, потом сама легла на кровать и раздвинула ножки.
– А теперь ты.
– Но Вика, мне нельзя, я же девочка. Мне папа говорил, что так неправильно.
– Глупенькая, это с мальчиками нельзя, а с девочками вполне можно. От этого здоровья прибавляется и красоты. Давай, попробуй.
Ксюха, кто бы сомневался, поломалась, но дала себя уговорить. Она отлично всё умела и сделала бы, будь перед ней мужчина, но с девушкой… Её неопытность ввела в заблуждение Вику, которая долго всё объясняла, а когда Ксения научилась, прижала пушистую головку к себе и кричала, ловя оргазмы.
В конце вся моя сестра была перепачкана женскими выделениями, которые хмурясь язычком слизывала с мордашки, а Вика лежала без движения почти полчаса…
– Ну как? – поинтересовалась сестра на другой день, показав запись.
Ясно чем дело кончилось? Я схватил засранку за волосы и насадил на член, тут же со свистом прошедший до самых гланд и начал фактически ебать себя безвольно мотавшейся головой. Мы так развлекались, а Ксюхе нравилась некоторая грубость.
– Эй, сто раз говорила не делай так резко! – возмутилась мелкая через минуту, когда была отпущена, но успела только произнести эту короткую фразу и вздохнуть поглубже.
На втором заходе я не выдержал и кончил прямо в горлышко сестры, поперхнувшейся (к такому не привыкнешь за полгода) , но всё проглотившей. Потом она облизнулась и легла мне на колени, отдыхая.
– Помни, что обещал, – прерывисто произнесла она.
Дальнейшее прошло без сучка, без задоринки. Через три дня Вика пришла убираться снова. На этот раз к моим ухаживаниям девушка относилась более отчуждённо, словно чувствуя за собой некоторую вину. Но когда она увидела на экране себя, прижимающую Ксюхину голову к промежности, то выронила тряпочку и онемела.
– Не надо, – тихо произнесла она.
– Что не надо? Это вообще надо было додуматься – девятилетнего ребёнка в койку затащить и насиловать.
– Но она…
– Что она? Ты это кому хочешь объяснить? Мне или полиции?
– Не надо.
Вот её заклинило. Щёки горят, глаза в пол, одетая в фартучек – ну просто образец напортачившей служанки. Я начал возбуждаться.
– Раздевайся.
– Я…
– Я не расслышал, – строго прикрикнул я.
Снимает с себя фартук, затем начинает стягивать платье через голову. Руки дрожат и получается не с первого раза. Под платьем обнаруживаются стринги и симпатичный розовый лиф. Стринги отчего-то не в тон, но да ладно, мне не до эстетики.
– Продолжай.
Странно, но сначала она не грудь освободила, а сняла трусики, открыв взору розовую, чуть покрасневшую половую щёлку. Уже потом Вика что-то сделала с застёжкой и спелые дыньки четвёртого размера колыхнулись вниз-вверх.
А знаете, я как-то ожидал, что без поддержки такая красота может обвиснуть, но не тут то было. Грудки розовыми глазками сосков топорщились точно вперёд.
Я подошёл к застывшей посреди комнаты Вике, которая и не думала закрываться руками. При этом смотреть на меня она не решалась, изучая узор на ковре.
Странное чувство. Эта милая стесняшка мне нравилась, она возбуждала до безумия и полностью соответствовала образу идеальной женщины в моём понимании – миниатюрной и с большой грудью. Но её неуступчивость…
И вот теперь полностью покорная, но нисколько не желающая быть моей девушка стоит обнажённая посреди комнаты. А я не решаюсь что-то сделать, чтобы её не обидеть.
Я погладил упругую грудь, взял в руку. Она полностью уместилась в ладони, давя приятной тяжестью, как будто специально была создана именно для этой ладони. Пощекотал сосок, отреагировавший на ласку помимо воли хозяйки и вытянувшийся вперёд как оловянный солдатик. Вика всхлипнула.
Ну вот, только рыданий мне не хватало. Я подхватил лёгкое тельце на руки и посадил на диван. А та уже плакала, обхватив меня руками и уткнувшись в начинавшую намокать футболку. Женщины, блин.
Выплакавшись, она, икая и всхлипывая, рассказала, что ещё в школе влюбилась в парня, с которым познакомилась на дискотеке. После бокала шампанского отправилась к тому домой, чем только думала, в четырнадцать то лет.
Ну а дальше понятно. Хорошо ещё молодой дибил догадался воспользоваться презервативом. В итоге, после уговоров, поцелуев и взаимных ласк он лишил Вику девственности, а затем с полчаса трахал, несмотря на сильнейшую боль, раздиравшую партнёршу. Но мало того, он вышел перед самым концом, снял окровавленный презерватив с члена и кончил прямо в лицо ошалевшей от боли девушке. Та потеряла сознание.
Очнулась она уже одетой, в такси, которое отвезло незадачливую малолетку домой. И адреса даже не помнила.
С тех самых пор от мужчин её просто тошнило, хотя пробовала много раз, зато с девушками она умела находить прямой контакт, через раз кончавшийся постелью.
Оказывается, я ей нравлюсь, иначе давно бы перестала приходить к нам, после откровенных приставаний. Но перебороть себя она так и не смогла.
Тяжёлый случай. Ничего, это лечится.
– Но ты же понимаешь, что сейчас у тебя выбора нет?
Она только опустила взгляд и снова застыла без движения. А я понял, что не смогу цинично и безответно воспользоваться ситуацией. Просто перестану уважать себя после такого. Но ничего не сделать я не мог.
Я прогнал Вику на кресло, где она свернулась калачиком и уткнулась подбородком в голые коленки. Киска в такой позе чуть приоткрылась и блестя в солнечном свете манила к себе, в тёплую глубину.
Я развернул диван, превратив его в широкую кровать. Застелил чистую простыню, бросил пару подушек и скомандовал.
– Ложись.
Та покорно легла солдатиком, я же присел сбоку и попросил.
– Закрой глаза и представь, что я – это Ксюшка.
Кивнула. Вот и хорошо.
Миниатюрные ножки, не длинные, но по-женски привлекательные, раздвинулись в стороны и я впервые вдыхаю новый, незнакомый аромат. А ничего. У некоторых женщин он может быть даже неприятен, но Викина киска пахла ландышами и травой.
Сначала та напрягалась, но постепенно поняла, что и как я могу делать, расслабилась до такой степени, что не отреагировала на пальчик, вставленный в свою очаровательную попку.
Но как только я попробовал так же войти во влагалище, девушка вздыбилась и чуть вскрикнула.
Тогда я приложил все усилия, чтобы довести Вику до оргазма, который последовал буквально сразу, и в то время, пока тело девушки содрогалось от приступа страсти, притянул её к себе и резко насадил на свой член, вошедший во влагалище без всяких препятствий.
Так я и знал! Все проблемы девушки были в голове. Она поначалу ничего не почувствовала, расслабившись и отдавшись удовольствию, а когда поняла, я уже был в ней на всю длину, обхватил задёргавшееся и начавшее конвульсивно биться тело руками и прижал к себе.
– Ну всё, всё, не трепыхайся. Расслабься ты. Все твои боли от психологической травмы, просто посмотри в себя, почувствуй, что боли никакой нет.
Она упорно сопротивлялась, да только куда ей с неполными метр шестьдесят и сорока пятью кило против меня. Устала, утомилась и… обмякла подо мной, зажмурившись и молотя мне спину ладошками.
Лежим долго, не знаю сколько. Я начинаю шевелиться, она тут же вздрагивает. Как только дрожь проходит, снова делаю поступательное движение тазом.
Такого секса у меня ещё не было. И телефон уже звонил не раз, и в дверь стучали (Ксюха, не иначе) , а мы всё медленно и аккуратно приближались к вершине. К счастью терпения мне хватило,
Вика растаяла, поскольку одно дело – чей-то шкодливый язычок, но совсем другое мужской, природой созданный для этой цели орган. Я медленно поднимался и опускался в девушку, а та лежала и не шевелилась, но и попыток вырваться уже не предпринимала.
Попробовал поменять позу, встав на колени и пропустив одну ножку партнёрши между двумя своими. Проникновение стало глубже, соски девушки затвердели, а ручки, до того безучастные начали гладить моё бедро – робко и осторожно.
Каждое движение, каждый отклик, каждый стон всё больше раскрепощали эту миниатюрную красавицу. Через несколько минут раздался вскрик, а потом, потом наступил её первый настоящий оргазм с мужчиной.
Она извивалась и стонала, крича от радости. И смеялась от счастья. Когда я понял, что на подходе, то спросил.
– Возьмёшь в ротик, я сейчас кончу.
Ошалевшая от новизны ощущений и отсутствия боли, Вика полностью доверилась мне и с готовностью распахнула губки, куда я еле успел донести вынутый из влагалища член.
Три дня воздержания дали о себе знать. Струйка за струйкой наполняли рот моей красотки, пачкая её лоб, нос, щёки, когда я промахивался. Но перепачканное личико только блаженно улыбалась.
Когда всё закончилось, и я выдавил остатки на розовый язычок, ротик закрылся, а выражение лица Вики стало задумчивым – она пробовала новый вкус, катая семя во рту, точь-в-точь как Ксюха. Потом посмотрела на меня и без слов поняла, что нужно сделать.

 

Пересилив себя, она сжала губки, подготовилась, последовало громкое “глык” а по горлышку прошла волна, означавшая, что вся сперма только что отправилась в последний путь по пищеводу. Не рассчитав сил, девушка поспешила проглотить всё за один глоток и закашлялась, после чего виновато улыбнулась, порывисто поднялась и прижалась ко мне, доверчиво уткнувшись носом грудь. Ага. И схватив доставивший ей столько удовольствия орган цепкой ручкой, чуть не забыл сказать.
Так я обзавёлся новой любовницей, ставшей постепенно гораздо больше, чем приходящей домработницей. А ещё она отлично спелась с сестрёнкой, став той ближайшей подругой. Тем более девочке так не хватало умудренной опытом женщины рядом. Ну а то, что обе практически не вылезали из постели, занимаясь сексом часами, так одно другому не мешало ничуть.

 

* * *

 

Ох женщины. Жить с ними – сойти с ума, а без них вообще никак.
С недавних пор моим полным вниманием завладели две гиперактивные дамы. Одна – осьмнадцати лет от роду, бывшая лесбиянка, метр с кепкой при четвёртом номере сисек, приходящая домработница (тоже бывшая) и студентка факультета естествознания в настоящем, Виктория. Вторая – того же росту, моя родная сестра, девяти лет, Ксения. И тоже любовница, по совместительству лесбиянка и лучшая подруга Вики… по постели. Писец, да, какие третьеклашки нынче пошли.
Ах да, за стеной папа дерёт очередную пассию. Ну а я за этой же стеной, но уже в своей квартире примерно то же самое разик проделал с вышеназванными особами, которые сейчас сосутся друг с дружкой в позе 69 (благо рост позволяет) и останавливаться на достигнутом точно не собираются, даже после получаса орального секса.
Как они себе языки не стирают? Мне через пятнадцать минут судорогой сводит, хотя о чём это я? У женщины язык – главное оружие и основной орган выживания в этом мире. Нет, ну какое зрелище!
О! Опять встал! Ну я сейчас ближайшей попке покажу ректальный метод лечения хитрой морды, хе хе.
Что произойдёт дальше и так понятно, сто раз описано и прочее. Член в письку, в попу, вынул, в рот, в попу, в следующую попу, в рот, горлышко, кончил. Снова сижу на кресле, наблюдаю, как две ненасытные кошки делят мою сперму. Зрелище ещё то, скажу вам. Любая профессиональная порнуха нервно сосёт в сторонке.
Вика. Девочка так и не смогла воспринимать всех мужчин, как возможных партнёров. Только меня. Это пройдёт, конечно, но пока до полной реабилитации от давней психологической травмы пока ой как далеко.
С другой стороны это же замечательно. Вика оказалась умницей, мудрой не по годам, доброй и с полным отсутствием тараканов в голове. И деньги для неё вовсе не главный критерий успеха. И серой мышкой она тоже не была.
Девушка обладала прекрасным чувством вкуса, взяла на себя заботы о Ксюхи, а потом и обо мне. В итоге сам не заметил, как она уже обживала квартиру. Вешать ещё одну жену на шею (от развода бы отойти) не было в планах, но да кто нас, мужчин, спрашивает. А ведь я, пожалуй, на полном серьёзе в неё влюбился. Такие женщины – штучный товар совершенно не присутствующий на клубных сборищах, куда с некоторых пор мне ходить разонравилось.
Ксюху Вика некоторое время чуралась. Могу понять. После первой встречи все розовые наклонности начисто выбило из головы этой грудастой малышки, да и на трезвую голову она не могла взять в толк, как вообще сорвалась и устроила секс с маленьким ребёнком.
Но… вы попробуйте игнорировать мою сестрёнку, она такое устроит. Помирились, конечно. Тем более Ксюхе понравилось с девочкой, и она не прочь была повторить, о чём поведала мне наедине.
То, что дела идут на поправку я понял, когда не смог попасть к себе в квартиру как-то раз. Дверь была просто-напросто закрыта на защёлку и не открывалась. К счастью у меня замки итальянские, бесшумные стоят, поэтому я никого не потревожил. Зашёл к батьку, послушал охи-вздохи, доносящиеся из моей квартиры через стенку, сел в кресло и задумался.
Первым вернулся отец. И это могло стать проблемой, поскольку звуки из соседней квартиры стали слышнее. Постучал в стенку и, о чудо! Как будто громкость колонок убрали. Я ещё успел отправить обеим сообщение: “Быстро одевайтесь, идиотки” , как батя добрался до кухни.
Мы пообедали, затем глава семейства отправился вновь на работу, а я постучал в дверь собственной квартиры.
– Кто там.
– А по жопе?
Сия волшебная фраза немедленно возымела действие – дверь отворилась. Обе стоят и смотрят на меня. Остыть то успели, но глазки блестят.
– А потише нельзя было? – спросил я, войдя в квартиру и переодевшись в домашний халат.
– А мы что? Мы ничего, мы просто убирались, – Ксюха в своём репертуаре, хорошо Вика не такая.
– Да ваши стоны слышно на половину соседней квартиры, совсем с ума посходили? Ты время посмотри, отец же приезжал на обед.
– Ой…
Мелкая осознала, что могло произойти. Батька явно бы не одобрил постельные игры дочки со взрослой девушкой.
– Ну Владя, ну прости, – протянула хитрюга.
– Мы больше не будем, – вторила вторая морда.
Так я и поверил им.
Вообще нынешняя ситуация как то напрягала. Я сплю с обеими. Они – друг с дружкой. Но Вика считает, что я про их отношения не догадываюсь, вот, опять нос в пол уткнула. И уж конечно она и не предполагает, что я сплю ещё и с Ксюхой. Пора с этим недопониманием заканчивать. Нам же вместе через пару месяцев в турне по Европе ехать, разбирайся там.
Было бы желание, а случай найдём. Я как чувствовал – купил отличный свежий мульт Ксюхе. Она, понимаете ли, обожала смотреть именно мультики во время секса.
Включили, умостились на широком диване, смотрим. Обе девушки прижались ко мне с двух сторон, чтобы уютного пледа хватило на троих.
Моя ручка сама собой ползёт влево, к Вике. Очень удобно лежит мягкое бёдрышко, облачённое в обтягивающие шортики. Глажу нежную кожу, подбираясь к киске. Тёплая ручка старается оттолкнуть мою, но как-то вяло. А глаза… хмурятся, вращаются, на что-то намекая. Ась? Ничего не понимаю, совсем-совсем ничего.
Ксюха тем временем обращает внимание на нашу возню и суёт прохладную ладошку (они у мелкой всегда ледяные, даже на пляже летом) мне под халат, нащупывает возбуждённый член и принимается незаметно с ним играться.
Мои пальчики тем временем расстёгивают шортики Вики и один проникает в киску, еле протиснувшись под натянувшейся тканью. Ох, как там течёт, сразу чувствуется, что эти две разбойницы кончить не успели.
Вика наклоняется к уху, шепчет:
– Влад, не при Ксюше же.
Делаю вид, что не услышал. Пальчик, плотно прижатый к клитору, начинает ходить вверх-вниз, натирая чувственное место. Девушка уже ничего не шепчет, а начинает дрожать, как рысак перед скачками. Она прижимается ко мне сильнее, склоняет голову и начинает кусать чуть припухшие губки, чтобы невольно не застонать. Её ручка гладит мне бедро, затем проходится по яичкам, поднимается по стволу и… ловит чью-то маленькую ладошку, уже занявшую вакантное место на моём половом органе.
Вика резко садится и смотрит на Ксюху, а та лишь ехидно улыбается, делая вид, что действие на экране её занимает больше всего на свете. И чуть не лопается от натуги.
– Но, – только и произносит Вика, переводя взгляд с меня на сестрёнку.
Я откидываю ставшую безучастной Вику на спинку дивана, а ручкой продолжаю начатое. Девушка сидит в полной прострации, переваривая новость. Вдруг она хихикает, сдерживается, а потом начинает ржать, как породистая лошадка.
Теперь наша с Ксюхой очередь ничего не понимать. Переглядываемся и пожимаем плечами. Санитаров вызвать, что ли?
– Вот вы гады! Я-то думала-гадала откуда запись, почему Ксюха потом ничего не спросила, ты тоже молчал в тряпочку. Переживала, ночи не спала, думала о произошедшем, а вы меня попросту развели, – чуть дыша говорит Вика и снова закатывается. Мы облегчённо вторим ей.
Отсмеявшись, она резко встаёт, отбрасывает плед, под которым обнаруживается гордо стоящий хуй, снимает платье и со словами: “Раз у вас всё так просто, то и я не собираюсь терпеть издевательства” , убирает Ксюхину ладошку и, зная, как мне это нравится, нежно трогает мягкими губками головку, щекоча уздечу быстрым язычком.
Ксюха при всех её со мной занятиях ни разу не видела как оно со стороны выглядит, и теперь глазкёнки расширились, став похожими на огромные плошки.
Вика, тем временем, урча сосёт член, чавкая и покрывая кожицу блестящим слоем слюны, капельки которой, путаясь в волосах, стекают на яйца.
Ксюхе, естественно это надоедает где-то через минуту. Она пристраивается сбоку, смотрит, что вытворяет подруга и начинает ласкать член сбоку розовым язычком, давая понять, что и сама не прочь полакомится.
Вика наконец сдаётся натиску, отрывает губки, за которыми тянется ниточка слюны, а мелкая в тот же миг берёт головку в ротик, начав посасывать её как леденец. Амплитуда быстро увеличивается, ещё миг и ствол, чуть замедлившись, проваливается в ротик девятилетней школьницы до конца, а шейка раздувается, явно давая понять, где сейчас находится как минимум вся передняя часть полового органа.
Вика открывает рот от удивления. Ещё бы, все её старания в части освоения глубокого минета пропали втуне. Девушку попросту начинает тошнить сразу, как головка достигает гортани. Рефлекс перебороть так и не получилось, а поскольку мне есть кому делать приятное именно таким способом, я отстал от несчастной. Та была только рада, поскольку каждая попытка была настоящей трагедией.
Но теперь всё явно было по-другому. В Вике взыграл дух соперничества. Как так, Ксюха в таком нежном возрасте может загнать весь член себе в горло, а я, взрослая девушка, не могу. Да ещё и для любимого мужчины. Надо постараться и научиться. Так и сделаем.
Сестрёнка тем временем решила показать всё, на что способна. Она обхватила мои ягодицы лапками и принялась насаживаться на член так, чтобы головка не выходила из горлышка, лишь скользя внутри и сразу проникая обратно на полную глубину. Изредка она выпускала ствол, чтобы вдохнуть и выпустить слюну, обильно льющуюся из девичьего ротика, но через секунду вновь глотала любимую конфетку насколько позволяла длина.
Я расслабился, прикрыв глаза. Член ходит внутри туго обтягивающего со всех сторон горлышка сестрёнки. Губки тоже не бездействуют – они старательно сжимаются у основания, а зубки аккуратно, чтобы не дай бог не поранить, покусывают ствол, вызывая настоящую адреналиновую волну внутри.
Тут чья-то ладошка принимается играть шариками яичек, облизывает одно, второе, берёт в рот, мягко, как пушинку. Тёплая ладошка, а это значит, что в игру вступает Вика.
Возбуждение нарастает. Секса не было почти неделю, я уезжал на встречу в соседний город и долго сопротивляться напору двух тигриц не мог. Выскользнув изо рта, я встал, сдвинув две головки, тёмную и светлую, вместе, щёчка к щёчке.
Обе догадались открыть ротики и почти сразу длинные струи вылетели из напрягшегося сверх всякой меры ствола, равномерно попадая то в один жадно ловящий эти животворные капли рот, то в другой. Часть спермы попадает не туда, измазывая лица девушек.
Ближе к концу извержения Ксюха быстро берёт ещё стреляющий член и проталкивает внутрь, в самое горло. Я издаю громкий стон, чувствуя, как под конвульсивными сокращениями члена расширяется и сужается тонкая шея Ксюши, принимающей в себя плоды нашей страсти.
Наконец всё заканчивается и головка выскальзывает из горлышка в полость рта. Щёчки девочки сначала раздуваются, потом вваливаются, высасывая остатки жидкости, как вакуумным насосом. Громкое “чмок” , фиолетовая от испытанного напряжения головка появляется снаружи, а я без сил падаю на диван, наблюдая, как Вика начинает покрывать поцелуями лицо подруги, по пути слизывая пропущенные капельки семени.
Член падает, но Вику это ни мало не смущает. Она сама падает на колени, берёт увядающий орган в рот, начав нежно его поглаживать тёплым и шершавым язычком. Зная о гиперчувствительности головки после полового акта, девушка все манипуляции проделывает настолько невесомо, что глаза сами собой закрываются и я вновь отдаюсь потоку наслаждения.